Невезучий второй читатель. Том 1

Глава 29. Виноватые и невинные

Пусть Ду Жэсинь являлся простым персонажем, о котором Чжао Синьи не вспомнит после возвращения домой в свой мир, сейчас тот нуждался в срочной помощи: часть некогда белой одежды сгорела, выступавшие участки кожи сильно покраснели, но не успели покрыться волдырями, пострадало также и лицо. Свет множества парящих в воздухе талисманов освещал заклинателей и демона, падал также и на мост. Чжао Ушуй спрыгнул с меча и, размахивая руками, посмотрел то на Чжао Синьи, то на Скитальца.

— Демон, это ты натравил монстра на наш орден?

— Шисюн, что ты такое говоришь? — вмешался Чжао Синьи. — И не до возмущений сейчас, этому ученику нужна помощь.

— Потерпит, — сердито выплюнул он, схватился за эфес и наставил меч на грудь Скитальца. — Ты за это ответишь.

В этот момент обгоревший мост треснул и провалился в ров, подняв множество брызг.

На фоне звёздного неба показался женский силуэт, к ним спикировала Чжао Уку — одна из членов клана Чжао, которую глава ордена Чжао Уцюэ отправил на осмотр. Она в ужасе взглянула на Ду Жэсиня и сердито посмотрела на остальных:

— Вы что тут устроили? Не видите, что мальчику нужна помощь?

— Шицзе, во всём виноват этот демон! — Чжао Ушуй так активно размахивал руками, что чуть не задел пострадавшего от пожара Ду Жэсиня. Часть лица, спина и плечи успели покрыться волдырями, юноша молча стоял, в то время как по его лицу из-за невыносимой боли текли слёзы.

Чжао Уку немедленно нагнулась и вытащила из сапога сразу два талисмана, после чего наклеила их на здоровый участок кожи.

— Это временно поможет справиться с болью, пойдём скорее к главе пика Ясных Лучей.

Не успели они подняться обратно на холмы, как Чжао Ушуй выпустил талисман, мгновенно прилипший к груди Скитальца.

— А ты пойдёшь со мной.

— Шисюн, — попытался вмешаться Чжао Синьи, — что ты делаешь? Его Высочество ни в чём не виноват.

— Это решать отцу.

Скиталец усмехнулся.

— Не переживай, Чжао Умэн, мы же знаем, что я не причастен к нападению на ваш орден.

— Хватит болтовни, — огрызнулся Чжао Ушуй и толкнул демонического принца так, что тот чуть не споткнулся.

Глава ордена и главы некоторых пиков собрались в специальном помещении на пике Яростных Ветвей, где Чжао Усинь, один из старейших заклинателей, работал над стихийными талисманами. Здесь часто что-то взрывалось, затапливалось, поэтому он построил место, защищавшее мир от его экспериментов. Именно туда перенесли труп напавшего на орден, но, когда вошли Чжао Синьи и остальные, старейшины обсуждали вовсе не тело: седой Чжао Усинь отчитывал главу ордена, которому сам приходился дедом:

— Уцюэ, церемонию обязательно надо провести, иначе небеса прогневаются на наших адептов.

— Враг напал именно в момент церемонии, — возразил ему Чжао Уцюэ. — По-вашему, они ещё не прогневались?

Тень упала на лицо Чжао Усиня.

— Уцюэ, если с ними что-то случится, вина ляжет на твои плечи.

В этот момент в помещение влетел Чжао Ушуй, активно размахивая перед собой руками, и перебил говорящих:

— Отец! Я нашёл виновника.

Пусть Чжао Синьи предпочитал избегать конфликтов, он также не мог смотреть, как ложно обвиняли того, кто не раз спасал его жизнь.

— Отец, Его Высочество лишь хотел помочь.

Поскольку оба пришли по делу, Чжао Уцюэ не стал сердиться из-за вторжения на собрание старейшин.

— Ушуй, нельзя обвинять кого-то лишь потому, что он тебе не нравится. — Только Чжао Синьи начал злорадствовать в своих мыслях, как глава ордена обратился и к нему самому: — Умэн, нельзя кого-то защищать лишь потому, что он твой знакомый, ты многого можешь не знать о нём. На чужой бахче не поправляют обувь, как и под чужой сливой не поправляют шапку*.

* Кит. 瓜田不纳履，李下不整冠 – «На чужой бахче не поправляют обувь, под чужой сливой не поправляют шапку» (не навлекать на себя опасных подозрений).

Но Скиталец не был простым знакомым. Он столько раз приходил на помощь, выручал из беды, что без него Чжао Синьи просто не стоял бы здесь.

— Теперь объясните нормально, что случилось.

Старейшины молча смотрели на молодых, и Система вдруг решила вмешаться, заставив вздрогнуть от неожиданности:

[Синьи, Вам представить собравшихся?]

«Почему ты то сама представляешь, то решила поинтересоваться?»

[Может, Вы хотите к кому-то лично обратиться.]

«Я всё равно их не запомню», — мысленно фыркнул Чжао Синьи. Он и сам видел знакомое лицо Чжао Уцзюй, главы пика Ясных Лучей, которая лечила его ногу, и также одного из мужчин — того самого, что на празднике Чистого Света чуть не поругался с заклинателем из Хэйлун Тан.

— Демон сжёг один из наших мостов! — с возмущением расписывал Чжао Ушуй, размахивая руками. — Я почувствовал активированный талисман Умэна и вмиг примчался, думал, тот столкнулся с врагом, и увидел, как горящий мост провалился в ров. А этот демон стоял прямо возле него, ещё и на нашей территории, как будто мы для него какая-то шутка!

— Глава Чжао, позвольте, — вмешался Скиталец с улыбкой, — Моё Высочество — демон воды и физически не мог сжечь мост.

Чжао Уцюэ внимательно слушал их, не перебивал и не делал поспешных выводов, затем обернулся ко второму сыну и спросил:

— Твоя версия, Умэн?

Чжао Синьи вздохнул, набрал в рот побольше воздуха и начал рассказ:

— Я собирался проводить ученика шицзе на пик Покрова Ночи, но он убежал, поэтому я решил проследить и убедиться, что он доберётся в целости и сохранности. Однако направился он вовсе не в безопасное место, а к мосту, с которого были сорваны талисманы. Когда мост загорелся, я закричал и помчался к Ду Жэсиню, тогда на помощь пришёл Его Высочество.

Чжао Уцюэ сжал переносицу, убрал руку и задумчиво обвёл взглядом всех присутствовавших.

— Ваше Высочество, как Вы оказались на территории ордена Цинху Чжао? Защитные талисманы не должны пускать посторонних.

— Как Чжао Умэн и сказал, талисманы были сорваны. Моё Высочество находился неподалёку, видел свечение над холмами, и любопытство пересилило, поэтому я решил подойти и посмотреть, не случилось ли что. Когда я подходил, загорелся мост, и я просто не смог остаться в стороне и не прийти на помощь.