Невеста-попаданка для Темного князя

Глава 15

Ангелина:

Мой предок, бог войны, больше не появлялся. Спросить, правильно ли я поступаю, было не у кого. Живность речью не обладала. Домовой старательно науськивал меня на возрождение старых рас. И потому всю следующую неделю я «развлекалась», напитывая поместье своей силой – просто сидела на улице, прикрыв глаза, и представляла, как из моих рук, из кончиков пальцев, льются ручейки магии. На лугах и полях, там, где должны были бегать ларт и щенок оранты, теперь порхали феи и рыли норы цверги. Изредка в воздухе мелькали сильфы. С каждым днем их всех становилось все больше. Как будто они размножались почкованием.

И наглели они с каждым днем тоже все сильней. Пришлось даже применять свою силу, чтобы установить порядок. Когда очередная фея, мелкая крылатая красотка с озорным блеском в глазах, решила, что ей все позволено, и прямо на пороге усадьбы дунула мне в лицо пыльцу, я от всего сердца пожелала ей:

- Чтоб тебе чихать не перечихать. И сестрам твоим.

Повернулась и ушла в дом. До вечера не выходила – читала, спала, ела.

А на следующий день, с утра пораньше, ко мне на поклон прилетела сама царица фей.

Ростом чуть крупнее обычных фей, она была словно живое воплощение утренней зари: ее крылья переливались всеми цветами радуги, а вокруг нее витал магический ореол, который искрился и переливался, как солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву. Она вылетела мне навстречу, едва я успела выйти на улицу для очередной прогулки, и в воздухе повисло ощущение ожидания.

- Пощади, ведьма, подданных моих, - выдала она, едва увидев меня. – Не со зла они тебя обидели.

- И тебе доброе утро, - проворчала я, стараясь скрыть раздражение. – Подданные твои слишком обнаглели. Меня такое положение дел не устраивает. Мало того, что стали к самому жилищу подлетать, так еще и считают, что все могут. А в следующий раз что будет? В спальню мою залетят, там пыльцу рассыплют? Или ты сама с ними разбираешься, или я пожелаю что-нибудь заковыристое. Такое, что им точно не понравится.

- Разберусь, ведьма. И накажу виновных, - уверила меня царица фей. – Прости их только.

Я простила. На этот раз. Зря, наверное.Но больше ни одной феи на моем пути не попадалось.

Цверги и сильфы, наученные не своим опытом, заранее обходили мою усадьбу стороной.

И все у меня было относительно нормально. Пока ко мне снова не пожаловал Темный князь.

Раймонд:

Существа из уже вымерших рас распространялись по моему княжеству с быстротой молнии. И, как я позже узнал, не только по княжеству. Они, казалось, поставили себе целью завоевать весь этот мир. Саламандры, уже не боясь никого, грелись в каминах и кухонных печах, оставляя за собой запах обожженного дерева и легкий дымок, который смешивался с ароматом свежей выпечки. На кухнях повара ругались — из-за них хлеб подгорал, но пахло им даже вкуснее. В реках теперь плескались русалки с чешуей, как у карпов, а их смех звенел, будто кто-то разбивал стеклянные кубки. В лесах под каждым кустом шевелилось: лесовики, похожие на корявые пни, шаркали по земле, оставляя следы из примятой травы, которые тут же зарастали. Сильфы кружили по воздуху, как осенние листья, цверги копали ямы под дворцовыми стенами, а феи сыпали пыльцой на всё, что блестело. Они были повсюду, как назойливые мухи, и их шалости становились все более дерзкими. И все они, без малейшего стеснения, вели себя так, как будто были полными хозяевами этого мира.

- Да чтоб вас! Чхи! Я убью эту фею! Апчхи! Ай! – матерился Лайон, недавно повстречавший в одном из коридоров агрессивно настроенную фею-малышку. Она, с яркими крылышками, переливающимися всеми цветами радуги, явно решила, что Лайон — это ее новая игрушка. Чем именно он ее достал, мне не было известно, но она вдунула ему в лицо очень много пыльцы, и теперь он чихал, не прекращая, уже больше часа. Глаза слезились, из носа текло, а его лицо стало красным, как спелый помидор. Он то и дело спотыкался, ударялся о тот или иной угол в комнате, отчаянно ругался и желал той фее только гадостей. – Раймонд, приструни их! Или я сбегу от тебя! В горы! Под землю! Куда угодно! Я не могу работать в таких ужасных условиях!

— Я — приструни? — фыркнул я, разглядывая ожог на руке от вчерашней встречи с саламандрой. Шрам еще болел, напоминая, как та плюнула искрами, когда я попытался выгнать ее из камина. — Князья, ни темный, ни светлый, не командуют старыми расами. Мне от них, вообще-то, тоже достается. Вчера цверг чуть не проломил пол в тронном зале, роя нору под ковром.

— А кто тогда, чхи, ими командует?! Апчхи! — Лайон чихнул так, что с полки свалилась книга. — Может, они сами себя наколдовали?!

Я задумался. Раньше я считал истории о них сказками. Помнил, как в детстве нянька пугала меня лесовиками, если я не доедал кашу. Но теперь они здесь, настоящие, и я не знал, как их остановить.

— Они вернулись из-за нее, — сказал я, собирая мысли в кучу. — Из-за той ведьмы, потомка бога войны. Раньше я думал, что она просто сильнее других. Но, видимо, ведьмы могут управлять старыми расами… Или хотя бы открыть им дорогу сюда.

Лайон перестал чихать на секунду, уставившись на меня:
— Значит, это она насолила? Так иди к ней! Пусть убирает своих тварей обратно!

— Завтра и пойду, — кивнул я, глядя в окно, где за деревьями мелькнул силуэт лесовика. — Иначе скоро нам придется спать в конюшне. Если цверги ее к утру не сожрут.