Незабытые чувства. Давай начнем сначала

Глава 4

Я вернулась домой ближе к девяти, когда на улице стемнело. Заходить в квартиру не хотелось. Наверняка мама снова начнет учить уму-разуму, и выдержать это будет почти невозможно. На душе было настолько погано, что хотелось забиться в какую-нибудь нору и неделю не попадаться никому на глаза. А ещё хотелось, чтобы любимый приехал как можно скорее. Лучше прямо завтра!

Однако... Все было очень сложно. Телефонный разговор с ним окончательно выбил меня из колеи. И принимать самое важное решение в своей жизни мне придется в одиночестве.

Толкнув чуть приоткрытую дверь квартиры, я замерла, уловив женский шепот. Затаив дыхание, прислушалась к голосам.

— Она обязана принять предложение того человека, Самира. С ним она будет счастлива. В достатке! — донесся до меня расстроенный голос мамы.

— У тебя умная дочь. Не волнуйся, думаю, Лена одумается и даст согласие, — ответила женщина, которую я считала самой близкой на этом свете. Ближе своей матери. Сейчас же у меня появилось стойкое ощущение, что весь мир настроен против меня.

— Саша точно поступит в университет. Григорий обещал нанять ей репетиторов. А у мужа завтра судебное заседание... Боже, я не верю, что в самый последний момент, когда я уже думала, что спасения нет, в нашей жизни появился такой влиятельный человек. И даже пообещал вытащить нас из ситуации, которая уже вымотала всех.

— Он просто влюблен в Лену. Она же у тебя красивая, нежная…

Обычно мне нравилось, когда тетя Самира называла меня нежной и красивой, но сегодня ее слова вызвали лишь глухое раздражение. Когда тетя Самира стала такой двуличной? Ушам своим не верю.

— Ты, главное, своему сыну пока ничего не говори. А то приедет раньше времени, и весь наш план пойдет коту под хвост, — попросила мама.

Не скажет. Мой любимый ничего не узнает. Тем более то, что наши мамы сговорились против нас… А ведь тетя Самира лучше всех знает, как сильно ее сын меня любит. Однако здоровье Соны кажется ей более важным, чем наше счастье…

В носу защипало. Слезы снова потекли по щекам. Глаза ужасно болели. Я вытерла их рукавом кофточки и вошла на кухню.

— Я согласна. Согласна выйти замуж за того человека.

Оставив их ошарашенными, но, кажется, довольными, я закрылась в спальне. Смотрела в белый поток и думала, правильно ли поступила, по сути, пожертвовав своим счастьем ради других.

Да, сестра получит образование и, возможно, станет хорошим адвокатом. Достигнет своей цели. Ее мечта сбудется, а как же наша мечта? Мне так хотелось выйти за любимого замуж… Родить ему детей… жить долго и счастливо, как в сказках…

— Почему обо мне никто не думает? — шептала я, вытирая слезы, которые не прекращали течь весь этот день, тянущийся целую вечность. — Ну почему? Что я такого сделала этим людям?! Каждый думает о чем угодно, но только не обо мне. Не о моих чувствах!

Никогда за девятнадцать лет я не чувствовала себя такой бессильной. Словно весь мир настроился против меня. Никто не хотел меня услышать. Бессмысленно о чем-то разговаривать. Отказаться от навязанного брака? От мужчины, который по непонятным причинам хочет завладеть мной? Я думала об этом, но что-то подсказывало: это бесполезно. Меня все равно выдадут за него замуж. Возможно, даже против воли. Что-что, а шантажировать он умеет.

— Да, — не посмотрев на экран, я приняла входящий звонок и прижала телефон к уху.

— Привет, родная, — вдруг раздался безумно любимый голос. — Как ты?

Я резко села на край кровати, страшно нуждаясь словах поддержки. На какое-то мгновение мне показалось, что оно обо всем знает. Но… он бы прилетел, узнай о происходящем здесь. И раз он все еще там… Значит, помощи ждать неоткуда.

— Привет, — пробормотала я, до боли кусая губы и стараясь не расплакаться в трубку. — Как ты?

— Только освободился. А ты как там? Почему голос такой? Разбудил?

— Да нет… — начала я и прикусила нижнюю губу, посмотрев на экран телефона. Оказывается, уже полночь. — То есть да... Я спала.

— Прости, — хрипло сказал любимый. — Безумно соскучился. Могу набрать тебя по видеосвязи? Хочу увидеть.

Я включила ночник. Сглотнула внезапно появившийся в горле ком, промолчала, не зная, что ответить. Глаза наверняка опухли — он сразу догадается, что я плакала. Но вдруг сегодня я вижу его в последний раз? Неужели я не могу позволить себе хотя бы это?

— Конечно… Звони.

Увидев на экране лицо любимого, я улыбнулась, машинально положив руку на грудь. Сердце стучало так, что за ним ничего не было слышно.

— Ты плакала? — Он прищурился, будто пытался внимательнее разглядеть мое лицо. Пришлось будто ненароком повернуть светильник в сторону.

— Немного, — соврала я. — О папе думаю... Выпустят ли его...

— Статья серьезная, — задумчиво сказал любимый. — Скорее всего, срок все же дадут. Будь финансовая возможность, наверное, можно было бы его вытащить. Но увы, сейчас денег у нас нет.

Я сглотнула. Как всегда. Насколько бы горькой ни была правда, он говорил как есть. И я любила его за эту черту характера. Уж лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

— Я хочу задать тебе один вопрос, — прошептала я.

— Конечно. Я тебя внимательно слушаю, — улыбнулся он. Наклонил голову набок и задумчиво посмотрел на меня.

— Будь у тебя два варианта... Поставить сестру на ноги или сделать меня своей женой... Какой из них ты выбрал бы?

Он открыл рот, чтобы ответить, но промолчал. Нахмурился сильнее — между бровями образовалась складка.

— Ты странно выглядишь. И говоришь тоже странно, — заметил он.

— Ответь, пожалуйста. Мне же интересно.

— Лен… Ты тоже выбрала бы первое, будь твоя сестра больна. Разве я ошибаюсь?

«Не ошибаешься», — мысленно ответила я, улыбнувшись ему.

Я улыбалась так старательно, что разболелись щеки. Именно сегодня разговор с любимым не принес ни радости, ни облегчения. Да и что ему можно сказать? “Знаешь, я решила пожертвовать нашей любовью ради других”? Нет. Мне просто не оставили выбора.