Невезучий второй читатель. Том 1

Глава 30. Совет Пяти Великих орденов

С момента нападения на орден Цинху Чжао прошло два долгих дня, и глава Чжао Уцюэ получил от остальных орденов согласие на проведение совета. Он пригласил глав пиков в резиденцию Лазурных Ударов и объявил:

— Совет срочный, на этот раз со мной полетят только Ушуй и Умэн. Большее количество нас задержит.

— Глава, с ума сошли? — возмутилась Чжао Уцзюй, готовая связать его цепями и приковать к месту. — Опасно лететь таким составом, а если на вас нападут?

— А если нападут на орден? — парировал он. — Кто защитит молодое поколение, будущее ордена Цинху Чжао?

— Но ты берёшь с собой обоих сыновей, разве они — не будущее ордена? — возразил их брат Чжао Ушан. — Представим худшую ситуацию, если вы погибните втроём, что тогда делать ордену?

— Унань и Уку остаются в ордене, как и все вы.

Чжао Ушан улыбнулся и с готовностью заявил:

— Ну уж нет, гэгэ, я полечу с тобой.

Глава ордена схватился за переносицу и сильно сжал её, затем ответил:

— Ладно, но все остальные будут защищать орден.

Стоявший в стороне Чжао Убэй, их отец, задумчиво добавил низким голосом:

— Раз главы орденов так сразу согласились, полагаю, напали не только на нас.

Чжао Уцюэ кивнул.

— Совсем недавно нашими врагами были демоны, но стоило воцариться миру, как появились другие.

Седой Чжао Усинь обвёл всех взглядом и тяжело вздохнул.

— Боюсь, существовать они могли уже давно.

— Тогда почему не объявились раньше?

Чжао Усинь щёлкнул пальцами, и дверь в резиденцию резко захлопнулась. Самый старший заклинатель ордена понизил голос и пояснил:

— Последние годы мы были заняты войной с демонами и не обращали внимания на другие проблемы. Вы не думаете, что своими нападками новый враг может пытаться отвлечь нас?

Чжао Убэй, глава пика Равновесия, нахмурился и сжал руку в кулак.

— Но от чего, отец?

— Это неведомо даже мне.

​

За несколько дней Чжао Синьи успел прийти в себя, отдохнул, отоспался и взялся за изучение талисманов. На этот раз он не пытался найти знакомые символы и вычитать о них в свитках, а собрал всю волю в кулак и наполнил одну из бумажек своей ци. И вмиг столкнулся со страхом, что сейчас навлечёт на себя опасность, поэтому отбросил талисман в сторону, зажмурился и выставил перед собой руки, готовый защищаться. На удивление, тот начал загибаться, пока не превратился в бумажного журавлика и не подлетел к колену Чжао Синьи.

— И… для чего ты?

Он не знал, чем заняться и как дальше действовать в этом мире. План по возрождению демона Яростного Пожара по-прежнему казался гениальным, но пока Чжао Синьи не был готов приступить к реализации, раз даже не обладал никакими полезными навыками.

Снаружи послышался приближающийся топот, и в домик без стука ворвался Чжао Ушуй:

— Умэн, отец ждёт тебя в резиденции Лазурных Ударов, мы сегодня летим на совет.

— Что? — непонимающе переспросил Чжао Синьи. — Какой совет? У меня же меча нет.

— Отец знает, пошли.

Он бесцеремонно схватил младшего брата за локоть, заставил подняться с пола и выволок наружу.

— Я сам могу идти.

Лишь после этих слов Чжао Ушуй ослабил хватку и сложил руки за спиной. Солнце освещало холмы и пригревало тёплыми лучами спины двух братьев, направлявшихся к отцу. С ночи нападения Чжао Синьи не видел ни не ставших полноценными учениками Ду Яна и Дин Сю, ни раненого Ду Жэсиня, поэтому ничего не знал об их состоянии.

Чжао Уцюэ сидел на стуле с полукруглой спинкой и что-то быстро писал, обмакивая кисть в чернила, но при виде сыновей сразу отложил в сторону и подошёл к ним.

— Умэн, возьми тренировочный меч, пока не получил новый, и немедленно отправляемся на совет.

Он протянул Чжао Синьи простой металлический меч в ножнах, на эфесе не было никакого необычного узора, как и отличительных знаков в целом. Сразу за ними в резиденцию вошёл высокий мужчина, на биси которого вместо тигра были изображены два глаза, выглядывавшие из тёмной пещеры — глава пика Покрова Ночи.

— Летим? — поинтересовался он, глава ордена сразу кивнул.

— Да, немедленно.

Он вышел из резиденции и чуть не столкнулся носом с седым Чжао Усинем.

— Вы же не попытаетесь нас остановить? — спросил Чжао Уцюэ, становясь на парящий в воздухе меч прямо у выхода из резиденции.

Старик рассмеялся.

— Пришёл пожелать вам хорошей дороги, вернитесь домой живыми. Ушан, приглядывай за своим братом.

— Конечно, — ответил глава пика Покрова Ночи и тоже встал на меч, Чжао Ушуй последовал их примеру.

Чжао Синьи тоже сконцентрировался и наполнил тренировочный меч своей ци, поднялся в воздух и осторожно ступил на него, боясь упасть с нового непривычного оружия, но ноги сразу приклеились к ножнам, как к магниту, и не скользили. На поясе у него также висел кинжал Скитальца с лазурной кисточкой, Чжао Синьи решил на всякий случай носить его с собой, чтобы иметь возможность защититься. Змеиную иглу из деревни Лазурных Кустов после произошедшего он боялся оставлять на открытом пространстве — тем более, та уже однажды успела догнать его и воткнуться в спину, поэтому Чжао Синьи спрятал её в старых ножнах под эфесом с обломком меча.

Ни с кем более не прощаясь, четыре члена клана Чжао взлетели над раскинувшимися холмами и отправились в путь. Попутный ветер дул им в спины, когда заклинатели в развевающихся белых одеждах с чёрными полосками приблизились к широкой реке, тянувшейся до самого горизонта. Они летели в одну сторону с течением — туда же, где находилась людская столица Минцзин.

На тренировочной мече Чжао Синьи чувствовал себя менее комфортно, чем на клинке с именем Жумэн, словно между ними существовала особая связь, создававшая ощущение свободы. А сейчас его словно связали верёвками, сковали движения и бросили в океан со словами: «Плыви». И он поплыл, но не так, как раньше.

По бокам от побережья то виднелись густые леса с зелёными деревьями, то сменявшие их поля с ещё не выросшим урожаем, изредка попадались крыши от деревень и городов.