Невольница драконьего владыки

Глава 43

Малышка кричала не унимаясь. Сфайгред никогда не чувствовал себя таким беспомощным. Они с Галией, сменяясь каждые полчаса, пытались успокоить младенца, но тщетно. Девочка извивалась в руках, плакала и требовала мать. Мать, которая была отсюда так далеко.

- Хозяин, Ти в ярости,- прошептала старая мойра, не сводя глаз с ребенка.- Это грозит огромными осложнениями.

- Я не могу ей дать тог, что ей нужно, — прорычал штрайзен. – Где этот старый маргон, волки его раздери? Он так тут нужен.

- Мердок не сможет помочь, владыка. У него не хватит сил. Нам надо готовиться к вторжению. Силы нашей принцессы слишком заметны. Ее ярость как маяк для Сурта. То что он будет здесь, лишь дело времени.

- И что ты предлагаешь, старая? Выставить армию. Оцепить пещеру? У меня нет армии, нет бойцов, нет ничего, кроме маленькой дочки, которую я не в силах защитить,- заскрежетал зубами Сфайгред.

- Ты дракон. Сильнейший и могущественный в этом мире,- язвительно напомнила Галия.

- Ты забыла сказать – единственный полноценный,- хмыкнул штрайзен.- И с каких пор мы на ты, старая?

- С тех пор, как я поняла, что мой господин нытик и хлюпик, жалеющий себя, вместо того, чтобы пойти и надрать задницу захватчикам, и защитить свою дочь,- вызывающе сказала мойра, выставив вперед подбородок. Ей было страшно. Сфайгред чувствовал запах этой эмоции. Но еще более он ощущал жгучее, бурлящее чувство ярости. Эта старая ведьма права, черт бы ее побрал.- Только не тут, — пискнула мойра, явно заметив, что дракон начал трансформацию. Малышка в колыбели замолчала, что-то запела, на непонятном языке.

Впервые в жизни он не чувствовал боли превращаясь. Зато силы, которые огненной волной неслись по увеличившемуся телу, разбегаясь по венам током крови, были восхитительны. Он стал другим. Драконья чешуя в свете солнца разгорелась золотом. Не таким тусклым, как раньше – ослепляющим, горящим. Горделивый дракон обвил вход в пещеру своим телом, готовясь принять бой.

- Я забыла сказать, владыка. С вашей женой все хорошо, я отправила к ней свою сестру.

- Когда нибудь я тебя убью,- прорычал дракон, выпустив облако серого дыма,- Старая ты поганка. Эту новость надо мне было сообщить раньше того, как ты стала меня выводить из себя.

- Тогда бы вы сейчас не лежали на солнышке, ярко отсвечивая, а задрав хвост искали путь в мир Алины. А так, моя сестрица за ней присмотрит, пока ищет возможность вернуть ее вам.

 Сфайгред вздрогнул, впервые услышав из уст Галии настоящее имя его Айлин. Что – то эта старая ведьма недоговаривала, он это знал.

- Ты мне не сказала главного, ведь так? – тихо рыкнул крылатый змей, дернув хвостом.

Галия сузила глаза, скрестила руки на груди и стала похожа на сварливую бабенку, а не на свергнутую за непослушание богиню, пусть и бывшую.

- А жду,- уже не сдерживаясь зарычал дракон.

- Она была в плену у вашего сына. Байрос жив. Он в том мире, где сейчас Алина. И если он ее найдет, то просто уничтожит. Такой приказ он получил от матери. Байрос не убил Айлин сразу, только потому, что все еще чувствует детскую привязанность. Мои сестрицы держат эту нить в своих скрюченных лапках, но сомневаются, что смогут долго бороться с магией высшей богини. Господин, вам предстоит трудный выбор. Отцовская любовь, или женщина. И только вы сможете его сделать. Понимаете?

Дракон издал вопль, в котором слышались боль, отчаяние скорбь. Он уже принял решение. Решение, которое его убивало, рвало на части располовиненную душу.

 Огромный дракон взвыл в небо, желая долететь до солнца и превратиться в пепел.

Галия смотрела вслед владыке. Девочка недовольно закряхтела, и старая женщина поспешила к своей воспитаннице. Ти лежала в колыбели и играла мячиком, сотканым из ярчайшего огня, подкидывая его в воздух. Мойра улыбнулась наблюдая, как огненные болиды срываются с малюсеньких пальчиков. Девочка выдохнула небольшой столб огня. Огненные шарики заплясали в сгустившемся воздухе.

- Ти, твоя мама вернется к тебе, -прошептала мойра.

- Я знаю. И я ей в этом помогу,- услышала Галия в своей голове, тоненький детский голосок. От неожиданности она обвалилась на потрескавшийся, каменный пол. – Только сначала верну папу. Он не справится с Суртом. Это предначертано не ему.

- А кому? – помертвев спросила Мойра. Малышка засучила ручками и ножками, словно не она только что говорила с Галией. Загулила, улыбаясь беззубым ротиком. Старой няньке показалось, что она увидела яркие всполохи зеленого пламени в глазах младенца. Раздался грохот. Небо разгневанно взорвалось рокочущими раскатами. Ти замерла на месте, воздев распахнутые ладошки к темному пещерному своду. Галия, как зачарованная смотрела на то, как крошечное существо повелевает столь сильной стихией. То, что девочка так возвращает домой отца, у мойры сомнений не возникло. Драконы слишком чувствительны к изменениям в воздухе. Крылатые ящеры обладают тонким слухом. Гроза, нее их стихия. Нет, они не боятся злого небесного рокота, просто их дезориентируют громкие раскаты, лишают способности быстро реагировать.

Мойра вышла на небольшое плато перед пещерой и тревожно посмотрела на бегущие свинцовые тучи, раздираемые сполохами молний. Ждать помощи от природы не было смысла.  Старуха подняла лицо к бушующей наверху стихии, и гортанно выкрикнула несколько слов. Ярчайшая молния пропорола камень возле ее ног, выбив тучу мелкого крошева. Мойра улыбнулась, сжала в кулак сухую руку и повернулась в вокруг себя. Огромная, горящая огнем волчица, оскалилась приготовившись к прыжку, который должен быть стать последним в жизни мойры.

- Ты призвала меня, грязь,- прорычал зверь. В его голосе рокотала ярость, злость от того, что кто – то посмел потревожить ее вечный покой. – Молись, чтобы на то была важная причина.

- Ты должна спасти свою правнучку,- умирая от страха прошептала Галия, глядя, как на покрытой полыхающей шерстью, спине зверя вырастают огненные крылья.