Невыносимый босс. Жених по контракту

Глава 48

С корпорации мы уезжаем раньше. На всякий случай, уточняю, ничего нам за это не будет? Кирилл заверяет, что все под контролем. Ну да, как всегда. Разве у Бельского бывает иначе?

— Сегодня мы покатаемся и, возможно, домой не доедем, — босс интригует в пути, поглядывая на меня тем самым темнеющим взглядом, от чего я невольно начинаю подрагивать и дергаться на сиденье.

— К твоим родителям поедем? — пробую угадывать.

— Нет, совсем в другую сторону.

Я так расслабилась в начале поездки, что уже и не соображу, куда нас дорога уносит.

— Лучше бы нам попасть домой, я же с собой ничего не брала…

— М-да, — хмыкает, но как-то слишком весело. — Это такая проблема, Виктория. Но разве ты могла заранее знать, что я тебя возьму и украду?

— Воруешь меня?

— Самым наглым образом. Если что, мне не стыдно совсем. Я еще с утра тебя украсть собирался.

Интересные у нас отношения… Начальник бессовестно заманил и увозит в неизвестном направлении. А я улыбаюсь в предвкушении, сопротивляться не хочется. Мне кажется, Бельский стал для меня последним и единственным мужчиной, кому могу так без оглядки доверять. Ведь он же и сам не поверил Маринке, он со мной, и что еще нужно доказывать.

Перед выездом из города, Кирилл дает мне сесть за руль. Сегодня мы опять колесим на роскошной Феррари. С осторожностью двигаюсь, хотя трасса почти что пустая. Несколько поворотов, Кирилл показывает, куда подъезжать. И мы оказываемся возле огромных ворот, вдоль которых гордо выстроились огромные сосны.

Нас пропускают на территорию. По разговору услужливого персонала, понимаю, что ждали, Кирилл успел для нас забронировать гнездышко.

— Ой, мамочки!

Это я увидела гнездышко, к которому еще пришлось по территории ехать.

На загороженной местности от всех посторонних глаз… расположилось целое бунгало со стеклянным фасадом и имитацией полнейшего слияния с природой. Я еще не все успела разглядеть. Но вот уже обалдела от бассейна с прозрачной стеной, нависающей, будто над пропастью. Уютные плетенные качельки, гамаки между елей. Цветочные дорожки выглядят, как настоящий шедевр от флористов. Повсюду стоит потрясающий аромат дикой природы. И незаметно появляются на столике бокалы с изысканными закусками на подносе. Меня все приводит в безумный восторг.

— Здесь уютно, — Кирилл тоже разглядывает территорию. — Не хватает океана и пальм. Но это ничего, мы туда еще поедем обязательно, как только получится вырваться из корпорации в отпуск.

— Для меня попасть сюда и так уже сравнимо с волшебством, — честно признаюсь, без преувеличений.

Ничего же себе, какая вокруг красота!

— А на планете еще столько мест удивительных, вообще закачаешься, Виктория.

Вот уж не знаю. Когда со мной рядом Кирилл, мне любое место сносит крышу. Мы со звоном ударяемся бокалами, стоим в обнимочку, мне уже хорошо-хорошо. Пусть так почаще воруют, я очень согласна.

После перекуса мы отправляемся внутрь бунгало внушительных размеров. Интерьер рассмотреть не выходит, неудобно так-то разглядывать во время безумных поцелуев, перетекающих в жаркую страсть. Мы забрались на открытую крышу и задержались здесь, не справляясь с накатившими желаниями. Кирилл рычит, стягивая с меня нетерпеливо одежду, а я распаляюсь как спичка, словно вот-вот и сгорю, если кто-нибудь из нас резко прервется...

Майский вечер немного веет прохладой, Кирилл накидывает мне на плечи свой пиджак. Ужин нам приносят из нескольких блюд. Одно другого вкуснее, пробую от каждого блюда по чуть-чуть, а больше смеюсь и болтаю с неугомонным в шутках мужчиной. С Кириллом может быть весело, интересно, временами трогательно до мурашек. Мне не надо выдумывать, о чем говорить. Все получается само собой, легко, непринужденно.

И в такие моменты, я точно осознаю, что мне его не заменит никто… Загадывать страшно. А потерять его, еще страшней. Ведь в нем я вижу целый мир, неважно какого размера, но в этом нашем Мире так хочется остаться навсегда.

После ужина возникает неловкость, ну как у меня может быть. Кирилл настроился затянуть нас в бассейн с подогревом. Купальник я, конечно, не взяла. И разве этим остановишь укравшего девушку Бельского? Подхватывает на руки, смеется и несет.

— В воде нас никто не увидит, да и стемнело уже. Думаешь, я долго бы дал тебе плавать в купальнике? Да я бы сначала его съел, а потом мою вкусную девочку, — ох, как зарычал при этом обещающе, прыгая в воду вместе со мной.

— Вот как привыкну, превращусь в бесстыдную девушку. Буду повсюду ходить в том откровенном красном платье, попой крутить, на пляжах раздеваться…

— Э, нет, — перебивает угрозы, — только со мной показывай всю красоту. Другим мужикам повыбиваю глаза, если только лишнее что-то увидят. Ты моя, Виктория. Только моя. Лучше не дразни во мне зверя!

Целуемся, плаваем, опять на поцелуи срываемся. Вокруг бассейна зажглись маленькие фонарики, и яркие звезды рассыпаются золотыми узорами на воде. Глаза у Кирилла горят каким-то особенным блеском, отпечатывая в темных радужках половинку луны. Вдыхаю глубже воздух, пропитанный духами из романтики. Божественным кажется место, в котором есть только мы, и, наверное, выбираться в реальность уже не захочется.

Мы подплываем к бортику бассейна с открытым обзором на склон. Я вообще боюсь высоты, но сейчас мне нестрашно. Кирилл обнимает меня сзади, ласкающими прикосновениями опять будоражит, заставляя стонать от удовольствия.

В мыслях почему-то всплывает то, что я не стала сразу спрашивать. А может, и не стоит… но я все же решаюсь это вслух произнести.

— А почему ты не засомневался во мне? Как так сразу понял, что Маринка наговаривала в отместку?

Руки Кирилла перестают блуждать по моему телу, замирают в районе талии. Он мне дышит в затылок, проводит носом по волосам, отвечая не сразу.

— Обычно, я могу представить разные версии. Но после слов отца… не смог. Только подумал о тебе, какая ты у меня чистая, нежная, настоящая. Тогда понял — вот ты и влюбился, Кирилл! Мне стало больно представлять, что ты могла бы захотеть другого…