Невеста Полоза

Глава 3

Златослав Всеславович, Великий Полоз

Если советники будут выносить мозг темой женитьбы, то Полоз вспомнит, что ядовитый.

Можно не кусать, а лишь плюнуть в обидчика. Но у него столько советников, что слюны не напасешься. Да и слишком хорошо воспитан, чтобы проверять, как действует на сородичей его яд. Закон подлости подсказывает, что никак. Только люди умирают почти сразу, пожелав поймать или убить золотую змейку.

Голова трещит после всех свадеб. Вот ведь традиция: раз в году сразу всем жениться! Дата, видишь ли, особая!

И не откажешь никому из молодоженов за столом посидеть. Обидятся молодые, скажут, что возгордился Полоз. А ему потом с хвоста или с ног валиться, в зависимости от формы!

Золотистая змейка перед дверью скользнула взглядом по коридору и быстро обратилась зеленоглазым, светловолосым юношей. Откинув волосы с лица, Великий Полоз вошел в свою спальню.

Спать, однако, сегодня было не дано. Очередная дама, желая стать фавориткой, расположилась на его кровати. За хвост, что ли, всех вытаскивать? Или в окошко выкидывать в озеро Памяти?

Полоз вздохнул, глядя на спящую. Это было неизбежно: каждая ночь змеиных свадеб сопровождалась попытками завоевать его внимание. Сегодня почему-то это было особенно раздражающе.

И кто на сей раз в фаворитки набивается? Зажег щелчком пальцев свечи и пригляделся. Светлая бровь поползла вверх: от тех, кто хочет разделить с ним постель не пахнет только что пролитой кровью. Ладно бы только это: лучше в своей комнате найти труп, чем девицу, рука которой свисает с кровати. А на руке той — браслет проклятый.

Матушка вытрясла из него эту вещицу с обещанием жениться. Как только кто из смертных девушек решит по лесу в час заветный пройтись, да на руку браслет тот примерить…

Спрятал же так, что найти можно только платье да руки до крови изодрав. Неужто украшение сияло так под солнцем, что выдало себя, примерить незнакомку пригласило?

Кубок, из которого пил Полоз, с громким грохотом покатился по полу, расплескивая воду. Из горла вырвалось шипение, весьма порицаемое в высших кругах. Но как тут не шипеть?!

Так, спокойствие, Злат, только спокойствие! Сперва тебе разбудить надо спящую красавицу. Чтобы заикаться нежданная невеста не стала, бесконтрольно вылезший от злости хвост лучше убрать.

Но проще сказать, чем сделать. В конце концов, князь он или не князь?! Хватило девчонке мозгов наведаться в лес в день Змеевика, так пусть смотрит на жениха в виде нага!

— Ты ещ-щ-щ-ще кто? — гениальный вопрос от “любящего” жениха. Мысли гуляли нехорошие, что без матери дело не обошлось. Все шито белыми нитками, но ничего змеице не предъявишь.

Все сельские дрожат, невестой змея из Нави стать боятся. Не ходит никто в день жаркий летний по лесу, браслеты бесхозные из кустарников колючих не таскает!

Пугал людишек нерадивых, распускал сплетни страшные, а эта ненормальная все равно явилась!

— Ш-ш-ш-ш-то тебе в этот день дома не с-с-с-сиделос-с-сь?! — искренне горевала венценосная особа, телепая раздвоенным языком и блестя золотистыми глазами.

***

Есенья

Еся слыхивала, что бывает, коли по голове тебя как следует приложат. Получил по тыковке — жди гостей. “Галюнами” называются гости дорогие, или “глюками”, кому как больше нравится. Вот и ее саму, похоже, видение посетило. Да красочное такое!

Руками к нему потянулась, ухватила за щеки галюна своего. А кожа какая мягкая! Чай у царевны их такой нет! Язык вон змеиный изо рта вылазит, смешно так, туда-сюда трепыхается. Да разве у человека может такой быть?

Все еще не веря своим глазам, продолжала рассматривать своего гостя. Осторожно провела пальцами по его щеке, ощущая мягкую, почти шелковистую кожу. Это ощущение было настолько реальным, что Есенья начала сомневаться в своем здравомыслии.

— Ты… ты кто? — наконец, спросила она, не отрывая взгляда от его лица. Не могла понять, что происходит, но знала, что это нечто необычное. Что-то внутри подсказывало, что фантазия ее на такое не способна, а мужское лицо под пальцами и взгляд недовольный выглядели на редкость… настоящими.

Глуповатая восторженная улыбка понемногу начала сходить с лица девицы, глаза округлились. Даже боль в затылке уже не так мешала, как озарение, снизошедшее на бедовую голову. За малиной она куда пошла? В лес! А почему нельзя было в этот день туда идти? Потому что в день Змеевика граница между Явью и Навью стирается, все твари Нави выходят на гуляния.

Еся, конечно, не верила в эти сказочки, вот уж придумали — делать тварям нечего, в Яви гулять!

Но наказ есть наказ — в день Змеевика в лес не ходи! Да и змей в лесу в это время наползало тьма-тьмущая. Как умно сказал как-то проезжий писака “сезон спаривания” у них идет в это время. Тьфу, позорище!

А глазищи напротив, золотом сверкавшие, будто бы взглядом пришибить ее, бедовую, хотели. И вот когда снова язык показался этот трясущийся, змеиный, Еся подобралась вся и свершила то, что бабам положено — заорала, что было сил.

Ухватилась за одеяло, натягивая его себе на голову, чтоб хоть как-то спрятаться от этих окаянных золотых глазищ.

***

Златослав Всеславович, Великий Полоз

"Здравствуйте, я Ваша тетя", как говаривала, приползая из восточных земель сестрица матери.

Нет, ну точно сумасшедшая! Полоза за щечки мамки-няньки в сопливом змеячестве тискали и восхищались. Волосами светлыми, золотистыми чешуйками. Редко когда в змеином племени огненные появляются. Говорят, на радость и счастье семье. Назвали его поэтому, будто лошадь — по масти, плевав на обычно мудреные имена для новорожденных.

Вопли нареченной настроения не прибавили, скорее наоборот… Ему с ней появляться при дворе полгода минимум из-за этого треклятого браслета. А она орет. А вдруг блаженная?

Хотелось до покалывания в пальцах лишить голоса, но это не будет считаться налаживанием контакта. А мосты наводить придется, как ни крути. Браслет есть, значит обручение состоялось. Матушка уже точно по всему дворцу новость сию разнесла.