Невеста поневоле

Глава 1

Маргарет Эшфорд стояла в своём кабинете, глядя на утренний Лондон через кружевные занавески. Фабричный дым вдалеке смешивался с туманом, создавая пелену, которая скрывала половину города. Где-то там, за этой дымкой, дымили трубы фабрик Блэквуда — империи, которая медленно, но верно душила бизнес её отца.

Её бизнес, поправила она себя, сжимая в руках утренний отчёт.

Цифры не лгали. За последний месяц они потеряли ещё трёх крупных клиентов — все перешли к Блэквудам, соблазнённые ценами на двадцать процентов ниже рыночных. Как они могли себе это позволить, оставалось загадкой. Вернее, не загадкой — Маргарет прекрасно понимала тактику. Блэквуды были готовы работать в убыток год или два, лишь бы окончательно разорить конкурентов.

А на прошлой неделе случилось худшее — их главный поставщик хлопка из Индии разорвал контракт. Теперь весь качественный египетский и индийский хлопок шёл на фабрики Блэквуда, оставляя Эшфордам только американское сырьё втридорога.

"Сожалею, мисс Эшфорд," — написал ей мистер Томпсон, управляющий манчестерской фабрикой. — "Но Блэквуды переманили ещё пятерых наших лучших красильщиков. Предложили тройное жалование и дома для семей. Без них мы не сможем выполнить заказ для Харродс."

Харродс. Их последний крупный контракт в Лондоне.

Маргарет прижала пальцы к вискам, чувствуя начинающуюся головную боль. Отец умер год назад, так и не узнав, как близко они к разорению. Его последними словами были: "Не дай им победить, Мэгги. Блэквуды забрали у нас достаточно."

Тогда она не понимала, что он имел в виду. Теперь знала — эта вражда началась двадцать лет назад, когда Роберт Блэквуд и её отец были партнёрами. Блэквуд украл патент на революционную технологию окрашивания, которую изобрёл отец, и основал собственную империю. С тех пор две семьи вели необъявленную войну.

И Блэквуды побеждали. Методично, безжалостно, используя любые средства. Подкуп, шантаж, промышленный шпионаж — для них не существовало правил. На прошлой неделе кто-то взломал сейф в конторе, украв чертежи новой механической прялки. Через три дня точно такая же появилась на фабриках Блэквуда.

— Мисс Маргарет, — в дверь постучала горничная. — Карета подана. Вы просили напомнить о бале у Уэверли.

Маргарет отложила бумаги. Ещё три часа до бала, но ей нужно время, чтобы превратиться из тайного промышленного магната в благовоспитанную леди, ищущую выгодную партию. Эта роль становилась всё тяжелее с каждым днём.

— Скажи Уилкинсу, что я жду его доклад о манчестерских поставках к полуночи, — приказала она горничной, которая была одной из немногих посвящённых в секрет. — Пусть оставит в обычном месте.

Три часа спустя Маргарет смотрела на своё отражение в позолоченном зеркале бального зала Уэверли. Винно-красное бархатное платье, жемчуг матери, идеально уложенные волосы. Маска благовоспитанной леди была безупречна.

— Маргарет, дорогая! — её подруга Элизабет Уэстон подплыла к ней в облаке голубого шёлка. — Ты выглядишь божественно! Хотя и немного устало. Опять не спала над своими книгами?

Если бы Элизабет знала, что за книги изучает Маргарет — бухгалтерские отчёты, контракты, письма от управляющих...

— Просто немного поэзии, — солгала Маргарет. — Знаешь мою слабость к Байрону.

Следующий час прошёл в обычных ритуалах: любезности с хозяйкой, танец с сыном банкира (полезное знакомство), уклонение от настойчивых ухаживаний виконта Мортимера (третий сын без гроша за душой).

Она как раз отошла к окну, чтобы перевести дух, когда услышала позади низкий голос:

— Планируете побег?