Невольница драконьего владыки

Глава 20

Сфайгред в ярости захлопнул дверь в свои покои. С такой силой, что с потолка посыпались обломки лепнины. Эта тварь, проклятая полукровка, вызывала в нем странное томление, желание с которым он с трудом справлялся. Штрайзен был уверен, что это чары. Сильная, врожденная благодать, которую девка унаследовала от своей проклятой матери.

Владыка схватил со стола кубок, наполненный драконьим вином, и запустил его в стену, вложив в бросок всю свою ярость. Кроваво – красные потеки на белом камне, показались ему враждебными. Как и присутствие в его жизни странной, богомерзкой девки, при виде которой кровь в его венах бурлила, словно смола в адском котле.

- Властелин,- тихий голос придворного мага заставил его вздрогнуть. Этот чертов старик взял моду появляться из воздуха.- Народ требует объяснений. Возле крепостных ворот нашли труп Айника Криспа – дворцового стража.

- И что? – взревел Сфайгред. Ему сейчас только не хватало народных волнений.- Я не обязан объяснять смерть каждого холуя. Они дохнут, как мухи, от того, что жрут всякую дрянь, пьют. Все что горит и моются раз в год. Скажи, пусть проваливают ко всем чертям.

- Господин, — поблеял Мердок, тряся белоснежной бородой. Старик выглядел комично. И Сфайгред не сдержавшись рассмеялся, но тут же подавился смехом, услышав продолжение речи старика,- у Айника выжжены глаза и на лбу...

- Продолжай,- прорычал штрайзен, уже зная, что скажет маг.

- Вам лучше увидеть, владыка.- почтительно склонил голову старый маг.

Сфайгред спускался по каменным ступеням, гоня мысли витающие вокруг женщины, которая сейчас томилась в этом же подземелье. Совсем рядом и это выбивало его из колеи. Он вспомнил сверкающие яростью изумрудные глаза, и слова леди Айлин, которые она произнесла, когда ее заковывали в цепи сделанные из каленого железа. Да, ему было страшно. Наверное впервые в жизни, он боялся. Даже когда пропал его сын. Когда погибла его жена. Он не чувствовал себя настолько уязвимым, как сейчас. Штрайзен остановился, вспомнив сына. Он назвал его Борайсой, в честь - деда – великого дракона. Мечтал, любил, жил ради своего наследника. Эта чертова девка всколыхнула в нем воспоминания. Которые он так долго запихивал в глубины души.

- Ты не смог сохранить того, что имел. И не получишь того, чего жаждешь,- выкрикнула Айлин ему в спину, словно вогнав кинжал по самую рукоятку.

- Штрайзен, вы готовы? – спросил Мердок

Сфайгред кивнул. Испуганный молодой боец его стражи, стоящий возле покрытого белым саваном тела, сдернул покрывало являя взору властителя Лотема грязное, начинающее тлеть тело. Сфайгред поморщился, но склонился над несчастным. Выжженные глаза, черные разветвления вен, казалось что кровь просто сварилась в них, превратившись в сажу.

- Смотрите,- скрюченный палец Сфайгреда уткнулся в маленькое, выжженое пятно на лбу покойного, на корторое Сфайгред сначала не обратил внимания. – Это знак предательницы, той, которая под запретом в мирах драконов. И люди говорят, что это сделала ваша наложница, господин.

- Дай им денег, всем по сто монет. Пусть заткнут свои гнилые пасти. Я сам разберусь с тварью.- рыкнул Штрайзен, и развернувшись зашагал по коридору подземелья, в сторону клетки из каленого железа. Он предпринял все возможные меры, чтобы предотвратить превращения леди Айлин, пока он сам не поймет, что с ней делать. Предсказание должно сбыться. А это значит... Черт, да ничего это не значит. Потому что он не испытывает к ней ничего кроме ненависти. Сфайгред пытался убедить себя в этом, пока не остановился уперевшись глазами во взгляд изумрудных глаз, полный боли и затаенной ненависти.

- Ты пришел поглумиться? – тихий голос проник под кожу, словно ядовитый шип.- Зря, штрайзен. Я не позволю тебе этого, и ты знаешь.

- Нет, я пришел сказать, что предсказание сбудется, нравится тебе это или нет. Мне нужен этот выродок. Он спасет мой мир.

- Я убью тебя, если ты хоть пальцем притронешься ко мне,- прошипела Айлин, оскалив белые зубы.

- Пальцем детей не делают,- хохотнул штрайзен.- Готовься, у нас много работы, куколка.

- Да пошел ты,- сквозь зубы просипела наглая полукровка, дернувшись к прутьям клетки, словно желая их сломать. Но взвизгнула от боли и упала на покрытый деревянными плитами пол своей тюрьмы. Каленое железо действовало безотказно, даже на таких, как эта тварь.- Я тебя уничтожу.

- Каленое железо для драконов ядовито. Так что я бы на твоем месте не дергался,- пропустив мимо ушей последние слова Айлин, сказал Сфайгред.- Привыкай девочка.

- Что это значит? – в голосе девчонки штрайзен услышал испуг.- Ты бредишь. Я не могу быть драконом. Я обычная, самая простая на свете. Не знаю почему я тут. Мне здесь не место. Я хочу домой. Отправь меня в мой мир.

- Снова лжешь. Не верю ни одному слову той, чья мать уничтожила почти весь мой род,- прорычал Сфайгред, сжав пальцы в кулаки. - Я спасу свой мир, и уничтожу твою мать. И ты мне в этом поможешь. Хочешь ты этого или нет.

Он больше не смотрел на леди Айлин, которая тихо плакала на полу клетки, вздрагивая узкими плечами. Он ненавидел себя за то, что испытывает к ней жалость. Да, в черной душе владыки билось это странное, похожее на маленькую птичку, давно забытое чувство.  Сфайгред почти бегом взлетел по ступеням, забыв о собственном статусе. Желая только одного – избавиться от чар, насылаемых на него этой чертовой полукровкой