Невеста под конвоем

Глава 17. Всё пело и плясало… кроме меня

Если честно, голова шла кругом от всего происходящего. А может от того, что в корсете нельзя было нормально дышать.

Мне нужна была лошадь. Точнее, мне была нужна Люська, потому что происходил какой-то пипец, и если я в нем не разберусь… Плохо будет.

Во-первых, опекун. Неужели, он действительно не узнал? Мои страхи -  а может быть и надежды - что он своим появлением развеет этот фарс и освободит меня от чужих обязательств потерпели крушение, и теперь надо было как-то выстраивать с ним отношения. И каким образом?

Во-вторых, почему повисшая - пусть и ненадолго - на лорде Хилле дамочка вызвала желание превратиться в росомаху и расцарапать ей лицо до кровавых борозд? Я что, ревную к сухарю? Для того, чтобы ревновать, любить надо, а он мне даже не нравился! Наверное все дело в том, что он позволил ей так себя вести, причем на глазах у ехидно ухмыльнувшихся гостей, при живой-то невесте. И унизил меня, позволив остаться на нашей помолвке.

Сволочь!

А в-третьих… В общем, третий удар пришелся в спину. 

Сзади вдруг произнесли холодным голосом:

— Милый, думаю, все гости уже подошли - пора идти в зал.

Произнесли и оттеснили меня в сторону, становясь, фактически, на мое место.

Я непонимающе уставилась на женщину… хотелось бы сказать “в возрасте”, но при такой совершенной красоте я засомневалась, сколько ей дать лет. И тридцать может быть, и пятьдесят. Прямой нос, нежная кожа, идеально уложенные волосы, тонкая фигурка и взгляд, точнее, глаза… Ярко-голубые и глядящие враждебно. 

Вот точно, лорд Хилл - её сын. Значит, леди Хилл. Вдова. И как-то сразу ясно стало,  что она считает себя хозяйкой этого дома и игнорирует тот факт, что ее ненаглядный сыночек скоро женится - и делает все, чтобы остаться хозяйкой и дальше. Она ловким движением подлезла под руку лорда, чтобы тот проводил ее в зал, тем самым дав мне моральную пощечину. Пусть я и не до конца ознакомилась с местным этикетом, но мне и не надо было, чтобы это понять.   Причем лорд Хилл, пусть даже и недовольный происходящим - и то не факт - не мог ей отказать.

Уродство.

И вроде бы должно быть все равно, как относятся к Ниннель, но все равно стало очень неприятно.

Высоко задрала подбородок, чтобы никто не подумал, что мне обидно…

— Милая, позволь мне быть твоим спутником.

… и выдохнула с облегчением.

Какое счастье, что опекун не отошел далеко. И как бы он ни относился ко мне, то есть к Ниннель, в данной ситуации Дюкман точно был за меня. И я ему была за это благодарна. Так как все эти жадные до сплетен людишки, на которых мне было, конечно, плевать, но перед которыми я не хотела чувствовать себя ни слабой, ни униженной, не получили своего зрелища.

Мы все переместились в красиво украшенный зал, где уже играли музыканты.

Я нервно сглотнула, осознавая, что игра их означала в будущем танцы, но решила не зацикливаться и решать проблемы по мере их появления.

И да, я ждала исключительно проблемы - никаких по этому поводу сомнений у меня не было. Тем более, что мой опекун, сообщив, что скоро вернется, куда-то вышел,

Вдох- выдох.

И началось.

— Ах, как же вы прекрасно выглядите! Вам так идет этот цвет, - от леди со сложным именем, прической и весьма сложным, похоже, отношением к лорду Хиллу. Потому что в брошенном в его сторону взгляде читалась ненависть и любовь одновременно, а в мою - зависть и желание испортить цвет моего платья бокалом пунша. Может поэтому меня одели в бордовое?

— Наверное, вам не просто в наших краях приходится? Столько правил и норм… говорят, на юге все значительно проще и без изысков? - заявляла вторая, насмешливым прищуром поясняя, что меня считают едва ли не деревенщиной.

— О да, уверен, там ко многим вещам относятся проще и… приятней, - вторил ей третий, плотоядно разглядывая мое декольте и явно намекая, что он не прочь, если я и к нему буду относиться проще и приятней.

Я же медленно закипала.

От того, как относились ко мне окружающие - как к существу более низкого сорта, а некоторые и откровенно враждебно, причем не стесняясь ни капельки становились рядом со мной и начинали вести пространные диалоги на тему войны и «мерзости южан».

И меня бесило то, что девка, которая вешалась на Хилла, мерзкая Лилиан, собрала вокруг себя стайку похожих по фасону девиц и что-то им рассказывала, кивая на меня, а они все мерзко хихикали.

А мой опекун, который показался мне едва ли не самым нормальным, исчез куда-то.

И явно ненавидящая меня будущая свекровь таскала за собой этого маменькиного сыночка, лорда Хилла, всеми силами демонстрируя неприятие меня и, похоже, нашего брака.

И хуже всего, что сам лорд Хилл делал вид, что не замечает всего этого. 

Да, что там. Он за весь вечер ко мне ни разу не подошел, не поинтересовался, все ли у меня в порядке! Получается, как последняя сволочь потакал своей мамаше, и гостям, и даже попыток не делал меня защитить и поставить всех на место.

А ведь должен защищать!  Пусть не как беззащитную девушку, переданную ему на попечение, а хотя бы как будущую жену!

Кажется, я начала понимать, от чего сбежала Ниннель… Я и сама уже едва балансировала между желанием выпрыгнуть в окно, покинув это мерзкое общество, разрыдаться или завизжать от бешенства...