(не)вредный герцог для попаданки

Глава 18

 – Ваша Светлость, это время настало, – торжественно сказала я, вставая из-за стола.

 – Время спать? – хмыкнул герцог, но я его веселья не разделила.

 – Время спать давно прошло, а вот время увольняться как раз появилось. – Я улыбнулась как можно благодушнее.

 – Как увольняться? Куда увольняться? – О, даже Уитмор в шоке. Надо же, наконец мне удалось удивить этих двух непрошибаемых.

 – А как у вас тут увольняются? Разорвать контракт, отправиться на вольные хлеба, сбежать из поместья, – начала я перечислять и с удовольствием отметила, как стремительно бледнеет герцог. – И подальше, подальше.

 – Зачем? Леди Крис, я же пошутил! Как же я без вас? Как же отчеты, дела, расписание? Кто меня будет будить по утрам и выгонять из моей спальни девиц? – прошептал герцог.

 – Ваша Светлость, я не хочу забивать этим свою чудесную головку, – передразнила я герцога, а потом сладко улыбнулась: – Не хочу забивать свою чудесную странную лошадиную головку чем-нибудь сложным.

 – Леди Крис, ты здорова? – осторожно поинтересовался герцог. – При чем тут лошади?! Какие лошадиные головы? Ты пьяна? Тебя отравили?

 – Ваша Светлость, перед уходом я выполню свою святой долг – заставлю лекаря проверить вашу память. Потому что забыть то, как вы назвали меня очень странной лошадью, я навряд ли смогу.

 – Вы назвали леди Кристин лошадью?– спросил Уитмор с ужасом. – Леди Кристин, если хотите, я могу вызвать герцога на дуэль. Только не надо поспешных решений!

 – О нет, я просто хочу уволиться. Любым способом.

 – Любым? Прямо-таки любым? – Герцог вдруг победно улыбнулся.  – Хорошо, ты можешь уволиться, если станешь моей женой, леди Крис!

 – Ваша Светлость, вам жизнь не дорога? – я не сдержалась. – Вы ведь знаете, что моя магия никому не позволит мне навредить. И, сдается мне, брак с вами – самый страшный вред, который может существовать в этом мире.

Герцог на секунду растерялся, а потом у него появилось жалобное щенячье выражение.

 – Уитмор, она меня ненавидит?

 – Навряд ли, Ваша Светлость. Скорее, питает ненависть.

 – Уитмор, это одно и то же. – У герцога аж уголок губ дернулся.

 – Разве? Ну тогда да, она вас ненавидит.

 – Ваша Светлость. – Я повернулась к герцогу и твердо сказала: – Давайте я просто уволюсь. И мы на этом закончим. Я не хочу работать с людьми, когда мне не доверяют. И когда мне не рассказывают о том, что касается непосредственно меня. Это как минимум унизительно.

Шутливое выражение исчезло с лица герцога, когда он понял, как я серьезна.

 – Леди Крис, я бы тебе все сказал, но то, что произошло, – это не моя тайна. И уволиться я тебе не дам.

 – Да? И как же? – ухмыльнулась я. – Уитмор, у нас тут рабство появилось? Или подписанный договор вдруг стал пожизненным?

 – Отнюдь, – вместо Уитмора ответил герцог. – Но у меня обширные связи. Я не позволю, чтобы ты устроилась куда-нибудь, кроме как ко мне! Так что выбор у тебя невелик – ты либо выходишь за меня замуж и увольняешься, либо продолжаешь работать.

– Ваша Светлость, вам никто не говорил, что, когда вы угрожаете, нельзя смеяться и плакать одновременно? – вздохнул Уитмор. – Так ваши угрозы никто не воспримет всерьез. Даже леди Кристин вам не верит, а я уж и подавно. Давайте, Ваша Светлость, попытайтесь еще раз, но более грозным тоном.

 – Леди Крис, – рявкнул герцог.

 – Слезы подотрите, Ваша Светлость, – я фыркнула. – И попробуйте еще раз. Надо не кричать, а говорить сурово и серьезно. Как вы пытаетесь угрожать, если вам самому от своей угрозы смешно до слез?

Да, к такому поведению мне было не привыкать. При переговорах герцог был хитер, с убийцами и ворами безжалостен, но ругаться всерьез на меня или Уитмора у него не выходило совсем. Как, впрочем, и угрожать. Да и я вообще не помню, чтобы герцог хоть раз угрожал кому-то невиновному или не натворившему непоправимого

 – Леди Крис, вы же не всерьез собираетесь уволиться? – спросил Уитмор. – Вы только честно говорите, не врите, а то герцог скоро начнет плакать не от смеха, а от печали и отчаяния.

 – Все зависит от герцога. – Я пожала плечами. – Если бросит эту дурную затею с замужеством, то буду работать и дальше. Разумеется, после таких угроз, пусть и шуточных, я жду прибавку к премии.

– Не более пятидесяти процентов, – тут же выдал герцог. Он наконец смог взять эмоции под контроль.

 – Вы назвали меня странной лошадью, – безжалостно добавила я.

 – Хорошо, семидесяти вам хватит? – вздохнул герцог.

Словно я у него последнее забирала! Вот уж нет! Я просто наметила для себя кое-какие интересные магические штуки, а стоили они ого-го сколько. Но как можно было отказаться от кулона, который закрепляет волосы покруче спрея самой сильной фиксации? Достаточно положить в карман – и все: непогода, ветер, землетрясение, взрыв – прическа остается неизменной. А недавно я нашла амулет, который в идеальном состоянии поддерживал не только волосы, но и все остальное! Платье не мялось, макияж – легкий, едва заметный – держался вечно. И даже кожа не начинала блестеть на солнце. Чем не мечта современной женщины? Вот и я поняла, когда увидела, что безмерно хочу этот амулет. Только стоил он, наверное, как треть поместья герцога, а то и вся половина. Но ничего. Если я стребую себе двойную премию, то скоро смогу забрать эту шикарную штучку!

 – Вы до сих пор не признались, кого подозреваете в моем похищении, – добила я.

 – Хорошо, леди Крис, я тебя понял. Двойная премия, двойная! Подойдет?

 – Да, пожалуйста. – Я довольно улыбнулась. Ну и ладно, пусть я не узнаю, кто там меня пытался похитить, зато приобрету эту славную вещь!

 – А мне? – робко спросил Уитмор.

 – Тебе? Тебе только урезать. Вот! Я твою премию урежу и отдам ее леди Крис.

 – Но это нечестно! – возмутился Уитмор.

 – А кто упустил преступников?

 – А кто вам с леди Крис свидание устроил и оставил наедине, чтобы вы могли спокойно объясниться? Вы думаете, что я идиот – три часа ходить в поисках служанки и лекаря для нее?! – Уитмор взмахнул руками. – Вы тут чай пили, пирожные ели, пока я пытался себя хоть чем-то занять. А потом я прихожу и узнаю, что вы не только не воспользовались шансом завоевать ее расположение, но и вообще ничего не сделали!