Невозможный босс. Беременна от бывшего мужа

Глава 2

Ярослава.

Главы отделов шустро подтягиваются к водопою, занимают свои места за длинным деревянным столом из массива.

Во главе стола с одной стороны сидит Тамерлан — с самым непроницаемым лицом, на которое только способен. Широкие плечи, прямая спина, взгляд, который не терпит возражений. Руки чинно сложены, будто он только что подписал указ о судьбе человечества.

На пальце — массивная печатка с гравировкой в виде Мьёльнира — молота Тора. Густые волосы убраны назад.

Тамерлан говорит редко, но когда открывает рот, тишина в комнате становится физически ощутимой. Слова из него льются уверенно, как раскаты грома, за каждым слышится молчаливое "Так будет, потому что я так решил".

А его глаза… Я стараюсь не смотреть в них. Эти глаза когда-то были моими. Теперь в них холод, который пробирает до костей.

Во главе стола с другой стороны — я, отчаянно пытающаяся сохранять хладнокровие после шокирующей новости о беременности.

Тамерлан откидывается на спинку кресла, сжимая пальцы в замок.

Его голос звучит уверенно и, конечно, чертовски эффектно.

— Сегодня утром мне пришло уведомление. Крупный коммерческий заказчик объявил тендер на застройку территории в Октябрьском районе.

Он выдерживает паузу, словно ждёт аплодисментов.

Лера — наша директор по маркетингу, открывает блокнот и делает себе быструю заметку.

А я просто стараюсь не закатывать глаза.

— Что за территория? — Спрашивает Серж, начальник отдела снабжения. — Октябрьский так-то большой.

Тамерлан берёт планшет и включает на большом экране изображение участка.

Это действительно потрясающий район: природный парк, берег реки, чистый воздух. Райская идиллия в каменных джунглях.

— Это участок в старой парковой зоне. Заказчик ищет проект, который объединит жилые, коммерческие и общественные зоны, и создаст функциональное и привлекательное пространство для жителей. Но главное условие: уникальность и современность, чтобы объект стал новым символом города. И у меня уже есть идея, что именно «Т&К Групп» могут предложить.

— Конечно, есть, — бурчу себе под нос, однако всё равно привлекаю к себе внимание Тамерлана.

Он переводит суровый взгляд на меня.

— Ты хочешь что-то сказать, Ярослава?

— Только то, что мне крайне интересно услышать твою гениальную идею.

— Всё просто, — Тамерлан встаёт и подходит к экрану, тыча в него пальцем. — Мы можем построить вот здесь жилой комплекс из небоскрёбов, соединённых воздушными мостами. Сверхсовременные здания, стекло и металл, потрясающий вид из каждой квартиры. Всё это дополнит деловой центр, чтобы территория стала точкой притяжения для элиты, крупных инвесторов и международных корпораций.

Он говорит это с таким пафосом, будто описывает новый Олимп, а не свои скучные стеклянные коробки.

Я резко встаю, упираюсь руками в стол и врываюсь в его триумф.

— Ты хочешь закрыть парк небоскрёбами? Оставить людей без солнца? Прекрасно! Чудная идея, Тамерлан!

Тамерлан поднимает руку в успокаивающем жесте.

— Первое правило водопоя, Ярослава.

— Я помню правила, я сама их придумала.

— Назови. Первое. Правило. — Выцеживает.

Коллеги напряжённо замирают в ожидании, стреляя взглядами на нас двоих, снова решивших вдруг выяснять отношения.

Сдаюсь.

— Эмоции остаются за пределами водопоя.

— Отлично, Ярослава. Садись, пять.

Глубоко вздохнув, отступаю, опускаюсь в своё кресло. Складываю руки на груди.

— Хорошо, твою идею мы услышали. Но я тоже имею право голоса, так?

— Так.

— Значит, я выдвигаю альтернативный проект.

— Ну, удиви. — Язвительно дёргает бровью.

— Мы можем построить что-то для людей. Маленькие жилые кварталы, где сохранится природная зона. Мы можем создать уютный район с домами в три-четыре этажа, с террасами, общественными пространствами, зелёными дворами, кафе, спортивными и детскими площадками, пешеходными дорожками. Сделать так, чтобы люди чувствовали себя частью района, а не узниками бетонных коробок.

На миг повисает тишина.

Я смотрю на бывшего мужа с вызовом.

Он смотрит на меня с откровенной усмешкой.

Фыркает, откидываясь в кресле, словно только что услышал глупейшую из идей за всю историю человечества.

— Отличный план, Ярослава. Мечта филантропа! Но ты упустила одну маленькую деталь: заказчик хочет отбить свои вложения. А как ты собираешься зарабатывать деньги на уютных кафе и детских площадках? Или ты надеешься, что деревья начнут приносить дивиденды?

Эмоциям здесь не место...

Кричать нельзя...

Сцепляю пальцы в замок и холодно улыбаюсь — той самой улыбкой, что обычно предвещает бурю.

— А ты, как всегда, думаешь только о деньгах. Но у меня для тебя тоже есть новость: людям нравится комфорт, продуманный отдых и ощущение, что о них позаботились. И уж поверь, люди готовы будут платить, чтобы прийти туда всей семьёй и отдохнуть от суеты.

Тамерлан наклоняется вперёд, сложив руки на столе. Его лицо выражает почти мученическое терпение.

— Ты правда думаешь, что люди будут тратить деньги на твой «рай для отдыха», когда им предлагают квартиры с видом на реку? Квартиры, которые, кстати, можно продать уже сейчас за цену, которая втрое превысит стоимости этой земли! Или элитные комфортные офисы!

— Конечно, квартиры и офисы. Ведь это твоя любимая стратегия: втиснуть людей в бетонные коробки, забыв, что они хотят дышать.

— А твоя стратегия — отправить всех в парк и надеяться, что воздух сам оплатит счета?

— Ты снова всё упрощаешь, Тамерлан, — резко бросаю я, чувствуя, как моё терпение истончается. — Если сделать район привлекательным, он сам себя окупит: рестораны, магазины, прогулочные зоны. Это долгосрочный проект, который привлечёт стабильный поток людей, а не разовую продажу квартир.

Он усмехается, но его улыбка не тёплая, а острая, как наточенное лезвие.