Невеста решает бунтовать

Глава 6

Рей пристально смотрит мне в глаза.

—  Дара, кажется, ты больше меня не любишь? Сама бы ты не догадалась. Тебе кто-то подсказал, да? Откуда ты знаешь мой код? Кто-то из слуг подсмотрел? Кто меня предал? Ох, молчишь? Молчи, Дара. Предателем я займусь позже.

—  Отпусти.

Стальная хватка, я не могу вырваться.

Рей перехватывает мои запястья одной рукой, но хватка не ослабевает. Второй рукой он почти нежно обнимает меня за спину под лопатками, вынуждает приблизиться и прижимает к себе. Я не могу сдержать гримасу отвращения. Рей лишь улыбается, с его лица не сходит задумчивое выражение.

Я знаю это его выражение, с таким лицом он строит планы.

Я начинаю осознавать, что я в ловушке теперь в самом буквальном смысле, и всё гораздо хуже, чем потеря писем.

С чего я решила, что проблема —  добраться до дома и попасть внутрь? Рей —  вот проблема.

—  Дара, ума у тебя так и не прибавилось? Ты же не думаешь, что я тебя отпущу, если ты вежливо попросишь? Особенно после того, что ты наделала. Всё так замечательно шло, мы могли бы уже стать женихом и невестой официально. Зачем же тебе понадобилось всё портить, Дара?

Я чуть приободряюсь:

—  Рей, а на что ты рассчитываешь, удерживая меня? —  плотная ткань охотничьего костюма не защищает в полной мере, и я чувствую вжимающееся в меня его тело. —  Папа скорее поверит, что ты похитил меня, чем в то, что я пришла добровольно. Папа поддержит меня, даже если моя репутация будет уничтожена. Я не стану твоей женой.

Рей наклоняется, его дыхание опаляет шею. Меня передёргивает от омерзения. Я невольно пытаюсь вырваться, но добиваюсь лишь угрозы:

—  Тише, Дара, иначе поцелую. Это будет твой первый поцелуй? Не слишком романтичная обстановка, да?

Я застываю. Я верю, что он сделает то, о чём говорит. И хотя, учитывая мою прошлую жизнь, поцелуй не будет первым, мне противно не меньше, чем если бы был первым.

—  Ты…, —  я всё ещё пытаюсь найти в Рее то хорошее, что, я верила, в нём есть.

Рей подталкивает меня к столу. Он всё ещё легко удерживает мои запястья, но теперь, когда мне некуда отступать, он скользит ладонью вверх по спине, проводит по плечу и останавливает движение на моей шее.

Я вспоминаю давление удавки.

Нет, Рей не душит меня, всего лишь обозначает силу и возможность, а я начинаю задыхаться. Если бы дар мог проснуться… Я крепко зажмуриваюсь в тщетной попытке разбудить магию, вернуться домой. Но ничего не происходит.

—  Смотри на меня, Дара, —  его пальцы на ощупь будто черви переползают на лицо.

—  Ненавижу.

—  Ты сама виновата, Дара. Обычно я нежен с женщинами, даже с шлюхами в борделе, когда они приветливо улыбаются и показывают, как мне рады. После свадьбы я бы хорошо относился к тебе. Но ты, повторюсь, всё испортила. Ты знаешь, что из-за тебя у меня возникли проблемы? Человек, который хочет нашего брака, сегодня был мной крайне недоволен. Он дал мне только пару дней, чтобы справиться. Из-за тебя моя карьера под угрозой.

Наследный принц, вероятно?

—  Сочувствую, —  издёвка прорывается почти против воли, я испытываю мрачное удовлетворение от того, что могу говорить, не скрывая чувств.

—  Он назвал меня неудачником, а я, Дара, ненавижу, когда меня так называют. Ты не представляешь, как сильно я зол на тебя, как хочу задушить, сдавить горло и смотреть, как в твоих глазах гаснет жизнь.

Его клинит на удушении?

Да он не просто мразь, он ещё и психопат!

Но он всё ещё достаточно разумен, по крайней мере он понимает логику:

—  И что даст тебе моё убийство? —  я стараюсь, чтобы голос звучал ровно, с лёгкой насмешкой.

—  Ничего, —  легко соглашается он. —  Убивать тебя, ты права, ни к чему. В отличии от тебя, Дара, у меня есть ум, и я умею им пользоваться. Ты сама подарила мне чудесную возможность, и я её не упущу. Я уже всё продумал. Ты будешь послушной девочкой и пойдёшь сама, или мне прижать тебя к себе и нести?

—  Сама.

—  Не дёргайся, Дара.

Не стану. Я рванусь не сейчас, а, когда буду уверена в успехе.

Рей позволяет мне отступить от стола. Он как-то перехватывает мои запястья, и теперь Рей прижимается ко мне сзади, приобнимает за талию, держа мои запястья впереди, на уровне пояса.

Не ослабляя хватки, Рей возвращает папки в сейф, захлопывает его, вешает картину. Письма остаются валяться на полу, они Рея не заботят. Он ведёт меня в свою спальню, подводит к окну.

—  Ты передумал душить и собираешься сбросить меня вниз? —  не думаю, что это действительно так.

—  Что за глупости? —  удивляется он. —  Конечно, нет. К сожалению, сейчас видно плохо. Совсем рядом растёт раскидистое дерево, одна из развилок почти напротив окна. Очень удобное место для проныры газетчика. Как думаешь? Только представь этот снимок. Переплетение двух обнажённых тел, твоё лицо повёртнуто к камере. В кадре на простыне красноречивое пятно крови.