Невеста по ошибке. Тайна клана Яо

Глава 2

От лица Ли Юй

Дождь хлестал так, словно Небеса решили смыть этот город с лица земли, но «Черные Тигры», личная гвардия Генерала Яо, стояли неподвижно, как изваяния из темного железа. Вода стекала по их лакированным доспехам, но ни один мускул не дрогнул на их лицах, скрытых полумасками.

Я стояла перед ними — маленькая, промокшая до нитки фигура в мужском платье, облепленном грязью. Моя рука была все еще поднята, преграждая путь паланкину, который стоил больше, чем весь квартал, в котором мы находились.

— Генерал Яо! — мой голос сорвался на крик, перекрывая шум ливня. — У меня есть товар, который стоит вашего времени!

Тишина, повисшая после моих слов, была страшнее грома. Один из гвардейцев, стоявший ближе всех, медленно положил руку на рукоять меча. Металл звякнул, и этот звук прозвучал как приговор.

— Прочь с дороги, безумная, — прорычал он. — Или твоя голова украсит мостовую раньше, чем ты сделаешь еще один вздох.

Я не сдвинулась с места. Страх ледяными иглами колол затылок, но я знала: если отступлю сейчас, умру. Не сегодня, так завтра — в борделе или на рудниках.

— Я — Ли Юй, дочь Министра Ли! — выкрикнула я, глядя не на стражника, а на черную ткань паланкина. — И я предлагаю сделку клану Яо!

Ткань паланкина шевельнулась. Гвардеец уже начал вынимать клинок, но из глубины паланкина раздался голос. Он был низким, глубоким и холодным.

— Сделка?

Черная занавесь, расшитая золотыми драконами, медленно поднялась.

Я впервые увидела Яо Шэна. Генерал «Кровавый Демон».

Он сидел в полумраке паланкина, его лицо пересекал старый шрам, идущий от виска к подбородку, придавая ему свирепый вид. Но страшнее шрама были глаза. Пустые, темные, безжалостные. Он смотрел на меня не как на женщину, и даже не как на врага, мужчина смотрел на меня как на грязь под своими сапогами.

— Дочь предателя Ли, — произнес он. — Ты смеешь останавливать мою процессию? Ты выглядишь как утопленная крыса, а пахнешь отчаянием. Что такая, как ты, может предложить мне?

— Информацию, — выдохнула я, чувствуя, как дрожат колени. — Доказательства того, что мой отец невиновен. И имя настоящего предателя, который продал карты северных границ варварам. Того, кто сейчас угрожает и вашей армии, Генерал.

Его бровь слегка приподнялась. Это было единственное проявление эмоций.

— И ты хочешь обсудить это здесь?

Он смерил меня взглядом, от которого захотелось съежиться и исчезнуть.

— Если у тебя действительно есть что сказать, Ли Юй... — он сделал паузу, словно взвешивая, стоит ли я его времени. — Сегодня вечером во Дворце Небесной Чистоты состоится прием в честь Осеннего Равноденствия. Приходи туда, если сможешь пройти через ворота, если осмелишься войти в зал, где каждый будет желать твоей смерти. Тогда я выслушаю твою тебя.

Он махнул рукой, и занавеска упала, снова скрывая его пугающий силуэт.

— Вперед! — рявкнул командир гвардии.

Один из солдат грубо толкнул меня плечом, сбивая в сторону. Я пошатнулась, едва удержавшись на ногах, и грязная вода из-под колес паланкина обдала меня с ног до головы.

Процессия двинулась дальше, оставляя меня одну посреди улицы.

Я смотрела им вслед, и безумная, истеричная улыбка тронула мои губы.

Он не убил меня, дал мне шанс. «Приходи, если осмелишься». Это был вызов. Он думал, что я не приду. Думал, что опозоренная дочь министра побоится показать нос в высшем свете.

— Ты не знаешь меня, Яо Шэн, — прошептала я, стирая грязь с щеки. — Я приду, и ты запомнишь этот вечер.

Час спустя я стояла перед дверями «Шелкового Павильона» — самой дорогой лавки тканей в столице.

Хозяин лавки, толстый господин Чжан, едва не выгнал меня, когда я вошла, но тяжелый мешочек с золотом, который я с глухим стуком опустила на прилавок, заставил его сменить гнев на приторную любезность. Это были все мои сбережения, деньги, которые мама оставила мне в приданое перед смертью. Я берегла их на черный день.

Черный день настал.

— Мне нужно платье, — сказала я, глядя в его бегающие глазки. — Не просто платье. Мне нужно то, что заставит Императрицу позеленеть от зависти, а мужчин — забыть, как дышать.

— Какой цвет желает госпожа? — заискивающе спросил он. — Небесно-голубой? Скромный персиковый?

— Красный, — отрезала я. — Цвет крови, цвет огня, цвет свадебного наряда.

Господин Чжан поперхнулся.

— Красный? Но, госпожа Ли... В вашем... положении... Красный носят только невесты или...

— Или те, кто идет на войну, — закончила я за него. — Неси. Самое дорогое.

Вышла из лавки через час. Я оставила там все золото, но взамен получила броню.

Я сняла комнату на постоялом дворе неподалеку, чтобы привести себя в порядок. Горячая вода смыла грязь и усталость. Я расчесала волосы, уложив их в высокую, сложную прическу, закрепив единственной шпилькой, которая у меня осталась — простой, острой, как стилет, серебряной иглой.

Никаких украшений, никаких румян. Только бледная кожа, черные, как ночь, глаза и алые губы.

Платье было шедевром. Тяжелый, струящийся шелк цвета густой артериальной крови. Широкие рукава, расшитые золотыми фениксами, которые, казалось, взлетали при каждом моем движении. Пояс, туго стягивающий талию, подчеркивал хрупкость фигуры, создавая обманчивое впечатление уязвимости.

Я посмотрела на себя в мутное бронзовое зеркало. Из отражения на меня смотрела не смутьянка Ли Юй, на меня смотрела мстительный дух.

— Пора, — сказала я своему отражению.

Дворец Небесной Чистоты сиял тысячами огней. Звуки музыки — цитры и флейты, лились из открытых окон, смешиваясь с ароматом османтуса.

У ворот толпились экипажи. Благородные дамы в пастельных тонах, чиновники в парадных халатах — весь цвет столицы собрался здесь, чтобы пить вино, читать стихи и плести интриги.

Я вышла из наемного паланкина, и воздух вокруг меня словно застыл.

Сначала замолчали стражники. Потом — слуги, а затем тишина начала распространяться волнами, доходя до гостей, поднимающихся по мраморной лестнице.