Нея с острова Пирит 2

Глава 34

Летний Париж запоминался мягким золотистым светом, струившимся сквозь широкие окна небольшого ресторана на Монмартре. Кристофер заказал столик специально у окна — он знал, как Нея любила наблюдать за городом, за его неспешной, почти ленивой летней жизнью. Экзамены остались позади, учебные дела были закончены, и теперь впереди их ждало долгожданное путешествие на Пирит. Билеты Кристофер купил ещё неделю назад, едва Нея сообщила ему точную дату, когда она должна была сдать учебники и распрощаться с альма-матер до осени. Он не хотел медлить. Слишком долго они оба мечтали об этой поездке, слишком часто она возникала в их разговорах тихими вечерами в его квартире или во время прогулок по набережной.

Но перед отъездом оставалось одно важное дело — встреча с Фрэнком Буффало. Старый галерист не просто помог Нее с первой выставкой, он фактически открыл ей дверь в мир серьёзного искусства, представил нужным людям, дал возможность заявить о себе. И теперь, когда её картины обсуждали в художественных кругах, а на почту приходили письма со всего мира с предложениями о покупке работ, они оба понимали — нужно поблагодарить этого человека лично.

Фрэнк появился с опозданием минут на двадцать, как и следовало ожидать. Он ворвался в ресторан со свойственной ему энергией — высокий, грузноватый мужчина лет шестидесяти с копной седеющих волос и живыми, проницательными глазами. На нём был мятый льняной костюм песочного цвета, а в руке он теперь часто носил трость с серебряным набалдашником, которой, впрочем, почти не пользовался — скорее, это был аксессуар, придававший ему некий артистический шарм.

— Мои дорогие! — воскликнул он, широко раскинув руки. — Как же давно мы не виделись! Нея, дорогая, ты просто сияешь! Париж явно идёт тебе на пользу, или это мистер фон Лихтенвальд так хорошо о тебе заботится?

Кристофер встал, чтобы поздороваться, и крепко пожал протянутую руку. Фрэнк всегда умел создавать атмосферу праздника даже из обычного ужина, и сегодня не было исключением. Он уселся за стол с довольным вздохом, оглядел меню и тут же принялся рассказывать о своей галерее.

— Представляете, готовлю новую выставку! — Глаза его загорелись. — Молодые художники из Восточной Европы, совершенно потрясающие работы. Один парень из Праги пишет в такой технике, что я сначала подумал — это фотографии! Но нет, холст, масло, и такая детализация, что с ума сойти можно. Я уже договорился с несколькими коллекционерами, они придут на открытие. Думаю, это будет событие сезона.

— Мы не сомневаемся, — улыбнулась Нея. — Вы всегда умели находить настоящие таланты, мистер Буффало.

— Фрэнк, дорогая, только Фрэнк! — Он театрально взмахнул рукой. — И, кстати, о талантах. Я слышал, что твоя почта просто разрывается от предложений? Какой-то коллекционер из Токио предлагал совершенно безумные деньги за «Греческий сад», если я правильно помню?

Нея смущённо кивнула:

— Да, письма приходят почти каждый день. Из Японии, Америки, даже из Бразилии кто-то писал. Это всё так... нереально. Я иногда просыпаюсь и думаю, что это сон.

Кристофер одобрительно на неё посмотрел, испытывая чувство удовлетворения.

— Никакой не сон, дорогая, — Фрэнк наклонился к ней через стол, его голос стал мягче, почти интимным. — Это твой талант, твоя работа. Ты заслужила каждое из этих писем. И знаешь, что я тебе скажу? Это только начало. Через год-два о тебе будут говорить как об одном из самых интересных молодых художников Европы.

Он взял её руку и слегка сжал, глядя прямо в глаза. Кристофер почувствовал, как внутри что-то напряглось. Этот старый пройдоха снова начинал! Фрэнк всегда был таким — галантным, обаятельным, с лёгким налётом флирта в общении с красивыми женщинами. Кристофер прекрасно понимал, что это просто манера, особенность характера, но всё равно не мог сдержать укола ревности. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут дверь ресторана распахнулась, и внутрь вошла женщина.

Мисс Кларк была полной противоположностью Фрэнку. Невысокая, изящная, с безупречной осанкой и строгим английским шармом, она выглядела так, словно только что сошла со страниц журнала о классическом стиле. Тёмно-синее платье футляр идеально сидело на её стройной фигуре, жемчужное ожерелье мягко поблёскивало в свете люстры. Седые волосы были собраны в элегантный узел, а на губах играла лёгкая улыбка. Женщина направилась к столику, за которым собрались друзья.

— Прошу прощения за вторжение, — её голос звучал мелодично, с характерным английским акцентом. — Фрэнк сказал, что вы здесь ужинаете, и я подумала... может, зайду попрощаться перед отъездом?

— Элеонор! — Фрэнк тут же вскочил, его лицо расплылось в широкой улыбке. Он обнял женщину за плечи и повернулся к Нее и Кристоферу: — Познакомьтесь, это Элеонор Кларк, моя... ну, как бы это сказать...

— Его старая английская любовница, — с улыбкой беззастенчиво закончила за художника мисс Кларк, протягивая руку сначала Кристоферу, потом Нее. — Очень приятно. Я так много слышала о вас обоих. Фрэнк не перестаёт говорить о чудесной молодой художнице, которая покорила парижскую публику. Знаете, я была на той зимней выставке, но мой дорогой друг так и не представил мне своих друзей. Весь вечер ему пели дифирамбы, и ему было некогда всех нас познакомить.

Нея понимающе улыбнулась. Кристофер почувствовал, как напряжение спадает. Он даже рассмеялся — ситуация была почти комичной. Конечно, у Фрэнка есть спутница жизни. Конечно, его флирт с Неей был не более чем привычкой, манерой общения. Он посмотрел на Нею — та улыбалась мисс Кларк, явно очарованная её спокойной элегантностью.

— Присоединяйтесь к нам, пожалуйста, — пригласил Кристофер. — Было бы прекрасно провести вечер вчетвером.

— О, это было бы чудесно...

— Садись, дорогая! И почему я сразу не взял тебя с собой! — Фрэнк уже придвигал стул. На самом деле, ему было неловко приходить на встречу со своей женщиной — он почти никогда так не делал, ведь в браке он ни разу не был. Все его пассии проводили время с ним только наедине. Но Мисс Кларк — она была…особая женщина, всегда. И потому он позволил ей сесть и сказал: — Наоборот, ты сделаешь наш вечер ещё приятнее.