Невозможный выбор

Глава 17: "Незапланированное вмешательство"

Марина задержалась после рабочего дня, неловко перекладывая папку с медицинскими документами из рук в руки. Алиса заметила, как обычно безупречный макияж секретаря сегодня был слегка размазан у уголков глаз.

— Извините, я закроюсь позже, — голос Марины звучал неестественно ровно. — Нужно перепроверить анализы... для мамы.

Алиса наблюдала, как дрожащие пальцы секретаря трижды роняли ручку. На столе мелькнул бланк с логотипом нейрохирургического центра и знакомой фамилией заведующего отделением.

— У них сейчас запись на три месяца вперед, — вдруг прорвалось у Марины, будто она говорила сама с собой. — А окно возможностей... — Она резко сомкнула губы, собрав документы в папку.

Алиса встала из-за стола. В зеркальном отражении окна она увидела свое лицо — такое же бледное, как в тот день, когда в последний раз видела его.

— Дай мне эти бумаги, — неожиданно для себя сказала она, протягивая руку. — Я... знаю одного человека в той клинике.

Марина замерла, папка снова выскользнула из ее рук. Медицинские снимки рассыпались по полу, обнажив страшный диагноз: "Глиома. Сроки операбельного состояния ограничены".

— Вы... вы правда? — в голосе секретаря смешались надежда и недоверие. — Но я же не просила...

Алиса уже набирала номер, который знала наизусть, несмотря на все свои обещания. В окно бился дождь — такой же назойливый, как воспоминания.

— Я сделаю один звонок, — сказала она, чувствуя, как стальные оковы ее принципов наконец трескаются. — Только один.

Алиса набрала номер, который когда-то знала наизусть. Семь долгих гудков. Она уже собиралась положить трубку, когда...

Тишина.

Затем — резкий вдох.

-- Привет

— Алиса.

Одно слово. Без вопросов. Без "кто это?". Просто — Алиса, произнесенное так, будто он только вчера слышал ее голос.

В фоне слышался гул больничного коридора, чьи-то шаги, отдаленные голоса.

— Мне нужно... — ее голос дрогнул.

— Встретимся.

Он перебил ее, не дав договорить.

— Сегодня. В кафе на Литейном. В восемь.

Алиса замерла. Их кафе. Их столик у окна.

— Я...

— Я буду ждать.

Тишина. Линия оборвалась.

Алиса сидела напротив Максима в кафе, пальцы сжатые вокруг стакана с чаем, который уже давно остыл. Она показала бумаги.

Максим внимательно прочитал, его профессиональный взгляд отмечал каждую деталь — как она избегает его глаз, как нервно теребит салфетку.

— Я помогу, — наконец сказал он, отодвигая пустую чашку. — Но у меня есть условия.

Алиса нахмурилась:

— Какие?

— Три свидания в неделю. В течение месяца.

Она замерла, будто не расслышала.

— Что?

— Ты слышала меня, — он улыбнулся, но в глазах не было насмешки — только решимость. — Обедаем вместе, ходим в кино, гуляем. Как обычные люди.

— Это шантаж, — прошептала она.

— Нет, — он покачал головой. — Это реабилитация. Для нас обоих.

Он достал из кармана блокнот, вырвал лист и написал что-то.

— Завтра в восемь я их жду.

Алиса взяла бумагу, их пальцы едва коснулись.

— А если я откажусь?

— Тогда я все равно прооперирую ее, — он встал, оставляя деньги на столе. — Но ты мне будешь должна.

Он вышел, оставив после себя запах бергамота.

Алиса развернула бумагу. На обратной стороне было написано:

"Первое свидание — завтра. 19:00. Твой любимый книжный."