Невеста скованного лорда

Глава 4

Моё едва согревшееся тело снова начал бить озноб. Дрожь оказалась настолько сильной, что её заметил даже лорд Шенье.

– Ну, хоть кого-то ты будешь рада увидеть на родине.

Рада ли я? Трудно сказать. Вряд ли это радость, скорее совершенно новое для меня чувство – ощущение принадлежности. Знание, что где-то на этом свете у меня есть родной человек. Конечно, и прежде у меня были и остаются близкие люди – мои сводные братья и сёстры, например. Такие же приёмыши, как и я. Семнадцать близких человек и двое приёмных родителей, которые, хоть и не давали любви и относились к нам, как нахлебникам или разнорабочим на ферме, всё же вырастили нас. Дали крышу над головой, кусок хлеба и какую-никакую одежду. Создали для нас подобие семьи. Странной, нелогичной, неискренней, но семьи.

Когда я решила покинуть ферму, в глазах Фредино и Мэри, так мы называли наших приёмных отца и мать, не было сожаления. Не было никаких чувств. Лишь облегчение, что они выполнили свой долг. Кому они так сильно задолжали, мы с моими братьями и сёстрами никак не могли понять. Но Фредино и Мэри заботились о нас настолько, насколько это было необходимо, и при этом никогда не подпускали нас близко. Будто не хотели привязываться.

– С сестрой… я хотела бы познакомиться. Хотя до сих пор сомневаюсь, что я та самая Каталина Арди.

Согревавший меня душегубец хмыкнул.

– Откуда эти сомнения? – спросил он раздражённо. – При нашей встрече у тебя на спине появились знаки, и между нами возникло… – он осёкся и замолк, но вскоре заговорил вновь. – Я узнал тебя сразу же, Кэтлин.

– У меня нет особой силы, а значит, я не могу быть вашей заклинательницей, – удивительно, что сам лорд Шенье этого не понимал.

– Сила эн-нари – не такая, как, например, у эрров. Она не возникает сама по себе, – ответил он. – Ей надо учиться. Её нужно в себе искать. Если ты родилась на материке, твою силу некому было раскрыть.

– Допустим, всё так… – прошептала я, ощущая, как тело ломит то ли от усталости, то ли от начинавшейся простуды. – Нам ещё долго ехать? – Дорога, поначалу ровная, теперь петляла и по ощущениям шла в гору. Я повела плечами, давая лорду Шенье понять, что можно меня отпустить, и наклонилась к окну. Отодвинула бардовую атласную штору и ахнула.

После выжженных земель Флуэна вид раскидистых высоких деревьев на фоне гор казался невозможным. Трепещущие на ветру кроны, хаотично разбросанные меж стволов и покрытые мхом валуны, подёрнутое облаками небо и круживший в нём белоголовый орлан. Всё это выглядело пронзительным и сказочным.

– Иль-Нойер очень красивый остров, – согласился с моим безмолвным восхищением лорд Шенье.

– Не переводите тему. Нам ещё долго добираться?

Душегубец усмехнулся и ответил расплывчато:

– Уже не настолько.

Подтверждая его слова, дорога, петлявшая по серпантину, вскоре стала почти ровной, а лесные деревья за окном сменились домами, приземистыми и ухоженными. Поначалу скромные, они по мере нашего продвижения становились больше, прибавляя этаж, а порой и два, и походили на небольшие особняки. За одним из таких особняков растянулся длинный кованый забор Нижней резиденции эрра.

Карета свернула и проехала под парадной аркой, миновала небольшой, декорированный статуями сад и остановилась перед большим трёхэтажным домом. Его форма казалась необычной на фоне обиталищ остальных жителей Иль-Нойер. Квадратная с узким проездом с парадной стороны и внутренним двориком в центре. На этом огороженном стенами дворике стояло несколько кованых лавок и фонтан. Последний, к моему сожалению, не работал.

– У вас тоже берегут воду? – спросила, вспоминая, с каким трепетом к воде относились в Флуэнском герцогстве, страдавшем от бесконечной засухи.

– Нет, – усмехнулся лорд Шенье. Он спрыгнул с кареты и подал мне руку. – Вот-вот начнутся заморозки. К этому времени фонтаны уже не работают. Но летом…

– Да-да, – оборвала его на полуслове, – летом будет всё. И фонтаны, и купания. Лишь бы дожить…

Он нахмурился, но не стал отвечать на мою колкость. Лишь помог спуститься на мощёную дорожку и быстро разжал руку, отступая на пару шагов.

Холодный, уже вечерний воздух проникал сквозь мою влажную одежду и отнимал то малое тепло, которое я успела накопить за время дороги. Обхватив себя руками и дрожа, я заторопилась к парадному входу.

Мне и раньше приходилось видеть роскошные дома. Взять хоты ба тот, где я работала до своего неожиданного путешествия. Но в особняке лорда Шенье было нечто необычное.

И вроде всё те же каменные стены, всё та же лепнина, такой же неработающий фонтан и слегка сбитая каретными колёсами мостовая. Но даже в надвигающихся сумерках я чувствовала, что место, куда меня привезли, разительно отличалось.

В полумраке стены дома казались слишком светлыми, мостовая будто переливалась иссиня-чёрным, а фонтан хоть и не работал, но, казалось, вот-вот оживёт.

Что именно придавало этому дому загадочный флёр, я затруднялась ответить и лишь оглядывалась по сторонам, пока торопилась к дверям. Лорд Шенье шёл за мной след в след, но не подходил слишком близко, что для него было удивительным проявлением такта. Когда мы поднялись на порог, он позвонил в висевший над входом колокольчик.

– Уже поздно, – пояснил он. – К этому времени двери обычно закрывают.

В прихожей послышался звук шагов, что-то звякнуло, и створка тяжёлой двери приоткрылась. На улицу выглянул седовласый мужчина в пенсне и тёмно-синем камзоле. Встретившись со мной взглядом, он озадаченно повёл короткими усами, выглянул чуть дальше за дверь и, ахнув, поклонился.

– С возвращением, Ваше сиятельство, – поприветствовал хозяина дома и, распахнув дверь до конца, шагнул в сторону, позволяя нам пройти. И хотя он не стал обо мне ничего спрашивать, но его удивлённый взгляд я чувствовала спиной.

– Пусть приготовят нам ужин, господин Савор, – велел лорд Шенье, скидывая с себя ещё влажный сюртук. – Но прежде, мне и моей невесте понадобится сменная одежда и что-то согревающее. Ах да, и камин посильнее растопите.