Невеста по ошибке. Долг клана Лисиц

Эпилог

Прошел год.

Весенний ветер играл в ветвях старой сосны, стряхивая на деревянный настил веранды бледно-розовые лепестки горной сливы. Я сидела на теплом, нагретом солнцем дереве и с улыбкой наблюдала за тем, как во дворе моего храма творится абсолютно контролируемый хаос.

Святилище Тихой Воды изменилось до неузнаваемости. Новая крыша из отборной черепицы блестела на солнце и нигде не протекала, что было моей личной гордостью. Покосившиеся тории заменили на новые, из прочного кедра, выкрашенные в традиционный киноварно-красный цвет. Но главное — храм больше не был пустым.

На заднем дворе, там, где раньше росли одни сорняки, теперь располагалась тренировочная площадка. Шестеро юных учеников Ведомства пытались медитировать, сидя в позе лотоса. Получалось у них скверно, потому что парочка лесных духов-кодама, свесившись с веток, методично и очень метко кидалась в них желудями.

— Сосредоточьтесь на дыхании, а не на желудях! — раздался строгий, но лишенный прежнего ледяного холода голос.

Рэйден прохаживался между учениками. На нем было простое серое кимоно, рукава которого он засучил до локтей. Его волосы, в которых широкие белые пряди так и остались навсегда, напоминая о битве с Бездной, были собраны в небрежный хвост.

Один из учеников, мальчишка лет двенадцати, не выдержал. Когда очередной желудь стукнул его по макушке, он вскочил, вскинув руки.

— Ледяной Щит! — выкрикнул он.

Над его головой возникла тонкая корочка льда. Желудь отскочил от неё с тихим звоном. Кодама на дереве разочарованно защебетали и скрылись в листве.

— Неплохо, Кента, — Рэйден подошел к мальчику. — Но ты использовал гнев, чтобы призвать лед. Гнев делает лед хрупким. Попробуй использовать спокойствие. Лед — это вода, обретшая форму, будь водой.

Я с улыбкой отпила чай из пиалы. Кто бы мог подумать год назад, что грозный Ледяной Советник, пугавший всю столицу одним взглядом, станет терпеливым учителем для одаренных детей?

После победы над Масару и изгнания Бога Пустоты мир изменился. Рэйден, как полноправный и единственный Глава Клана Асано, провел в Ведомстве грандиозную чистку. Все законы, запрещающие общение с духами и притесняющие ёкаев, были отменены. Более того, Рэйден открыл при Храме Тихой Воды новую школу. Школу, где магов учили не подавлять свои эмоции, превращаясь в пустые сосуды, а использовать их как источник силы. И где духи были не мишенями, а учителями и соседями.

— Они безнадежны, — раздался ворчливый голос за моей спиной.

Я обернулась. Каэдэ-сама величественно выплыла на веранду, опираясь на свою трость. На ней было роскошное весеннее кимоно цвета зеленого чая.

— Они просто дети, Каэдэ-сама, — мягко возразила я. — Месяц назад Кента не мог заморозить даже лужу, а теперь держит щит.

— В его годы Рэйден уже замораживал водопады, — фыркнула свекровь, но, присмотревшись, я заметила в её глазах довольную искорку. Ей нравилось здесь. Она переехала в Храм вслед за нами, заявив, что столичный воздух вредит её цвету лица, а дворцовые интриги стали слишком скучными без Масару.

Из кухни донесся грохот падающих кастрюль и зычный крик Оки-сан:

— Пон-Пон! Если ты еще раз залезешь в чан с рисом, я сделаю из тебя воротник!

Из-за угла выкатился тануки, сжимая в лапах огромный онигири. Он ловко запрыгнул ко мне на колени и спрятался за моим широким рукавом.

— Она злая женщина, Хозяйка, — пожаловался он, уплетая добычу. — Она не понимает, что духам нужен калорийный завтрак для поддержания магического фона!

Я рассмеялась, погладив его по пушистой голове, на которой всё еще виднелся маленький, заросший новой светлой шерсткой шрам от ожога Пустотой.

Внезапно колокольчики у главных ворот храма зазвенели — чисто, торжественно, не так, как они звенели от ветра.

Ученики на площадке замерли и поклонились. В открытые ворота, в сопровождении небольшой, но элитной гвардии, вошел молодой мужчина. На нем были одежды наследного принца, расшитые золотыми хризантемами.

Тоширо.

Он больше не был тем бледным, умирающим юношей, которого я встретила в Восточном дворце. Его шаг был твердым, плечи развернуты, а аура сияла чистым, сильным золотым светом. От семени Бездны не осталось и следа.

Рэйден оставил учеников и пошел ему навстречу. Мужчины не стали кланяться друг другу по протоколу — они просто крепко обнялись, как братья.

— Ваше Высочество, — я спустилась с веранды, Пон-Пон послушно засеменил следом, доедая рис. Я сделала изящный поклон, которому меня учила Каэдэ-сама.

— Юмэ-сан, оставьте этот этикет для дворца, — Тоширо тепло улыбнулся мне. — Выглядите прекрасно. Воздух гор Хаконе вам явно на пользу.

Мы провели там свой отложенный медовый месяц сразу после того, как разобрались с последствиями разрушений в столице. И на этот раз обошлось без черных щупалец в источниках.

— Какими судьбами в нашу глушь, Тоширо? — спросил Рэйден, провожая друга на веранду, где Каэдэ-сама уже распорядилась накрыть стол для чаепития.

— Привез новости, — Принц сел на подушку, с наслаждением вдыхая аромат свежезаваренного чая. — Отец принял окончательное решение. Он отрекается от престола в конце лета. Я принимаю корону.

Мы с Рэйденом переглянулись. Это было ожидаемо, но всё равно грандиозно.

— Это тяжелая ноша, — серьезно сказал Рэйден.

— Да. И именно поэтому я здесь, — Тоширо посмотрел на моего мужа. — Рэйден, мне нужен Глава Императорского Совета. Кто-то, кто не будет воровать, кто не будет бояться говорить мне правду в лицо, и кто умеет рубить Бездну мечом, если понадобится.

Рэйден усмехнулся и покачал головой.

— Тоширо, я только-только наладил работу школы. Я учу детей магии и сажаю редис на заднем дворе. Посмотри на мои руки — они в земле, а не в чернилах.

— Школой могут управлять твои заместители. А Империей не может управлять кто попало. Пожалуйста, Рэйден.

Мой муж посмотрел на меня. В его глазах был безмолвный вопрос. Я знала, что он согласится. Он никогда не умел стоять в стороне, когда долг звал его. Но теперь он спрашивал моего разрешения, потому что мы были одним целым.