(не)вредный герцог для попаданки

Глава 4

Бам-дзинь-динь-динь-динь.

 – Ох, это была ваза с голыми мужчинами в непристойных позах? – Герцог сидел за столом, добросовестно перебирая какие-то бумаги и делая записи в толстую книгу в кожаном переплете. Мне показалось или в его голосе послышалась радость? Не показалось. – Всегда мечтал, чтобы кто-то ее расколотил! Но самому было неловко, все же подарок Рамеса Четвертого. Если он приедет и не увидит ее на прежнем месте, боюсь, начнется война.

 Я резко побледнела: так еще не влипала. И  надо было мне прибираться в кабинете прямо в присутствии начальства? Герцог поднял на меня свои хитрющие глаза и сказал:

 – Ха-ха, я пошутил, не волнуйтесь. Если хотите начать войну с Рамесом, то надо уничтожить вон ту картину, что висит чуть выше, справа от вас.

 – П-п-прошу прощения. – Чертов шутник! Я чуть тут на месте богу душу не отдала.

Я прибиралась в кабинете герцога, как и положено любой порядочной горничной. Вот только способностей к уборке у меня оказалось еще меньше, чем к готовке. От чистки картофеля пострадала только я, а вот от нынешней деятельности страдали все: герцог, Уитмор и, несомненно, предметы обстановки. Я бы могла сказать, что я не виновата: ваза стояла неровно, стеллаж рухнул от старости, а столик с чаем, который должна подавать любая горничная в полдень, укатился сам, потому что механизм был неисправен, но…

Но надо быть честной с самой собой. Есть вещи, к которым я не приспособлена от слова совсем. Единственное, что меня удивляло, так это почему герцог все еще не выгнал меня.

 – Да, прошу прощения, я заплачу из своего заработка за эту вазу, – покаялась я. – Вы… можете уволить меня, я все понимаю.

 – Что за глупости? – возмутился герцог. – Неужели, леди Кристин, вы не понимаете, какая вы ценная? А если мне понадобится начать войну с Рамесом Четвертым, то кто еще даст мне повод? Я ведь всего лишь попрошу вас протереть эту картину – и все, дело сделано! Да не только с ним, у меня в поместье много всего, что подарено королями других стран. Я буду просить вас убрать в том месте, где это стоит, и… Аха-ха-ха, почему вы то бледнеете, то краснеете?

Герцог смеялся раскатисто, я стояла с тряпкой в руках, с трудом сдерживая свое желание бросить ее прямо в это смеющееся лицо.

 – Не расстраивайтесь, леди Крис, вам всего лишь нужно не разбить очередную вазу, когда снова будете стирать пыль. Это трудно, но хотя бы выполнимо. А мне нужно привести в порядок бухгалтерскую книгу.

 – Разве это так сложно? – поинтересовалась я, трясущимися руками протирая пыль вокруг маленькой статуэтки, которая, по словам герцога стоила столько, что мне, даже распродав себя по частям магам на опыты, не возместить ее цену. – Как по мне, так убирать сложнее, чем проверять документы.

 – Думаете? – Герцог отложил бумаги, постучал по столу пальцами. – Давайте так. Если вы разберетесь вот в этом… – Герцог потряс толстой книгой и с отвращением кинул ее на стол. – То я протру всю пыль за вас.

Примерно через час после этого события в кабинет герцога вошел Уитмор. Разумеется, он вежливо постучал, выждал немного, а только потом зашел. Видимо, проверял – услышит стоны или нет.

 – Ваша Светлость…

 – Да, Уитмор?  – Герцог невозмутимо протирал полки с книгами. – Я слушаю тебя внимательно, что ты хотел?

 – Герцог, у вас новое хобби? Мне принести вам костюм горничной?

 – Уитмор, если ты не заметил за столько лет работы на меня, я не ношу женскую одежду. – Герцог даже на секунду не прекращал своего дела. Неужели протирать полки и впрямь так интересно? Я бы использовала любую возможность, чтобы хоть немного отвлечься от этого нудного дела.

 – Ваша Светлость, не расстраивайтесь. Все в поместье вас очень любят и с пониманием отнесутся к вашему… маленькому хобби.

 – Уитмор, знаешь, для этого случая есть одна интересная поговорка.

– Прошу, Ваша Светлость, поделитесь своей мудростью, – улыбнулся дворецкий, благонравно приложив к сердцу руку в белой перчатке.

 – Каждый судит по себе, Уитмор. Поэтому, если вдруг со склада пропадет пара костюмов горничных, я сделаю вид, что не заметил твоего увлечения.

Я усмехнулась, приподнимая книгу и поглядывая поверх нее за мужчинами. Точнее, за одним конкретным мужчиной. Герцог совершенно невозмутимо подтянул к себе стул, снял обувь и залез, чтобы вытереть шкаф сверху. Он все делал так тщательно, словно протирать пыль – работа всей его жизни. Педант и перфекционист, не иначе. Но это и хорошо, такие люди мне симпатичны. 

 – Я понял, сэр. Один костюм мне, один – вам. Но скажите мне на милость, почему леди Кристина делает за вас вашу работу?

 – Потому что я делаю ее работу за нее? – вопросом на вопрос ответил герцог. – Ах да, Уитмор, закажи, пожалуйста, вазу с голыми женщинами во-о-он на ту стойку, давно о ней мечтал. Леди Кристина была так любезна, что отправила в небытие предыдущую.

 – Снова? – Уитмор лишь мельком глянул на меня, но не с укором, а удивленно, но потом быстро переключился на герцога. – Мне опять идти за заказом в дом радости для мужчин, которые поссорились с женами?

 – Зачем тебе в бордель, Уитмор?

 – Больше нигде не продают вазы с неприличной гравировкой. Кстати, леди Кристина, не знал, что вы образованны.

 – О! Точно! Леди Кристин, а откуда вы все это знаете?  – Герцог кивнул на книгу в моих руках. – И почему тогда согласились работать горничной, если ваше образование позволяет вам работать кем-то другим? Не похоже, что вы пылаете страстью к этой работе.

И впрямь, почему? Неужели люди, приютившие меня, не рассказали, что к чему? Ведь не могут же в поместье герцога брать абы кого? Или могут? И теперь я оказалась под прицелом: на меня уставился не только герцог, но и Уитмор. Стало неловко.

 – Куда предложили, туда и пошла. К сожалению, я еще не сильно обжилась в вашем мире.

 – В нашем мире? Так ты из другого мира? – Герцог едва не слетел со стула, на котором стоял. – Ничего не пойму. Тогда почему ты…