Невеста сокола

14.

Знаете, в детстве, она никогда не понимала, почему все эти несчастные средневековые девушки просто не отвечали "нет", когда в церкви им задавали вопрос "согласна ли она?". Нет, я не люблю его, меня заставляют. Если все эти люди были такими суперрелигиозными, то должны бы и знать, что принуждать к замужеству нельзя. Может и не неграмотные селяне, которые Библию знали лишь по пересказам, но священник точно должен это знать.

Но теперь, сама оказавшись в такой ситуации Ева поняла, что всё сложнее. Ну возможно от свадьбы они бы действительно откосили, а дальше что? Родители были бы страшно опозорены и страшно злы на них за этот позор, и как продолжать с ними жить? Если не выгонят на улицу, то сладкую жизнь устроят точно.

Ну скажет Ева, что не хочет этого брака. Ну послушает её священник (или кто это у них, шаман?). А дальше? Ей всё равно придётся жить с Финистом и не факт, что после этого он продолжит быть с ней добреньким. Может и превратится во второго Семёныча с "прекрасными" бонусами в виде извращённой влюблённости.

На свадебном пиру она сидела не жива, не мертва, не прикасалась к еде и не смотрела на гостей. Её наконец-то накрыло запоздавшей паникой. Но не той, что ещё недавно заставляла её стрелять в людей и прыгать в окно, а такой что заставила застыть как статуя, даже мысли, и те словно окаменели.

Момент, когда её о чём-то спрашивали, если спрашивали вообще, она пропустила мимо ушей, и в комнату её унесли на руках отнюдь не из романтичности, а потому что сама она не шла.

– Ну вот и всё. – облегчённо вздохнул Финист, снимая с неё фату. Кажется его собственная паранойя отпустила сокола только сейчас. А вот для неё эти слова звучали как приговор.

Она же не маленькая, знает, что происходит после свадьбы.

– Слушай, но это уже и в самом деле обидно. Почти полгода у меня живёшь, когда я успел зарекомендовать себя, как насильника? Ева? Ну не молчи и не смотри так! Я не трону тебя, пока ты не захочешь.

Девушка с большим трудом взяла контроль над голосовыми связками.

– А если я никогда не захочу? – очень медленно проговорила она.

Финист снисходительно хмыкнул.

– Это ты сейчас так говоришь. Но рано или поздно ты не сможешь больше сторониться единственного человека в своём окружении, устанешь жить в Дне Сурка. Не скоро, конечно, но я умею ждать. – он говорил это со спокойной уверенностью, но в конце хитро улыбнулся. – Но поцелуй-то я на собственную свадьбу могу попросить?

Еву снова бросило в дрожь. Инстинкт самосохранения говорил уступить в малом, чтобы не искушать судьбу и не расплатиться по полной. Но даже если перебороть внутренний протест, остаётся загвоздка. Целоваться-то она не умеет.

В школе какой-то "хороший" сказочник, поклон ему по пояс, создал ей репутацию оторвы и распутницы. Хотя она всегда была всего-то обычным мизантропом и во всех этих ваших человеческих слюномарательствах не разбиралась. Нет, ну видела, конечно, в кино, но там не понятно ничё. Прибились друг к другу челюстями, а дальше что? Может нёбо языком щекочут? Когда себе нёбо языком щекочешь это приятно.

Ева крепко зажмурила глаза и... просто быстро поцеловала его так же, как обычно целуют в щёку.

– Мило. – проговорил Финист, не очень удачно скрывая смех.

Девушка спрятала лицо в ладонях.