Невыносимый босс. Жених по контракту

Глава 27

После барбекю нахожу спасение в старших Бельских. Пока они рядом, я дольше живу. Повсюду с ними хожу, разговоры поддерживаю, помогаю. Не загораю, как художница, на лавочке. Мне нельзя. Кустов слишком много, а в них могли притаиться альфа-самцы.

— Вот ты где, радость моя, — с натянутой крокодильей улыбкой один из самцов находит меня, тот, что мой босс.

— Мы рассматриваем наш семейный старинный сервиз семнадцатого века, — Тамила Юрьевна объясняет задержку, показывая мне фарфоровые блюдца.

— Кирилл, ты видел, какая красота? — с восхищением смотрю на изысканную хрупкую посуду.

— Ну видел, сервиз как сервиз, — не придает особого значения босс.

Гляди, какой равнодушный. Оно и понятно, барин привычный есть золотыми ложками. Ничем его высочество не удивишь.

— Да когда то было, — Тамила Юрьевна любуется на свои сокровища. — Вот, посмотри на чашечки. Время идет, а они переходят по поколениям Бельских. Твои предки пили с них чай.

И протягивает сыну одну чашку. Только он в этот момент засмотрелся с прищуром на мое запястье, туда, где поблескивает браслет Александра. Если можно взглядом вещи прожигать, то от совы с изумрудными глазками, остался бы уже один пепел.

Кирилл, под мамины разговоры, на автомате берет чашку, но как-то неудачно, что она у него выпадает. Я вскрикиваю и падаю на пол, спасая стародавнюю чашечку в последнюю секунду. Столько своей посуды перебила, а вот у Бельских не дала добру разбиться.

Сажусь, прижимая к себе чашку, словно дорогое сокровище.

— Кирилл, ты понимаешь, что чуть не натворил! — Тамила Юрьевна за сердце держится.

— Ма, на чашку больше, на чашку меньше, невелика потеря, — бормочет босс, все же помогая мне подняться.

Если бы только помог, он же еще успевает прижать к своему могучему телу. Пусть на миг, но утопить в аромате свежего морского бриза с нотками лайма. Погладить руку с его браслетом и фыркнуть на другую, где вещь от чужака.

— Молчал бы лучше, — Тамила Юрьевна сердита на сына. — Вика, у тебя золотые руки. Ты же мне сейчас, как жизнь спасла! Спасибо тебе, дорогая! — Зато меня похвалила и обняла.

Ой, знала бы, что в чашке находится жизнь хозяйки дома, то заранее бы на полу улеглась. Сторожила бы, не моргала. Защищала от всяких злых на меня боссов и фиктивных женихов.

— Очень испугалась, чтобы ваш прекрасный сервиз остался невредимым, — вот и не вру, расстраивать маму Кирилла совсем не хотелось.

— Всё, я решила! После вашей свадьбы я вам отдам этот сервиз, — радует нас Тамила Юрьевна, принимая мой румянец за смущение. А я уже от стыда горю, что так нагло обманываю хорошую женщину.

— Почему не Мише? Нам-то зачем? — Кирилл радоваться подарку не торопится.

— Мише другой будет, а этот особенный для меня, — с трепетом Тамила Юрьевна ставит посуду на место. — Его уже не раз спасали, много всего пережил. И твоя невеста подтвердила поступком, что сможет наши фамильные ценности сберечь. Это был знак! Вика, давно я такой счастливой не была. Чувствую, что с тобой сын обретет свое счастье.

— Еще как обрету, — то ли подтверждает, то ли запугивает босс.

Смущенно благодарю за честь столь огромную, доверие на счастье для взрослого и жаждущего покусать меня сыночка. Надо будет хоть успеть предупредить, что я невкусная, не надо меня кусать зубищами острыми. Вдруг отравится, и кто потом опять виновата?

Под предлогом собираться к отъезду, Бельский все-таки ворует меня из столовой. За руку вытаскивает и не дает сбежать. С улыбочкой в сад провожает, а потом все, никаких приятностей и пряников.

— Ты же мне сказала, что с Алексом у вас ничего? — гневно шипит, и тянется отнять браслет от брата.

— Ничего из того, что бы нарушало наш договор, — прячу за спину руку. Кто подарил, тому и верну.