Невидимый свет

Лучик солнца.

«Ден?! — поняв, чей это голос, я отвернулась, съёжившись, как устрица от лимонного сока, в надежде, что мой бывший парень меня не узнает. — Тебе показалось, тебе показалось... пожалуйста!» 
Я-то думала, что этот день не может быть ещё хуже! А вот и нет. Может! Это называется закон подлости. Чем паршивее момент и чем ужаснее ты выглядишь, тем больше вероятность встретить всех своих давних знакомых, и особенно бывших. 
Ден с удивлённой и довольной улыбкой шагал в мою сторону. Он явно понял, что это мокрое недоразумение на лавке — его бывшая девушка собственной персоной. У меня появилась мысль скривить лицо и скосить глаза, может, тогда удастся его отпугнуть, а самой быстро сбежать, допустим, вот в те кусты неподалёку. Но парень уже подошёл совсем близко, потянувшись меня обнять. Я отпрянула и подскочила на ноги, как пуля.  
— Николь, это же я, — парень всматривался в моё лицо.  
— Вижу, — буркнула я. 
— Ты что тут делаешь? Одна, на лавочке. Под дождём? — Ден светился от счастья, как стальной начищенный чайник, прикрываясь зонтом от капающей с мрачного неба воды. 
— Гуляю. Не заметно? 
Парень поморщился, поняв, что я язвлю, и продолжил: 
— Я тебе звонил! Что с твоим телефоном?  
— Номер поменяла, — раздражённо бросила я, пытаясь пройти мимо и закончить этот ненужный мне разговор. 
Парень не отставал, преграждая путь. Вот же прицепился! Сейчас вообще не до него с его любопытством. Он, конечно, в чём-то хороший человек и как друг был бы классным. Но в своё время я познала, что такое быть его девушкой. И это, хочу сказать, было совсем не просто. Он мог не разговаривать со мной по неделям, игнорируя, словно я ненужная пыльная вещь в серванте. Регулярно не ставил меня в известность о каких-то своих планах или, например, гостях. Это больше было похоже на подставу или элементарное неуважение. Все мои желания игнорировались. К слову, нас содержала я, хотя мы и не жили на постоянной основе вместе. Но парень мог ещё и упрекнуть меня в том, что я не приготовила разнообразных блюд для его величества. Мы всё время ссорились. Но в редкие дни перемирия мне казалось, что я безумно его любила. Оттого каждое его нехорошее действие обижало меня до глубины души. С некоторыми парнями нельзя заводить отношения, притом что дружить с ними было бы замечательно. Но до этого доходишь не сразу, нужно время и нужны другие люди, чтобы это уяснить. После того как я встретила Тимофея, я поняла, что такие понятия, как взаимоуважение, надёжность, уверенность, поддержка, защита — это не чья-то дразнящая выдумка, а реальность. Очевидно ведь, что после встречи с настоящим ураганом о каком-то там сквозняке из прошлого никто и не вспоминает. Я больше ничего не чувствовала к Дену. Его измена и предательство, которые открылись совсем недавно, меня больше не касались — я не хотела пачкаться об это. Он — пустота… 
— Николь, — не унимался мой бывший, — по местным новостям видела, что показывали? Тот, кто на камеры попал, в розыске. Он по-любому в сговоре с нападавшим. Псих какой-то.  
Он говорил о Тиме. О том, кто спас меня и занимался этим на протяжении всего времени! Мой любимый ангел избавил меня от навязчивых мыслей о Дене! Это он показал, что меня можно по-настоящему любить и что я достойна этого! В меня словно огненная молния попала из грозной тучи над головой, и я выпалила: 
— Он не псих! 
Ден только молча стоял, непонимающе хлопая глазами.  
— Боже, Ден. Мне сейчас не до тебя. Что ты вообще забыл в Кисмет? — выдохнув, устало спросила я. 
— Я по работе с начальником тут. У нас в ресторане встреча с партнёрами. 
— Вот и занимайся, пожалуйста, работой. А лучше уезжай обратно. 
Ден зачем-то сделал шаг навстречу и взял мою руку в ладонь, переведя странный взгляд на моё лицо. 
— Я скучал, — раздался вкрадчивый голос бывшего парня.  
Какой сюр! Гадкий предатель, подлый изменщик! Ещё язык поворачивался вкручивать мне в уши про «скучания». 
Не думая, я решительно одёрнула руку, как от открытого огня, и встретила его взгляд: 
— Забудь, что видел меня здесь. 
— Но... 
— Забудь. И уезжай. 
Я постаралась обойти назойливого бывшего, но он снова бесцеремонно схватил меня за руку и развернул лицом к себе. Ден никогда раньше такого себе не позволял, и не было случаев, когда он мог замахнуться или ударить. Но почему-то от этого грубого жеста я испугалась. Что на него нашло? Не понравилось, когда его откровенность проигнорировали? Так он так делал постоянно. Бумеранг ещё никто не отменял, дружок. 
Парень чуть приблизился и, оскалившись, зашипел: 
— Ты не слышишь меня? Я соскучился по тебе, дурында... Я же знаю, ты тоже скучала. 
Я дёрнула руку и чуть не порвала куртку. Надёжная мужская хватка не выпускала меня. И вдруг его глаза блеснули животным азартом, и этот наглец притянул меня к себе, впиваясь, как пиявка, в губы. Его язык скользнул мне в рот, и меня чуть не вырвало. Я протестующе замычала и ринулась отбиваться кулаками, не жалея сил, попадая по груди парня, даже получилось укусить за губу. 
— Не понял, — послышался голос за спиной. 
Ден выпустил меня из цепких объятий, и я инстинктивно со всей дури залепила ему смачную пощёчину, так что сумка чуть не улетела на землю, а плечевой сустав едва не выскочил из условленного местоположения. И только тогда, запыхавшись, я повернулась на голос. 
Осторожно приблизившись, нас ошарашенно разглядывал Гектор. В проходе ресторана осталась стоять девушка, придерживая одной рукой дверь. Она, как я поняла, пришла в заведение вместе с парнем, но я не имела возможности это увидеть из-за одного идиота. Длинные светлые волосы, пухлые губки в ярко-красной помаде, блестящие золотые переливы на веках, приклеенные длинные ресницы, острые скулы — прямо-таки ожившая картинка из социальных сетей, вобравшая в себя все современные стандарты искусственной красоты. Уставившись на меня, девица недовольно скрестила руки на груди и обиженно надула губёхи. 
Гектор в замешательстве вылупился на мою размазанную по лицу траурную помаду и перевёл взгляд на красные опухшие глаза и нос. 
— Что происходит? Это кто такой? — совсем недобро процедил друг Тимофея. 
Я прокручивала всё произошедшее в мозгу, понимая, как это выглядело со стороны. Неужели это всё правда? Почему бывшие активизируются, когда это уже никому не нужно? Ден сиротливо стоял, переминаясь с ноги на ногу, а на его лице горел отпечаток моей ладошки, от подбородка до самого лба. Одновременно хотелось прямо здесь сесть на асфальт и разреветься, топая ногами, и ещё больше кипело желание убить бывшего. 
Глаза жгло, и я заорала, как потерпевшая: 
— Я сказала, проваливай! Идиот! 
Ден сплюнул кровь от прокусанной губы и продолжал ошеломлённо глазеть то на меня, то на парня. Но спустя мгновение покорно поплёлся в ресторан, под тяжёлым преследующим взглядом Гектора. Я больше не понимала, где мне взять сил, чтобы сдержаться, и в отчаянии закрыла лицо руками и разревелась. Гектор мог передать Тимофею, что я целовалась с каким-то парнем. Сразу после нашей ссоры! Лучше было бы провалиться мне сейчас сквозь землю.  
Мне не хватало смелости поднять глаза на Гектора, но он приблизился, настырно ловя мой взгляд: 
— Не хочешь рассказать? 
— Хочу, — буркнула я и, поёжившись, снова опустила глаза в пол, глотая предательские слёзы. — Я сидела тут, — указывая рукой на лавку, пробормотала я. — А Ден заметил меня. Мы раньше встречались. Привязался ко мне как банный лист. Я сказала, чтобы он уезжал, я не хотела с ним говорить... 
Гектор аккуратно положил руку на женское плечо, прерывая бессвязную тираду. 
— Я понял. Всё. Не плачь. Но, — обеспокоенно озираясь по сторонам, парень спросил — где Тимофей, Николь? — Я не ответила, лишь пожала плечами. — Вы поссорились? — сощурил глаза парень. 
— Или расстались. Я не знаю, — наконец, взглянув на настороженного парня, прошелестела я. 
Гектор, словно что-то почувствовал, когда встретил мои красные заплаканные глаза.  
И тут же скомандовал: 
— Так. Поедешь со мной, — он ловко, нажатием одной кнопки брелока завёл двигатель в стоявшем рядом чёрно-оранжевом автомобиле и, усадив меня на сиденье двухдверной машины, добавил: — Я сейчас вернусь. Две минуты. Никуда не уходи. 
Парень быстрым шагом зашёл в ресторан. Через прозрачные стёкла было видно, как блондинка — спутница Гектора, возмущённо махала рукой и хлопала губами. Он что-то сунул ей в ладонь и пропал из виду. 
Я осмотрелась: вся приборная панель светилась, больше напоминая космолёт. В салоне авто приятно пахло древесным парфюмом и натуральной кожей. А главное, здесь тепло и сухо. Я лишь сейчас ощутила, что, как в лихорадке, дрожу от холода. Или стресса. Повернув голову в сторону водительского сиденья, я грустно вспомнила, что обычно рядом со мной, за рулём сидел мой ангел. Я поймала себя на мысли, что очень скучаю по Тимофею: его тёплым успокаивающим рукам, мягким пухлым губам, хитрым и игривым глазам, по нежным прикосновениям, от которых я забылала своё имя. Очередная противная капелька сбежала по лицу, заставляя меня злиться на себя. В более дурацкой ситуации я, пожалуй, ещё не была. Что теперь будет?  
Гектор появился в дверях с коричневым бумажным пакетом в руках и сел в машину. Блондинку было не видно, похоже, она осталась внутри здания. Как и Ден, слава богу.  
Парень уложил пакет в багажник и, появившись в салоне автомобиля, повернулся ко мне: 
— Я позвоню Тимофею. 
— Нет! — вырвалось в меня. — Пожалуйста, не надо! — умоляюще посмотрела я. 
— Оружие на землю! — парень поднял руки, будто сдаваясь, и кинул телефон между нами, пытаясь пошутить, но я лишь нахмурила брови. — Ладно. Это уже не смешно. Ты же понимаешь, что Тимофей мой друг? Я не могу от него скрывать его же девушку. 
— Тогда я лучше пойду. 
Я потянулась к ручке, но замок вдруг щёлкнул и двери заблокировались. Я обернулась к Гектору с немым вопросом в глазах.  
— Ну и куда ты пойдёшь? — выжидающе уставился он. 
— Не знаю. Но Тима бросил меня одну, наговорив ужасных вещей. Ещё Ден прицепился... 
— Хорошо, — спокойным тоном перебил Гектор, — твои предложения?  
— Ты не звонишь никому. И не говоришь про меня. 
— Но! Если Тимофей мне позвонит и будет спрашивать — я врать не буду. 
— Хорошо, — согласилась я. 
«Если ему вообще теперь есть дело до меня». 
Я быстро отогрелась и только теперь заметила, как Гектор хорошо сегодня выглядел: узкие синие джинсы по фигуре, тёмно-серый приталенный пиджак, чуть светлее по оттенку, но тоже серая водолазка и под этот же цвет явно дорогие кожаные ботинки на массивной подошве. Авто стремительно набирало скорость, и я опомниться не успела, как мы выехали на незнакомую дорогу. Обилие магазинов и бутиков сменил престижный район с множеством шикарных коттеджей. За окном то и дело мелькали большие прогулочные зоны, огромные оборудованные детские площадки с фонтанами и мультяшными статуями. На заездах у каждого дома стояло по несколько роскошных автомобилей. Простые люди точно не могли бы позволить себе такое жильё.  
Гектор вел машину уверенно и легко, быстро и точно маневрируя между другими участниками движения, и уже через десять минут мы подъехали к внушительному особняку за высоким надёжным забором благородного охристого цвета. Кипенно-белый дом с множеством стеклянных окон и дверей от пола до потолка солидно красовался, впечатляя масштабами и необычностью архитектурных элементов. Припарковав машину у гаража, мы выбрались наружу. Я следовала за Гектором по пятам, и мы прошли внутрь.  
— Располагайся, — бросил парень и подошёл к большому столу. Шурша бумагой и достав еду из того самого пакета из ресторана, парень принялся раскладывать всё по тарелкам, предварительно вымыв руки.  
Я тихонько разулась и оставила ботинки у входа. Также, стянув влажную кожаную куртку, повесила её сохнуть на небольшой стул. В мокром платье не очень приятно было находиться, но другой одежды не было.  
Гектор заметил тёмные разводы и прилипшую к животу ткань и вежливо предложил: 
— Может, тебе дать что-нибудь сухое? 
— Неудобно как-то, — сконфуженно пролепетала я. 
— Ой, брось, — парень взял меня за локоть и отвёл в просторную ванную комнату, сунув в руки розовый шёлковый халат. 
«Женский. Боюсь представить, сколько девушек носили его до меня, — брезгливо поморщилась я и тут же себя одёрнула: — Надо быть благодарной». — Я осторожно потянула за край и понюхала ткань — пахло стиральным порошком и кондиционером для белья. 
В сухой одежде стало намного лучше. Даже то ощущение жалости к себе, которое я поймала, сидя на лавке под дождём и позже прилюдно воюя с бывшим парнем, стало рассеиваться. Я умыла лицо, стерев остатки косметики, и бесшумными шагами вернулась к парню, подойдя к кухонному столу. 
— Я поесть заказал, но не успел, как ты знаешь, — по-доброму улыбнулся Гектор. 
— Прости, — тихо извинилась я, и парень непонимающе на меня взглянул. — За то, что свидание тебе сорвала, — рассеянно напомнила я. 
— А, это! Забей! Это так, — равнодушно махнул он рукой. — Я вообще никуда не собирался, случайно выехал в город. Ладно, давай поедим. 
Мы уселись на огромный по величине синий диван напротив такой же невероятных размеров плазмы на всю стену. Низкий деревянный столик весь был покрыт тарелками с блюдами: креветки в кляре, роллы с разной рыбой и морепродуктами, мясная горячая нарезка, сырное ассорти, соленья, различные салаты. Либо у парня был очень хороший аппетит, либо он привык заказывать полное меню, не глядя. К тому же он очень быстро вышел из ресторана, и это наводило на мысль, что к его приезду всё уже было готово. Гектор любезно предложил выпить бурбон, но я, не задумываясь, отказалась, и тогда он сделал мне крепкий кофе с кокосовым молоком. Хотя я совсем не хотела есть, кусок не лез в горло, кофе я пила с огромным удовольствием, наслаждаясь его теплотой и нежным ореховым привкусом, сбегающим по горлу в живот. Парень включил подборку музыкальных клипов на телевизоре так, что экран освещал всю комнату не хуже нескольких люстр. Танцевальные ритмы затмевали какофонию звуков дождя за окном, это помогло настроению слегка подняться. Внутри стало намного спокойнее, и я с упоением замерла, смакуя уютную атмосферу.  
Сделав глоток бурой спиртосодержащей жидкости, Гектор снял пиджак и развернулся ко мне, вальяжно закинув одну руку на диван. Я тоже очень удобно расположилась с ногами на мягкой мебели, сжимая в ладонях горячую кружку с напитком. Нас разделяло расстояние около метра, так что это не заставляло чувствовать себя неловко. 
— Расскажешь, что у вас с Тимофеем произошло? — наконец, спросил Гектор, и я нехотя перевела взгляд на парня. 
Только сейчас я рассмотрела, какого цвета глаза у собеседника: янтарные, как у моей кошки Кико, только у Гектора виднелись тёмно-зелёные вкрапления в радужке. Кого же он мне напоминал? Закусив губу, я отвела взгляд, помедлив с ответом. Гектор пришёл на помощь, ещё и согласился на мои условия, поэтому отмалчиваться было бы совсем неправильно.  
Я нервно обхватила локти руками, вспоминая разговор с Тимом, и задумчиво уставилась в телевизор.  
— Он очень расстроился, что всё идёт не так... и сказал в сердцах мне кое-что ужасное. 
— Что идёт не так? — не выпуская из рук бокал, уточнил с серьёзным лицом Гектор.  
— Ты знаешь, — напомнила я о разговоре в баре, или всё же в клубе, в день гонки Тэша и Тима, — Аззан, похоже, не отстаёт от нас. И Тима боится, что кто-то может пострадать... — я помедлила, чувствуя, как в сотый раз за сегодня к глазам подкатывает солёная вода. Продолжить мысль у меня не получилось.  
«Всё это из-за нашей любви. Это несправедливо», — ну вот, опять я плачу.  
Гектор вдруг приблизился, глядя на меня, и резко притянул к себе, обнимая и поглаживая по спине. Я тут же успокоилась, больше от эффекта неожиданности и, возможно, испуга. 
— Всё будет хорошо, — мягко прошептал он, и я согласно кивнула, аккуратно отстранившись и моментально забыв про то, что только что плакала. 
Гектор сел так же расслабленно, как и до спонтанных объятий. Для него внезапно врываться в чьё-то личное пространство — в порядке вещей, как мне показалось. Или, быть может, у меня такой несчастный вид, что даже он поддался порыву пожалеть промокшее чучело в знак поддержки.  
— Николь, я не хочу совать нос не в своё дело, — начал парень, — но я Тимофея знаю давно. Очень. Он из тех, кто держит всё в себе, понимаешь? Но, — Гектор снова придвинулся, сверкнув незнакомо глазами, — я знаю одно, он любит тебя. Любит по-настоящему.  
Это была правда. Я не сомневалась в этом, потому что чувствовала любовь в любом его жесте, движении, как бы глупо это ни звучало! Но от этого становилось ещё больнее. 
— Я знаю, — устало выдохнула я, вытирая лицо рукой. 
Гектор продолжил: 
— Каким бы сильным, большим и мужественным ни казался мужчина, но он не робот, он не железный. Он может сорваться, как любой из нас. Тим наверняка уже сто раз пожалел, что ляпнул на эмоциях лишнего.  
Я хотела, чтобы это была истина. Не могла представить, что я буду делать без Тимофея. Смогу ли я жить дальше? Да. Но не хочу! Он как гуляющее сердце отдельно от моего тела. И только когда мы рядом, я ощущала себя цельной.  
Я нерешительно посмотрела на Гектора, встретила его внимательный, скользящий по моему зарёванному лицу взгляд и тут же отвела глаза, скрывая смущение. Я почему-то совсем не ожидала, что он следил за мной. Неожиданно парень одной рукой взял меня за подбородок и развернул лицо к себе, испытующе смотря в упор. От прохладного прикосновения к коже по спине пробежал лёгкий озноб. Наши лица разделяло не более десяти сантиметров. Я почувствовала запах дорогих духов и спиртного от Гектора. 
— Я считаю, что Тимофею повезло встретить тебя, — тихо промолвил он голосом ниже обычного, и его блестящие глаза опустились на мои губы. Грустная и одновременно романтичная музыка негромко доносилась из динамиков, что усугубляло общую картину. 
«Ты же его друг», — раздосадовано подумала я. 
Я аккуратно убрала руку парня от своего лица и отсела чуть дальше, грустно взглянув на него: 
— Не надо со мной играть, пожалуйста, — искренне попросила я. — В моей голове, в сердце — один мужчина, даже если ты ошибаешься и мы больше никогда с ним не увидимся. 
Гектор дёрнул головой, словно пытаясь скинуть наваждение, и отодвинулся, плохо скрывая своё удивление... или восхищение? 
— Десять из десяти, — словно любуясь мной, еле слышно промолвил парень.  
Я непонимающе покачала головой: 
— Что?  
Но собеседник, будто не слыша моего вопроса, вдруг ошарашил: 
— Мы виделись сегодня с Тимом. 
Я поставила пустую кружку из-под кофе на столик и взволнованно взглянула на парня. Сердце вспомнило, что может учащённо биться. 
— Когда? 
— Где-то за час до нашей встречи, — со спокойной интонацией ответил Гектор, отпивая бурбон. 
— Но почему ты мне сразу не сказал? 
— Ты не спрашивала, — саркастично ухмыльнулся он. — Была занята своей трагедией, — эта фраза вызвала во мне возмущение. Слова звучали укоризненно и даже пренебрежительно. Но Гектор как ни в чём не бывало добавил: — Это называется человеческий эгоизм. Ты на всё смотришь со своей стороны, а не думала взглянуть глазами Тимофея? На его плечах слишком много всего. Или это слишком сложно для понимания? Брать ответственность на себя, не давая эмоциям взять верх — этому ещё стоит поучиться.  
Я поднялась на ноги, смерив собеседника недоверчивым гневным взглядом, и, резко схватив кружку, направилась к раковине её мыть. Наверное, это защитная реакция, чтобы не наговорить глупостей в эту секунду. От злости меня словно шибануло электрическим током. Но почему?! Люди любят отрицать действительность, вставая в позу. Возмущает то, что так оно и есть?! Неужели Гектор прав?!..  
Всё же сдержаться не получилось, и я язвительно заметила: 
— Я тебе не Тэш. Меня поучать не надо.  
Гектор добродушно улыбнулся, не придав значения моему высказыванию, явно осознавая свою правоту, и перевёл тему, поморщившись: 
— Что ты делаешь? 
— Иду мыть за собой кружку, не видно? — процедила я сквозь зубы. 
— Ты у моей домработницы зарплату отнять решила? — парень говорил спокойно, с лёгкой ироничной ухмылкой на лице. Он поставил бокал на стол и встал, следуя не торопясь за мной. — Ладно, Николь, не обижайся на меня. Я привык всё говорить прямолинейно. И иногда веду себя... 
— Как хамло? — перебила его я. 
— Я другое сравнение хотел назвать, но это тоже пойдёт, — усмехнулся Гектор. — Ну правда. Я порой перехожу границы, это моя привычка в общении с новыми людьми.  
Я поставила чистую кружку на полку и развернулась к парню, облокотившись на мойку. 
— От вредных привычек надо избавляться.  
Шатен щёлкнул пальцами в воздухе и сел на стол напротив меня: 
— Вот здесь с тобой не соглашусь. Когда ставишь человека в неловкую ситуацию — понимаешь, кто перед тобой. Маска моментально слетает. 
— И что? Ты понял, кто сейчас перед тобой? — по-моему, меня раздуло от сарказма и едкости. 
— Ага. 
Гектор провёл рукой по русым волосам и медленно сполз со стола. Неспешными шагами он направился к широким деревянным лаковым ступенькам, которые образовывали подобие винтовой лестницы. К слову, настоящее украшение этого дома! Наверняка не дешёвое удовольствие, как и всё здесь. 
Не дождавшись продолжения ответа, я спросила, подогреваемая любопытством: 
— И? Кто? 
Ступив ногой на первую ступеньку, парень повернул ко мне голову. Он грустно улыбнулся и, кажется, совсем бесхитростно взглянул на меня. 
— Ты — повод для зависти, Николь, — ответил Гектор, как будто я была наградой в каком-то спортивном состязании.  
Эти слова должны были прозвучать приятно для меня, но мне вдвойне стало грустно и тоскливо. 
«Никакой я не повод. А если так, где Тимофей?» — печально выдохнув, подумала я. 
Я не понимала, как и почему Гектор успел сделать такой вывод. Или при всём его материальном благополучии у меня должна была непременно закружиться голова, и я точно обязана была поддаться гипнотическому обаянию нагловатого друга Тима? Ну и мерзость. Такое правда в жизни происходит? 
Гектор привычно резко сменил тему, откашлявшись: 
— Пойдём, я покажу тебе комнату. 
Но я, приподняв бровь и скривив лицо, прошла мимо и приблизилась к низкому столу, складывая всю еду по тарелкам и относя в холодильник. Гектор недовольно застонал и плюхнулся на диван. Протирая поверхность стола, я напомнила, о чём мы беседовали до его язвительных замечаний, и он спокойно продолжил рассказ.  
— Тимофей заехал ко мне, попросил помочь. Подключить кое-какие знакомства, чтобы узнать обстановку с Аззаном.  
— Так. А потом? — подметая вокруг дивана, поинтересовалась я.  
— Это всё. Он куда-то заехать хотел и домой собирался. Ну туда, где вы сейчас живёте, — пожал плечами Гектор. 
— Домой?  
А если он вернулся, а меня нет — что он подумал? Ему всё равно? Или, может, он жалеет о том, что наговорил? Я тотчас хотела попросить Гектора срочно отвезти меня в дом Спиритов, но остановила свой порыв. Нет, так с ходу нельзя возвращаться. Пусть Тим подумает, взвесит, надо ли ему всё это. Я просто дам ему сейчас время, а дальше буду действовать по ситуации. Это у Тимофея появились сомнения и мысли, я же уверена в своих желаниях. Мне нужен был только он. 
Гектор демонстративно громко несколько раз зевнул, наблюдая, как я собираю крошки в совок. И, как бы не глядя на меня, специально намусорил снова, кинув мелкие обрывки листа салата на пол. Округлив глаза от раздувающей меня несправедливости, я открыла рот и возмутилась: 
— Ах так!  
Откинув в сторону веник и совок, я сгребла несколько подушек с дальней части длинного дивана и запустила их в Гектора. Парень рассмеялся, довольный своей провокацией, и в ответ бросил две подушки в меня. Завязался настоящий бой, и, честно сказать, на неопределённое время я позабыла о проблемах — хохотала до слёз в глазах и колик в животе. Я запрыгнула на диван и, стоя на упругой поверхности, размахивала мягким оружием, чётко попадая в парня то по голове, то по корпусу. В какой-то момент Гектор схватил меня за ноги и, перекинув через плечо, повалил на софу. Мои брыкания сорвали его руку со спинки дивана, и он повалился вниз, чуть не стукнув меня лбом в мой маленький нос. Его лицо было слишком близко. На миг остановившись, он посмотрел на лежащую меня, и улыбка медленно сползла с его рта. Второй раз за вечер медовые глаза скользнули на мои губы. Я почему-то зависла, слегка растерявшись — выразительный блеск в красивых глазах Гектора застал меня врасплох. Боже, какая неуместно романтичная ситуация!  
Я сперва засмеялась, наверное, чтобы скрыть смущение, но, очнувшись от наваждения, отпихнула руками мужское тело, крепость которого чувствовалось даже через ткань. 
— Дай мне встать, — застонала я, переводя всё в продолжение игры, — ты тяжёлый.  
Гектор поднялся на ноги и, изогнув одну бровь, съязвил: 
— Никто не жаловался. 
Шатен протянул руку, и я, уцепившись за неё в ответ, вскочила с дивана.  
— Ну, значит, я буду первая! — парировала я, показав напоследок язык. 
Гектор неоднозначно улыбнулся какой-то странной улыбкой, но ничего не ответил. 
Впрочем, я всё-таки дособирала мусор в совок, включив своё невыносимое, как мне говорила мама, упрямство. И больше не обращала внимания на Гектора, хоть он показательно громко несколько раз вздыхал. 
— Пошли смотреть мою спальню? — наконец собралась я. 
Поднявшись на второй этаж, Гектор проводил меня в большую просторную комнату с просто огромной круглой кроватью и красивым видом на двор. Гектор любил всё дорогое, и каждая мелочь об этом буквально кричала. Хотя лично мне больше по душе скромный небольшой домик Тима. Там пахло вкусной едой, свежим кофе и совсем немного машинным маслом. Но это даже очаровательно и слегка сексуально. Не место создавало человека, а человек место. 
Гектор наспех попрощался и направился к выходу из комнаты.  
— Гектор, — позвала я, присев на кровать.  
— М? — парень остановился и развернулся ко мне, стоя в дверном проёме. 
— Спасибо тебе. Спасибо, что помог и не бросил меня одну замерзать на улице и дальше мокнуть под дождём.  
— Да брось, это мелочи, — добродушно, но довольно ухмыльнулся парень, и я улыбнулась в ответ. 
Мне хотелось ещё поболтать, но прямо об этом я не говорила. Быстро оглядевшись, я лишь сменила тему, продолжая разговор: 
— Тебе не одиноко жить одному в таком большом доме? 
Гектор прошёл внутрь комнаты и приоткрыл окно. Сырой прохладный ветер ворвался в помещение. Парень втянул носом воздух и повернул голову в мою сторону в не характерной для него задумчивости. 
— Иногда. Но я не хочу создавать искусственный семейный комфорт. Жить с кем-то, кто со мной из-за денег.  
Я поморщилась: 
— Не все такие! 
— Я знаю, — перебил парень. — Теперь я в этом уверен.  
Он говорил обо мне? Почему-то щёки запылали, и я стала трансформироваться в огромный свежий помидор, только что сорванный с грядки.  
— Может быть, тебе просто надо чуть-чуть снизить планку, — смущённо протянула я, подняв сочувственный взгляд на парня. Колоритную девушку из ресторана я помнила в деталях. Конечно, если выбирать ей подобных — то я бы тоже не думала о семье и о чём-то серьёзном. Я задумчиво пожала плечами и продолжила: — Смотреть не просто на девушек, которые день и ночь работают над внешней оболочкой. Но и на тех, кто уделяет время внутреннему наполнению. 
— Эй, что ты имеешь против моих куколок? — шутливо возмутился Гектор и плюхнулся на кровать рядом. Подложив руки под голову, он лукаво посмотрел на меня.  
Слово «куколка» с недавнего времени вызывало во мне когнитивный диссонанс. Но я не подала виду. И без того весь день ныла, как неуравновешенная истеричка.  
— Фу, — было единственное, что пришло мне на ум. 
— Что? — отозвался парень. 
— В этом вся твоя проблема. Ты девушек называешь игрушками и к ним так же относишься. И чего ты тогда ждёшь в ответ? — с сарказмом заметила я и скривила губы. 
Гектор странно усмехнулся, но не ответил, уставившись в потолок. Какое-то время мы продолжали молчать, каждый погружённый в свои мысли.  
Наконец-то невеселый голос парня прервал тишину: 
— Похоже, у меня не одна вредная привычка.  
Я усмехнулась: 
— Курение будем считать? 
Гектор забавно передразнил меня, и мы весело рассмеялись. Он перелёг со спины на бок, уперев руку в голову. Его медовые глаза играли бликами при тусклом свете. Было в них нечто таинственное. 
— Пошёл я спать. А то ты совсем меня уже озадачила на ночь глядя, так и до депрессии недалеко, — парень поднялся на ноги, закатив рукава водолазки, и неуклюже чмокнул меня в щёку. Это было похоже на дружеский поцелуй, без намёка на какую-то пошлость. — Спокойной ночи, солнце.  
Но оставалась одна вещь, которая мне досаждала, и я решилась её озвучить: 
— Можно тебя попросить? — Гектор застыл, внимательно слушая. — Не говори Тиму о том, что видел сегодня... перед рестораном. Я сама скажу, если мы помиримся, конечно.  
— Без вопросов. 
— Спокойной ночи, — с облегчением выдохнула я, и парень, подмигнув, скрылся за дверью. 
Я оказалась в просторной комнате в полном одиночестве и, натянув голубого цвета одеяло на голову, легла в постель. Эмоциональная подавленность, конечно, немного снизилась, но всё же мешала уснуть ещё на протяжении двух часов. Мысли «что делать дальше?» крутились в голове беспорядочным вихрем. Не могла же я вечно у кого-то жить, скрываясь от Аззана. У меня вообще-то своя квартира имелась, которую я до сих пор снимаю и оплачиваю. Надо было поговорить с Тимофеем, даже если он против. Я должна отчётливо понимать, осталась ли я одна со своими проблемами или всё же нет.  
Уже сквозь сон мне слышался тихий шум дождя за окном. Мысленно вызвав образ любимого парня, обнимая подушку, я, наконец, уснула.