В префектуре Канагава, под мерный шум весеннего дождя, на свет появился Харуто. В коридоре частной клиники не было суеты. Его отец, Акихиро, высокопоставленный чиновник, проверял почту в телефоне. Две старшие сестры, двенадцатилетняя Мия и десятилетняя Рин, спорили о том, купят ли им мороженое после посещения больницы.
Когда медсестра вынесла сверток, наступила странная тишина.
— Похож на дедушку, — бросила мать, даже не потянувшись к нему руками.
В этот момент, среди запаха антисептиков и вежливых японских поклонов, что-то сломалось. Харуто не был желанным или нежеланным — он был необязательным. Как лишняя запятая в длинном, идеально выверенном документе семьи Сато.
Отредактировано: 25.04.2026