Нея с острова Пирит

Глава 32

Пирит в это время года не особо кишел жизнью, в отличие от лета, когда Кристофер приезжал отдохнуть. Греция давно стала его излюбленным уголком планеты, и он мечтал о том, чтобы сделать визиты сюда настоящей традицией. До настоящего времени ему не так часто удавалось приезжать: его вечно занимали дела и работа, а непоседливая сестрица часто выбирала для отдыха что-нибудь более экзотическое, предпочитая скромному греческому острову Мальдивы или Сейшельские острова. Кристофер редко путешествовал без неё, сестра ввела это в закон их взаимоотношений, и искренне верила в то, что так будет продолжаться всегда, или пока каждый из них не обзаведётся своей семьёй. Старший брат не очень-то сопротивлялся этим установленным порядкам и условностям, находя компанию сестры чем-то родным и постоянным, даже не глядя на то, что не всегда их поездки проходили гладко и приятно. Алекса любила показать свои клыки и часто портила брату настроение вспыльчивым характером. Непокладистая сестра стала точкой опоры для его налаживания контакта с отцом, которому он так и не покорился полностью, хотя тот долгие годы на этом настаивал. Когда Алекса влипала в какую-то неприятную историю, отец звонил первым делом сыну, а Кристофер спешил его успокоить, что он со всем разберётся. Так они снова начали общаться после пары лет отсутствия какой-либо связи. Старший фон Лихтенвальд не собирался принимать волю сына, хотя и никому не признавался кроме жены, что на самом деле гордится своим ребёнком и тем, чего он достиг в столь раннем возрасте.

— Карл, мой милый, у нашего мальчика своё дело в двадцать пять лет, — твердила ему жена в моменты отцовского отчаяния, когда тот начинал горевать по сыну из-за разлуки и отсутствия тёплых отношений, как когда-то в юности Кристофера. — Ты пришёл к какому-то результату на пять лет позже его: так скажи, почему Кристофер должен во всём слушать тебя? — вызывающе спросила миссис фон Лихтенвальд, но благоразумно поспешила добавить: — Если у него и самого неплохо получается справляться…

— Я не спорю, моя добрая самаритянка, — улыбнулся успокоившийся мужчина жене. Это было пару лет назад, они ужинали в ресторане Лондона, и мать Кристофера решила поговорить об их сыне начистую. — Ты всегда старалась сгладить острые углы в нашей семье, даже когда сама не соглашалась ни с кем из неправых и виноватых. Я знал, что женился на мудрой женщине, но не подозревал, что она станет для меня такой надёжной точкой опоры.

Кристофер и знать не думал, что мать вечно его защищает перед отцом, он всё же надеялся, что тот сам обратит на него должное внимание и примет наконец, как равного себе по значению.

Когда Кристофер шёл по опустошённым улицам острова, что стал у него прочно ассоциироваться с самым прекрасным на земле — женщиной, ему стало некомфортно. Без Неи Пирит выглядел и ощущался иначе. Когда она находилась здесь, все дороги и дома освещались каким-то неистовым тёплым светом. Даже дом Лихтенвальдов становился чуточку лучше, хотя Крис его никогда и не любил. Жилище казалось ему чересчур вычурным и кричащим, и обитель Неи в его глазах выглядела куда приятнее и ближе ему по духу.

Снаружи светлый, обрамлённый душистым цветочным садом с беседкой и террасой, на которой они часто беседовали с маленькой хозяйкой, а внутри пропитанный духом кантри. Стиль удачно гармонировал с картинами живущей в доме художницы, и деревянные панели украшали эти искусные предметы, на которые положил бы глаз любой ценитель.

Нея никогда не рассказывала ему лишнего о матери, но узнав её этим вечером, Кристофер был покорён. Женщина вызывала неоднозначное впечатление: она казалась ему сверх заботливой и мудрой, но было в матери-гречанке и что-то лёгкое и воздушное. Как и в дочери. Лёгкая седина Агнес у корней не смогла скрыть от гостя пышные каштановые волосы, вьющиеся по длине, а в синих глубоких глазах мистера Лиама, окаймлённых мелкими морщинками, прочитывалась честность и доброта, перемешанная с истинным мужским благородством.

Послышался звон в кармане пиджака, и Кристофер достал мобильный телефон. Алекса. Он не собирался сообщать ей, где находится, и уже придумал легенду об очередной командировке. Сестра не очень-то хорошо отзывалась в последние месяцы о Пирите, и говорила, что родители выбрали худшее место на земле для покупки дома за границей.

— Алекса, добрый вечер, — поздоровался с сестрой Крис, ожидая кучу вопросов в ответ.

— Ты где? Почему не сказал, куда отправляешься? — бесцеремонно выпалила сестра, без усилий оправдывая свою репутацию.

— Я в Лондоне, у меня небольшая рабочая поездка, — старался врать правдоподобно молодой человек, сохраняя невозмутимость в голосе. — Срочная, — уточнил деловито он.

— Настолько срочная, что ты не мог позвонить и рассказать мне? — фыркнула сердито Алекса, но тут же смягчилась и продолжила ироничным тоном: — Отец, вроде, тоже сейчас в Лондоне. Ему сообщить о твоём приезде? — кажется, девушка не поверила в легенду. — Или ты слишком занят, что не сможешь выделить для папы и пары часов? — она едва ли не захихикала.

— Алекса, прекрати. Я уже понял, что ты мне не поверила. — Отмахнулся раздражённо Кристофер, заворачивая в кафе «Полли и КО».

— Ты опять там! — злобно рыкнула рыжеволосая девушка в трубку. Настроение её резко сменилось. — На этом острове, ухлёстываешь за проклятой девчонкой!

Отворив двери, Кристофер понял, где этим вечером скопилось всё оживление на острове. Кажется, он заприметил пару знакомых лиц, и приятельницы Неи тоже были здесь. Вот же попал! Они наверняка всё разболтают подружке по телефону. Или тем лучше? Хотя какая разница, мать Неи запретила ему связываться с ней раньше, чем девушка получит и прочитает лично письмо. Вспомнив про этот ласковый запрет, Кристофер развеселился. А родители прочитали всё то, что он написал для Неи? Кристофер надеялся, что нет, и неожиданно улыбнулся, несмотря на гневные замечания Алексы по телефону.

— Алло! Кристофер!

— Я тебя слышу, сестрица, — продолжал веселиться парень, обратив внимание на то, что его тоже заметили и усердно махали руками в знак приветствия. Симпатичные девушки по имени Шарлотта и Каролина были в компании Фрэнка и Джима, и Кристофер не горел желанием общаться с последними. Оба прилипали к Нее, как пчёлы к мёду.