Невезучий второй читатель. Том 1

Глава 5. Заблудшие в тумане пыли. Часть первая

На пороге материализовавшейся двери стоял удивлённый Скиталец и с подозрением и интересом оглядывал кухню. Он поморщился, когда в нос ударил запах вина. В центре комнаты заметил обгоревший стол, который хоть пока и не падал, но выглядел неустойчивым, большая часть луж от пролитого вина успела подсохнуть, только красные разводы остались. Светящиеся ярко-оранжевые и красные пятна расползались в разные стороны. Когда Скиталец вгляделся, то осознал, что на кухне завелись муравьи, и не просто какие-то безобидные насекомые, а поджигающие всё вокруг.

Из мебели гореть тут, к счастью, было особо нечему, за исключением пары столов, шкафов и нескольких низких табуретов, а также поленьев — иными словами, ничего ценного. Кроме бамбуковой пароварки, которую Чжао Синьи защищал насмерть. Как истинная хозяюшка, он также облил по кругу все мешки и ящики с едой, чтобы муравьи до них не добрались. Оставалось надеяться, что те не полезут в шкафчики, но насекомые в основном столпились в другой части комнаты.

— Я творю? — с возмущением переспросил Чжао Синьи. — Это ты оставил меня тут без зажигалки. Как, по-твоему… то есть, по мнению Вашего Высочества, я огонь развести должен, а?

Скиталец не удержался и улыбнулся, но взгляд его казался озадаченным.

— Что такое зажигалка*?

* Для Скитальца слово «зажигалка» (кит. 打火机) прозвучало как «разводящий огонь механизм».

— Неважно, лучше скажи, как вы тут огонь разжигаете, а то у меня нашествие муравьёв случилось.

— Ты же уже делал это на моих глазах.

Чжао Синьи, по-прежнему держа в руках кувшин с вином, непонимающе уставился на Скитальца.

— Вызывал нашествие муравьёв?

Почему-то именно это пришло в голову первым.

Он не успел поинтересоваться, как отозвать их обратно, Скиталец заговорил быстрее:

— Нет, разжигал огонь.

Затем прикрыл глаза и засмеялся.

— Что смешного?

Его Высочество наигранно смахнул слезинку с глаз. Чжао Синьи сомневался, что мог настолько рассмешить его, поэтому нахмурился и с недовольным видом поглядел на него.

— Тебя совсем одного оставить нельзя, Чжао Умэн. То растение нападает, то муравьи кухню поджигают. Откуда они вообще взялись, кстати?

— Да у вас тут в ящиках хранились, — фыркнул тот, не собираясь вдаваться в подробности, тем более сам не разобрался, как работали талисманы. Его не волновало, где там Скиталец видел, как его персонаж разжигал огонь, он просто хотел домой. Не желал ни с кем сближаться и общаться в этом мире, только жаждал вернуться обратно.

— Ладно, Чжао Умэн, поставь кувшин на место, — попросил Скиталец, продолжая улыбаться. — На кухне тебе опасно находиться, лучше дальше уборкой займёшься.

А как же гениальный план отравить главного героя…

Растерявшийся Чжао Синьи покрепче прижал к себе кувшин с вином, используя его то ли как щит, то ли как оружие. Как будто решал — вылить остатки прямо на белоснежную нижнюю часть одежды или всё-таки ударить по голове, если тот осмелится приблизиться. Провести неделю в уборке? Нет, спасибо, точно нет. Он ненавидел убираться, в его комнате постоянно царил бардак. Мать не выдерживала и иногда всё-таки заходила вытереть пыль со стола и пропылесосить, но сам он никогда не убирался. А тут и пылесоса не было. Убирать всё руками? Да он в окно лучше выйдет, которое почему-то тоже не наблюдал во дворце. Мог только предположить, что его специально отводили в комнаты, откуда легко не сбежать.

— Предпочитаю выполнить данное Вашим Высочеством поручение.

Скиталец хитро прищурился и сделал шаг, вот только Чжао Синьи почувствовал угрозу и воинственно расплескал несколько капель вина, не позволяя приблизиться.

— Какой-то ты слишком вежливый, Чжао Умэн. Забудь об этом поручении и возьмись за другое.

— Нет.

Его Высочество сделал ещё один шаг, одновременно с ним Чжао Синьи отступил назад и брызнул вино. Он специально целился в зелёную часть одежды, где пятна стали бы не такими заметными, чтобы случайно не разозлить Скитальца — решил, что так лучше. Вот только и тут ему не повезло. Неправильно рассчитал силу, и вино заляпало белый низ.

Скиталец прикрыл глаза и свёл брови, продолжая улыбаться. Чжао Синьи видел подобное выражение лица в играх и аниме, реальные люди обычно так не выражали эмоции. По крайней мере, не его родственники и знакомые. Ничего хорошего это лицо не предвещало, специальных эффектов и красных черт ещё вокруг не хватало. Кончики губ Его Высочества подёргивались, какое-то время он стоял на месте, не двигаясь, и в следующее мгновение рванул на Чжао Синьи, пытаясь выхватить кувшин с вином из его рук.

— Не отдам! — заспорил тот и изо всех сил вцепился в сосуд.

Он сделал шаг назад и тут же потерял равновесие — нога Чжао Синьи ступила в полупросохшую лужу вина и поехала. Скиталец попытался удержать его на месте, однако тот сопротивлялся и вырывался, поэтому вместе они грохнулись на пол. Кувшин не выдержал такого обращения, выскользнул из рук Чжао Синьи и разбился от удара, осколки разлетелись по полу.

В своём мире Чжао Синьи так редко покидал свой дом и уж тем более падал (большую часть времени он сидел на стуле и играл в игры или же валялся на диване и либо читал новеллы, либо что-нибудь смотрел), что теперь понять не мог, каким местом ударился. Приземлился на спину, а болели все конечности, ещё и голова раскалывалась. Он даже не заметил, досталось ей или нет. Ещё и этот проклятый Скиталец приземлился ему на живот. Возможно, его прошлому толстому телу не пришлось бы так больно, но это слишком худое, поэтому помимо всего прочего у Чжао Синьи ещё и рёбра разболелись.

— Слезь с меня, тупой осёл*, — прошипел он сквозь зубы, на миг позабыв, к кому обращался.

* Кит. 蠢驴 – бран. «тупой осёл» (вместо «козёл», дурак).

— Это ты Моё Высочество тупым ослом назвал?

Скиталец впился локтем ему прямо в живот и подпёр свой подбородок, вскинул брови и хитро улыбнулся.