Невозможно? или Мой тайный миллионер

Глава 6 Алёна

Бегу домой с первой смены в клинике — надо успеть пообедать и погулять с Принцем, а потом у меня занятие в автошколе. Водить машину мне неожиданно понравилось, ничего сложного, море эмоций — почему я раньше права не получила? Забегаю по пути в супермаркет — дома опять пустой холодильник. Быстро иду к полкам с полуфабрикатами — некогда сегодня готовкой заниматься — и налетаю на женщину, которая размеренно катит тележку, рассматривая товары на полках.

— Ой, извините, пожалуйста, я случайно, — торопливо говорю я, поднимая глаза выше. — Здравствуйте, Наталья Петровна, давно вас не видела.

Вот ведь «повезло» встретить соседку родителей, теперь расспросами замучает, прощай обед, поеду осваивать премудрости вождения на голодный желудок!

— Здравствуй, Алёна, куда это ты так спешишь-то? — отвечает Наталья Петровна, и, не дожидаясь ответа, идёт в наступление — А ты давненько к родителям не заходила, уезжала, что ли, куда? Хоть бы Лизоньку проведать зашла, скучает ведь ребёнок без матери. Родители-то уже не молодые, тяжело им за малышкой смотреть. А у тебя-то, я смотрю, всё в порядке? Неужто не скучаешь по дочке-то?

Я внимательно всматриваюсь в лицо соседки, пытаясь понять, всё ли с ней хорошо. Что она за бред тут несёт? Вроде ж меня правильно по имени назвала... Может, с какой-то другой Алёной перепутала?

— Да нет, не скучаю, некогда мне по несуществующей дочке скучать.

— Как это некогда? Вот что за молодёжь пошла! Подбросят ребёнка родителям и забудут! Зачем вообще тогда рожали? В наше время такого не было.

— Извините, Наталья Петровна, мне очень срочно надо бежать, — я повернулась и пулей вылетела из магазина, бегом перебежала через дорогу, и только там перешла на шаг.

«ЧТО ЭТО БЫЛО? О чём она говорила? Какая Лизонька? Чья дочка? Может, я с ума сошла и не заметила? А может, случайно переместилась в другую реальность, ну типа как в книгах про попаданцев. А в этой реальности у меня ребёнок есть? Бред…» Мысли вертелись в голове, сменяя друг друга, одна невозможней другой, и мне уже стало казаться, что я действительно не в своём уме.

Дойдя до дома, я зашла за Принцем, и, позвонив в автошколу, отпросилась с сегодняшнего занятия. Надо разобраться, что там у родителей.

Да, я нечасто к ним приезжаю, а приехав, особо там не задерживаюсь. За двадцать пять лет уже наизусть выучила все их упрёки и разговоры о моей неправильности. Наши отношения никогда не были тёплыми и открытыми, как во многих семьях моих одноклассников. Мама всегда была строгой и требовательной. Она всю жизнь проработала в городской администрации, занимала там разные должности, но всегда «на виду», поэтому её стремление выглядеть пристойно было доведено, порой, до абсурда. А мы с отцом должны были соответствовать общепринятым представлениям об успешной семье: скромный, непьющий, работящий муж-семьянин и дочка — куколка в юбочке, с косичками, скромная и послушная, мечтающая о семье и куче ребятишек.

Папу, как ни странно, это устраивало, я иногда вообще удивлялась, зачем он женился, ведь семья ему была совершенно неинтересна. Всё, что его интересовало, это наука и работа. Он преподавал в университете физику, постоянно писал какие-то научные работы и ездил на различные конференции и симпозиумы. Иногда мне казалось, он даже не знал, сколько мне в данный момент лет и в каком классе я учусь. Надеюсь, хоть имя моё помнил.

Последние пару лет маму особенно огорчало, что у неё всё ещё нет внуков. У всех знакомых есть, а у неё нет. Неправильная дочка не удосужилась подарить. Будто это была моя обязанность в жизни — родить ребёнка, чтобы у мамы был внук. Подарить. Слово-то какое. Будто игрушку.

Мы дошли с Принцем до парка, и я отпустила его с поводка, чтобы он немного побегал. Он тут же притащил мне палку, не давая бездельничать, — привела на прогулку — играй. Бросая палку Принцу, смотря на то, как он весело бросается её ловить, задумалась о том, будут ли вообще у меня когда-нибудь дети. Маловероятно. Скорее заведу ещё одну собаку. Или кошку. И большого рыжего кота.

Вернувшись с прогулки, хотела было сначала просто позвонить маме, но потом решила всё-таки поехать к родителям — надо увидеть собственными глазами, что там за дочка у меня имеется.

Спустя полчаса захожу в наш старый двор. У подъезда, к счастью, никого нет — хватило мне сегодня истерики от одной соседки, если бы их было несколько, вряд ли бы я так легко сбежала. Поднимаюсь на третий этаж и нажимаю на кнопку звонка. В квартире тишина. Да и кому там шуметь — животных отродясь здесь не водилось, детей нет, музыку родители никогда не включают, телевизор всегда приглушён.

Дверь открыла мама.

— Алёна? Зачем ты приехала? У тебя что-то случилось? — да, вот так вот рады мне в моей семье. Ни тебе тёплых объятий, ни поцелуев в щёчку.

— Привет, мама. Нет, ничего не случилось. Просто решила зайти, узнать, как у вас дела.

— У нас всё хорошо, — мама по-прежнему стоит в дверях, словно и не собирается пускать меня в квартиру.