Невольница драконьего владыки

Глава 22

Стены замка дрогнули. Сфайгред едва устоял на ногах, когда невероятная сила высвободила столб чистой, озаряющей всю Лотемскую крепость, энергии. Он услышал полные паники крики челяди, несущееся с улицы, от которых не спасала вощеная бумага, той что были затянуты стрельчатые окна. Грохот выбитых из стены камней, казался нестерпимым. В залу вбежал Мердок. Он двигался со скоростью не престалой его возрасту и дряхлому телу. На лице мага штрайзен прочел страх, смешанный с неподвластным старику восторгом.

- Вы разозлили полукровку, властитель,- прохрипел старец. - В западной части замка обрушилась часть крепостной стены. Это плохо. Я отправил туда лучников. Замок сейчас не защищен от вторжения.

- Где кинтана? – спокойно спросил Сфайгред.- Пора свершить предназначение. Самое подходящее время. Ее сила еще не велика, а после такого всплеска, моя звезда ослаблена. И это означает, что я возьму то, что должен.

Лицо владыки перекосила ухмылка. Мердок отшатнулся, испугавшись сумасшедшего блеска в глазах своего воспитанника.

- Мой мальчик, ты не можешь заставить ее. Предназначение должно быть добровольным,- попытался внять к голосу разума владыки маг.

- Я не твой мальчик, старый пес,- прорычал штрайзен. – С дороги, если дорожишь своей старой задницей.

Сфайгред спустился в подземелье, не чувствуя и толики страха. За свою жизнь он повидал немало магии. И прекрасно понимал  - леди Айлин сейчас выжата, как половая тряпка. Такая сильная благодать способна разрушить не то что тщедушное  человеческое тело, как у розововолосой девки. Божественная часть запертая в девчонке разрушительна. Способна выжечь внутренности. Айлин не умеет управлять силой. Скорее всего девка просто валяется без чувств. Главное, чтобы не сошла с ума. Сколько он видел несчастных – мутантов, которые произошли от кровосмешения существ и простых людей. Сердце штрайзена сжалось, пропустив удар. Ему вдруг стало бесконечно жаль не повинную в своем происхождении красавицу.

Он сделал шаг в темную нишу, где оставил свою пленницу, ожидая увидеть что угодно. Штрайзен был готов ко всему, кроме того, что увидел. Развороченные камни. Небольшие лужицы переливающегося словно ртуть, расплавленного металла. Девку он не увидел, скорее почувствовал чужое, враждебное присутствие. Глаза еще не привыкли к темноте, потому обнаружить пленницу не удавалось. Но по запаху, которым была наполнена темница, штрайзен понял – она превращается. Тварь начала трансформацию. Странно, драконица все таки не кошка. Спрятаться в небольшой келье огромному существу проблематично. Владыка сделала бросок в сторону, почувствовав, а точнее предвосхитив опасность. Он кубарем отлетел к каменной стене. Расширившимися от ужаса глазами наблюдая за невероятно быстрым существом, выскочившим из тьмы. Сфайгед слышал о том, что полубоги могут трансформироваться в вайверий, но не верил. Считал россказни сказками старух – ведуний, про то, что жили на земле чудесные драконы, невероятной силы, умеющие обращаться лишь на половину. Но даже при этом превосходящие в силе и магии обычных крылатых змеев. Гибкое женское тело, покрытое драконьей чешуей не скрывали ветхие тряпки, висящие тут – там лоскутами на разъяренной вайверии.

- Я тебя убью, — промолвило существо голосом Айлин, раскрыв пасть, полную острых зубов. Русалочьи глаза заглянули прямо в душу штрайзена, в которой вихрился страх смешанный с восхищением.

- Нет,- твердо сказал Сфайгред. – не убьешь. И знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Ты мне принадлежишь, ты обещана моему миру, а значит мне.

- Хочешь проверить? – ухмылка на лице вайверны властителю не понравилась. Тварь подобралась, готовясь к прыжку. Сфайгред встал посреди темницы, повел плечами, готовясь отразить нападение. Драконья благодать заструилась по венам, обжигая, скручивая их в канаты. Однако, штрайзен понимал, что противостоять силе полубогине он долго не сможет.  Вайверна закричала. Визг зазвенел в спертом воздухе подземелья, оглушая, дезориентируя. Искрящееся тело, покрытое сверкающей чешуей, пружной выстрелило в его сторону. Сфайгред успел сделать выпад в сторону, но не удержался на ногах. То, во что превратилась леди Айлин, с грохотом обрушилось в полуметре от него.

- Я не подчинюсь тебе,- прошипела вайверна.- Я не могу принадлежать тебе, по праву рождения, и ты это знаешь.

- В книге Лотема написано другое,- ухмыльнулся штрайзен, вскакивая на ноги, и при этом группируясь, для отражения следующей атаки. – Ты предназначена мне, и с этим ничего нельзя поделать. Вселенский порядок решил все давным-давно. И противиться предназначению не хватит силенок даже у такой, как ты.

- Но если я убью тебя, то никому не буду принадлежать. Ведь так, дракон?  - оскалилась зубастой пастью вайверна. – Этот мир все равно погибнет, чертов ты придурок. Я бесплодна, а значит не смогу родить тебе ребенка.

- Ты вдвойне дура. Если думаешь, что я так уж жажду иметь выродка от такой твари, как ты,- усмехнулся черноглазый. – Дитя будет принесено в жертву, сразу после рождения. Так предсказано. Так и будет.

Резкий визг порвал пространство. Вайверна бросилась на своего врага, острые когти разодрали плотную ткань камзола владыки. В воздухе резко запахло кровью. Сфайгред, преодолевая боль рванул вперед, сбил с ног каменно – твердое тело полудраконицы. Она снова взвыла, скинула с себя врага, так легко, словно пушинку, оскалила бритвы зубов, целясь в горло штрайзена. Он понимал, что проигрывает, понимал. Что эта чертова тварь права.

- Зе го фан,- старческий голос раздался, подобно небесному грому. Вайверна замерла, не в силах пошевелиться. В воздухе резко запахло магией. Мэрдок не сводил глаз с Леди Айлин, тело которой начало приобретать свой изначальный вид. – Владыка, это не надолго. Я не смогу ее контролировать, когда девчонка наберет полную силу. Нужно торопиться с исполнением предсказания.

 Леди Айлин наконец стала собой. Сфайгред посмотрел в ее глаза, полные боли, и его сердце дрогнуло, затрепетав в груди словно птица. Старый маг опустил руки. И тело девушки, будто потеряв опору, кулем обвалилось на ледяной пол. Сфайгред медленно подошел к поверженной вайверне, и сам себе удивляясь, взял на руки почти невесомую свою пленницу.