Невеста взаймы

Глава 9

Глава 9

Сияна

Сильная боль стрелой пронзила все тело. Казалось, меня бросили в чан с кипящей водой. Кожа горела, пульсировала. Я застонала. Открыв глаза, попыталась прогнать остатки сна, надеясь на то, что это принесет облегчение. Тщетно. Стало только хуже. Боль усилилась, давая понять, что причина ее была вполне реальной, а не вызванной кошмарными сновидениями, в которых меня преследовал разгневанный варвар.

Солнце уже заглядывало в распахнутое настежь окно. Я зажмурилась и, превозмогая боль, села.

— А вот и наша соня проснулась, — пропела Вера, порхая у зеркала. — Неужели ночь с князем так утомила? — Она сладко улыбалась, но в речах ее яд чувствовался.

— Что ты хочешь этим сказать? — ощетинилась я, пытаясь не обращать внимания на усиливающуюся боль.

— Ты вернулась поздно, — повела плечиком Вера, расчесывая роскошные темные волосы.

Я наткнулась взглядом на Цану. Девушка сидела на своей кровати, молча взирая на меня. Кровать по соседству от нее пустовала. Во взгляде ее плескалась ненависть. Не мудрено. Томаш оставил во дворце меня, прогнав ее сестру Тану. Наверное, мне стоит остерегаться ее и держаться подальше.

— Как спалось? — спросила Вера, поворачиваясь ко мне. Стоило ей взглянуть на меня, как улыбка, плясавшая до этого на ее губах, бесследно исчезла. Во взгляде появился неподдельный испуг. — Что это? — Голос девушки был полон отвращения. — Кто тебя так? Князь? — ахнула она.

Морщась от боли, я отбросила одеяло в сторону. Нижнее платье, в котором я вчера уснула, местами пропиталось чем-то красным. Небольшие алые кляксы были на рукавах, юбке и в области декольте. Сердце забилось чаще, когда я приподняла белую ткань рукава. На нежной коже красовались небольшие язвы. Прикосновение к ним вызывало нестерпимую боль. Некоторые из них от трения с тканью платья начали кровоточить.

От увиденного голова пошла кругом. Я почувствовала, как пол уходит из-под ног. Благо, я сидела на кровати, иначе рухнула бы без сил.

— Что с моими руками? — прошептала я, с отвращением глядя на изувеченную кожу. Да на меня теперь без страха не взглянешь!

Вера подошла ближе.

— Похоже на магический порошок, — протянула она, разглядывая простынь, покрытую местами тонким слоем серебристой пыльцы. Разглядеть эту гадость в темноте не представлялось возможным, а вот при свете дня не составило труда.

— Это ты сделала? — Я подскочила, схватила Веру за грудки. — Отвечай, — закричала, встряхнув ее, словно мешок.

— С ума сошла? — завизжала девушка. — Пусти!

Ее попытки избавится от моих рук не увенчались успехом. Я держала крепко. В крови плескался адреналин и желание наказать обидчика, отнявшего единственное, что у меня осталось — красоту. Спохватившись, я отпрянула от Веры, осторожно коснулась ладонями лица, моля всех богов, чтобы оно не пострадало. Дабы убедиться в этом, бросилась к зеркалу.

— Целое, — прошептала я, тяжело дыша.

А вот о теле того же я сказать не могла. На глаза навернулись слезы.

— Тебе нужно смыть с тела остатки порошка, пока не стало хуже, — тихо сказала Анисья, увлекая меня в соседнюю комнату. — Я помогу тебе обработать раны.

В ответ я лишь покорно кивнула. Слова застряли в горле.

Сидя на холодном бортике высеченной из камня ванны, я старалась не плакать. Взор застилала влажная пелена. Слезы — это слабость. Покажу их и соперницы меня растопчут, уничтожат, почувствовав мою уязвимость.

— У меня есть заживляющая мазь, — сказала Анисья, промывая теплой водой кровоточащие ранки. Я морщилась от боли, но сносила все невзгоды молча, стиснув челюсти до зубного скрежета. — Она от мозолей, но, полагаю, сможет помочь. По крайней мере, с мозолями она справляется отлично, — выдавила она скупую улыбку.

— Ты много работаешь? — спросила я, чтобы немного отвлечься.

— Да, в поле, — ответила Анисья. — Мы едим лишь то, что выращиваем сами. Поэтому, чтобы не умереть с голоду, приходится трудиться.

Промыв последнюю ранку, Анисья удалилась. Через минуту она вернулась, крепко сжимая в руке пузатую банку, наполненную зеленоватой вязкой субстанцией. Полагаю, пахнет она ничуть не лучше, чем выглядит.

— Я хотела поблагодарить тебя, — начала говорить девушка, опускаясь на бортик по левую руку от меня. — Если бы не ты, я провалила бы испытание.

— Глупости, — отмахнулась я, стараясь смотреть куда угодно, но только не на свое тело. На дощатый пол, на банку с мазью, на лицо Анисьи…

— Твоя щека, — прошептала я, только сейчас заметив четыре бордовые борозды на коже, до безобразия похожие на царапины.

— Пустяки, — натянуто улыбнулась девушка. — На мне все быстро заживает.

Я нахмурилась, но наседать на Анисью не стала. Стоило мне провести вечер вне стен нашей маленькой комнаты, как что-то изменилось. Отношения между участницами отбора стали более натянутыми и кто-то, кажется, решил устранять соперниц всеми доступными способами, не брезгуя применять физическую силу и даже магию. Если гнев в мой адрес был скорее всего вызван ревностью к князю Томашу, то то, что случилось с тихой и неприметной Анисьей — вопрос. И мне нужно как можно скорее получить на него ответ, чтобы обезопасить себя в дальнейшем.