Незабываемая Любовь

Глава 7. В вихре снега и мыслей.

Автобус подъехал к остановке, его фары ярко освещали мокрый асфальт. Двери открылись со скрипом, и теплый воздух из салона мягко коснулся её лица. Любовь вздохнула, поправила ремешок сумки и поднялась по ступенькам внутрь.
Свободных мест было немного, но одно у окна всё же нашлось. Она быстро села, стараясь не встречаться взглядом с другими пассажирами. Вытянула из кармана телефон, но, пролистав экран, поняла, что ни читать, ни писать никому не хочется.
За окном мелькали огни уличных фонарей, расцвечивая стекло теплыми бликами. Мимо проносились магазины, припаркованные машины, редкие прохожие, спешащие домой.
Люба облокотилась на спинку и закрыла глаза, но перед мысленным взором тут же всплыло лицо Артёма. Его уверенные руки, его взгляд, такой обжигающий и холодный одновременно. Всего несколько часов назад он шептал ей что-то, а теперь даже не оглянулся.
— Глупо, — пробормотала она себе под нос и, разозлившись на собственную слабость, сжала пальцы в кулак.
— Вы что-то сказали? — донёсся с соседнего сиденья голос пожилой женщины.
Любовь вздрогнула и повернулась к ней.
— Нет, простите, просто задумалась, — слабо улыбнулась она.
Женщина понимающе кивнула и отвернулась к окну.
Автобус продолжал путь, плавно покачиваясь на поворотах. Люба смотрела в стекло, но видела перед собой не городские улицы, а недавний поцелуй, его руки на своей коже.
«Почему же так больно?» — пронеслось у неё в голове.
Оставалось только ждать своей остановки.
Люба вошла в здание, стряхнув с пальто мелкие снежинки. Воздух пах свежестью и чем-то пряным, возможно, кто-то из коллег принес мандарины или поставил где-то ароматическую свечу. Поздоровавшись с охранником, она кивнула ему с легкой улыбкой и направилась в свой кабинет.
Коридоры были украшены сверкающими гирляндами, на стенах висели снежинки из бумаги, а в углу просторного зала красовалась высокая ёлка, которую они украшали несколько дней назад. Люба провела пальцами по мягкой мишуре, вспоминая, как она вместе с коллегами развешивала украшения. Вспомнила стремянку, её падение, и... Артёма.
В груди стало тяжело. Он поймал её, удержал, а теперь ведёт себя так, словно ничего не было. Ни в столовой, ни в кабинете, ни даже этих украдкой брошенных взглядов, которые она так тщательно ловила. Вздохнув, Люба тряхнула головой, будто пытаясь вытряхнуть лишние мысли, и толкнула дверь своего кабинета.
Внутри всё было, как обычно: аккуратно сложенные бумаги на столе, компьютер, который мерцал кнопкой включения, и легкий аромат кофе от термокружки, которую она оставила вчера. Люба села за стол, нажала кнопку на клавиатуре, и экран ожил, осветив её сосредоточенное лицо.
— Так, работа, только работа, — пробормотала она себе под нос, открывая документы для перевода.
Но мысли не хотели подчиняться. Стоило глазам пробежать по строкам текста, как перед глазами снова вставали обрывки воспоминаний. Вкус его губ, тепло его рук, его приглушенный голос, шепчущий что-то в порыве страсти. Люба стиснула зубы и глубоко вдохнула.
— Хватит, Люба, соберись! — она даже слегка стукнула ладонями по столу, будто надеясь встряхнуть себя.
Но это не помогало. Внутри неё боролись два состояния: разум, который твердил, что не стоит зацикливаться, и сердце, которое упорно тянулось к нему, ожидая хоть какого-то знака внимания.
Её пальцы сжали мышку. Она пыталась читать, пыталась переводить, но даже самые простые слова словно теряли смысл. Люба злилась на себя. Как он мог так легко её выбросить из своей головы? Как ему удавалось вести себя так равнодушно?
Люба сидела за столом, пытаясь сосредоточиться на работе, но мысли продолжали путаться. И вот — стук в дверь. Сердце на мгновение замерло.
Снова раздался стук в дверь. Она вздрогнула и быстро посмотрела в сторону входа.
— Да, войдите, — голос её прозвучал чуть тише, чем хотелось бы.
Дверь приоткрылась, и на пороге появился... Артём.
Он выглядел, как всегда, безупречно — строгая рубашка, чуть расстёгнутый ворот, уверенная осанка. В руках у него была папка с документами.
— Доброе утро, — спокойно, даже официально произнёс он, словно вчера не было ни прикосновений, ни поцелуев.
Любовь взяла себя в руки и, не поднимая взгляда, ответила:
— Доброе утро.
Она надеялась, что голос прозвучит уверенно, но едва заметная дрожь выдала её. Тёма едва заметно усмехнулся и подошёл ближе к её столу. Люба затаила дыхание. Он наклонится? Поцелует? Или хотя бы шепнёт ей что-то на ухо?
Но нет. Он просто положил папку на стол.
Разочарование было таким явным, что она сама почувствовала, как слегка сникла. Артём, казалось, этого не заметил — или сделал вид, что не заметил. Он открыл папку, вытащил несколько листов и положил перед ней.
— Так, — начал он деловито, — это твоя страховка.
Любовь машинально взяла документ, пробежалась глазами по тексту, затем молча, убрала его в ящик стола.
— Это с пенсионного счета, — продолжил он, подавая следующую бумагу.
Она приняла и её, молча, спрятала в ящик, даже не пытаясь вникнуть в суть написанного. В воздухе повисла странная напряжённость. Всё происходило так, будто между ними ничего не было. Как будто вчерашний день был просто сном.
Но вдруг — лёгкое, почти невесомое движение. Артём закрыл папку, наклонился чуть ближе… и его ладонь скользнула по её ноге.
Люба вздрогнула, чувствуя, как тепло его руки проникает сквозь тонкую ткань колготок. Пальцы скользнули выше, пробежались по бедру, поднимаясь к самой юбке. Её дыхание сбилось, сердце забилось быстрее. Она не могла, да и не хотела сопротивляться.
Прильнула к нему, сама не осознавая этого. Впитала его запах, ощутила жар его тела, закрыла глаза, ожидая...
Но он лишь наклонился к её уху и шепнул:
— Не сегодня.
И так же внезапно, как прикоснулся, отстранился.
Любовь осталась сидеть, не в силах пошевелиться. А он, взяв оставшиеся бумаги, молча, развернулся и вышел из кабинета, оставив её в одиночестве — с путаными мыслями, дрожащими руками и сердцем, бешено стучащим в груди.
Люба лишь разочарованно проводила его взглядом, чувствуя, как внутри всё сжалось от невысказанных эмоций. Дверь закрывалась медленно, словно дразня её, напоминая, что момент был, но он ушёл.
Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Провела ладонями по юбке, будто разглаживая не только ткань, но и собственные мысли. Её пальцы всё ещё дрожали от только что пережитого, от жара его прикосновений, от шёпота, который всё ещё эхом отдавался в её голове.
«Не сегодня...»
Чувство лёгкой досады и разочарования вспыхнуло внутри, но она тут же постаралась его подавить. В конце концов, они на работе. Он вёл себя, как ни в чём не бывало, а значит, и ей стоило бы поступить так же.
Любовь вытянулась в кресле, потёрла виски и медленно выдохнула. Надо сосредоточиться. Не дать мыслям блуждать в опасном направлении.
Она протянула руку к мышке, включила компьютер. Экран загорелся, но буквы на нём размывались, словно её разум не желал переключаться на рабочий лад.
— Соберись, — тихо сказала она самой себе.
Однако даже когда на экране появились первые документы, глаза её смотрели не в них, а куда-то дальше, за пределы реальности. Туда, где всё ещё ощущались его пальцы на её коже.
За окном кружились лёгкие снежинки, медленно опускаясь на землю, укрывая улицы мягким белым покрывалом. Казалось, мир снаружи замедлился, стал тише, спокойнее. Люба на мгновение задержала взгляд на этом умиротворяющее зрелище, но внутри неё бушевала совсем другая буря.
Она сидела за своим столом, стараясь сосредоточиться на документах перед ней. Пальцы двигались по клавиатуре, но мысли вновь и вновь ускользали в сторону. Перед глазами вставали моменты, ещё совсем свежие – его голос, его прикосновения, жар его ладоней на её коже.
— Так, хватит, — пробормотала она себе под нос, одёргивая себя.
Она попыталась сосредоточиться, прочитать текст перед собой, но смысл ускользал. Слова сливались в единое полотно, а разум то и дело возвращался к тому, что произошло утром. К тому, как Артём наклонился, как его пальцы скользнули по её ноге, как легко он пробудил в ней целую бурю эмоций… и как просто ушёл, оставив её с этим пожаром наедине.
Любовь вздохнула и с силой откинулась на спинку кресла. Её руки дрожали от внутреннего напряжения.
— Чёрт… — прошептала она, закрывая лицо ладонями.
Снаружи кто-то прошёл по коридору, щёлкнула дверь соседнего кабинета, раздались голоса коллег. Всё вокруг продолжало жить в привычном ритме, только вот её собственный мир сегодня словно сбился с привычной орбиты.
Она снова посмотрела на экран компьютера. Нужно работать. Нужно выкинуть лишние мысли из головы.
«Не сегодня...»
Но эти слова всё ещё звучали у неё в ушах, а тело помнило тепло его рук.
Рабочий день подходил к концу, за окном сгущались сумерки, а в воздухе витала предновогодняя атмосфера. Люба уже собиралась выключить компьютер и начать собираться домой, когда зазвонил телефон. Она взглянула на экран – Аня.
— Лю, привет! — раздался в трубке бодрый голос подруги.
— Привет, Анют, — ответила Люба, чуть устало потирая переносицу.
— Мы тут с друзьями собирались на площадь. Всё уже нарядили, гирлянды, ёлка — красота! — в голосе Ани слышалась улыбка. — Пойдёшь с нами?
Любовь задумалась. После долгого дня хотелось просто прийти домой, укутаться в плед и забыться в тишине. Но она знала, что, оставшись одна, снова начнёт думать об Артёме, прокручивать в голове утренний разговор, его прикосновения, его уход. Нет, это не выход. Нужно отвлечься.
— Я с вами, — сказала она, принимая решение.
— Отлично! Тогда через час на площади, — радостно отозвалась Анна и повесила трубку.
Люба положила телефон на стол и на мгновение задержала взгляд на окне. С неба медленно падал снег, закутывая город в белоснежную сказку. Фонари на улице мерцали золотистым светом, отражаясь в заснеженных тротуарах.
Она вздохнула, поправила волосы и начала собираться. Сегодня ей определённо нужно было хоть ненадолго вырваться из своих мыслей.
Любовь выключила компьютер, собрала бумаги, убрала их в ящик стола и закрыла его на ключ. Её пальцы на мгновение задержались на прохладной металлической поверхности — как будто этот жест мог запереть не только документы, но и мысли, которые не давали ей покоя весь день.
Глубоко вздохнув, она накинула пальто, повязала шарф и, пригладив волосы, вышла из кабинета. В коридоре уже почти никого не было — коллеги разошлись, и лишь редкие силуэты мелькали у выхода.
Спустившись по лестнице, она вышла в холл и направилась к выходу.
— До завтра, — кивнула она охраннику, который привычно восседал за стойкой, потягивая чай из большой кружки.
— До завтра, Люба, не замёрзни там, мороз крепчает, — ответил он, бросив взгляд на стеклянную дверь, за которой клубилась снежная дымка.
Любовь кивнула, открыла дверь и шагнула в зимний вечер.
Свежий воздух окутал её лёгким морозным поцелуем. Снег кружился в свете фонарей, падая на землю мягкими хлопьями. На улице пахло зимой — холодным ветром, свежестью, лёгкими нотками хвои от украшенных витрин.
Она медленно пошла вперёд, вдыхая этот чистый, колкий воздух. Машины проезжали по улице, оставляя за собой шлейф огней. Люба натянула перчатки и засунула руки в карманы.
Добравшись до остановки, она огляделась. Народу было немного — пожилая женщина с сумками, молодая пара, смеющаяся над чем-то, и парень в наушниках, сосредоточенно листающий телефон.
Автобус подъехал мягко, скрипя шинами по укатанному снегу. Люба зашла внутрь, нашла свободное место у окна и села.
Сквозь запотевшее стекло она наблюдала за городом, окутанным снежной дымкой. Лампочки гирлянд, развешанных вдоль улиц, мерцали в отражении стекла, создавая иллюзию сказки.
Девушка прислонилась к сиденью, позволив себе хоть на минуту расслабиться. Впереди был вечер с друзьями, и, возможно, он сможет ненадолго отвлечь её от мыслей о том, кого она так старалась выбросить из головы.
Автобус замедлил свой ход и остановился на остановке. Любовь вышла из него и вдохнула морозный воздух, наполненный запахом хвои, корицы и чего-то сладкого, словно сдобы из бабушкиной печи. Снег хрустел под ногами, а разноцветные гирлянды, протянутые над площадью, мерцали в такт негромкой праздничной музыке.
Она замедлила шаг, любуясь сияющей новогодней ёлкой в центре площади. Высокая, нарядная, с золотыми и серебряными шарами, сверкающей звездой на макушке — она словно из детской сказки. Вокруг ёлки расположились деревянные домики ярмарки, откуда доносились ароматы горячего глинтвейна, свежих пряников и жареных каштанов. Смех детей, радостные голоса продавцов, хруст снега под ботинками — всё это создавало уютную атмосферу зимнего праздника.
— Люба! — раздался радостный голос.
Она обернулась и увидела, как к ней спешат её друзья. Оля, кутаясь в пушистый шарф, махала рукой. Аня, вся в мехах и с улыбкой до ушей, первой подскочила к Любе и крепко её обняла.
— Ну, наконец-то! — воскликнула она. — Мы думали, ты передумала!
— Да уж, — добавила Оля, хлопнув её по плечу. — Ты, кажется, не слишком торопилась.
Люба улыбнулась:
— Просто не хотелось спешить. Здесь так красиво, что хочется всё рассмотреть.
— А теперь будем рассматривать вместе! — весело подхватил Семён, приобняв жену за плечи.
Матвей, муж Оли, улыбнулся и кивнул в сторону палаток:
— Пойдёмте, глинтвейн берём?
— Обязательно! — поддержала Аня, - но сначала кататься, - сказала она, потянув Сему к ларьку с прокатом коньков.
Они двинулись к ярмарке, болтая и смеясь. Любовь ловила каждое мгновение, впитывая тёплый свет фонарей, атмосферу радости и уюта. Ей было хорошо с друзьями, но где-то глубоко внутри тлела одна-единственная мысль: «Почему он не здесь?»
Подморозило, но от предвкушения веселья всем было тепло. Друзья подошли к прокату коньков, где уже толпились люди. Воздух звенел от смеха и радостных голосов.
— Какой у тебя размер? — спросил Семён, оборачиваясь к Любе.
— Тридцать восьмой, — ответила она, оглядывая витрину с коньками.
Матвей уже передавал девушкам нужные пары, а Оля возилась со шнуровкой.
— Ой, туго затянула! — пожаловалась она, наморщив нос.
— Значит, не развяжутся! — засмеялась Аня, справляясь со своими коньками куда быстрее.
Любовь села на лавочку, стянула сапоги и аккуратно надела коньки. Шнуровала медленно, сосредоточенно, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. «Давно ли я каталась? Не упаду ли сразу на лёд?»
— Готовы? — бодро спросил Сема, уже стоя на коньках и весело покачиваясь.
— Вперёд! — подхватила Анна.
Они вышли на ледяную гладь катка. Люба сначала осторожно ступила одной ногой, потом другой. Лёд был скользким, и тело по инерции чуть повело в сторону.
— Ой-ой-ой… — начала она, но тут же почувствовала, как чьи-то руки мягко, но уверенно поддерживают её за локти.
— Держись крепче, — раздался знакомый голос.
Люба замерла и обернулась.
«Артём?!» - удивилась она.
— Ты… ты что здесь делаешь? — выдохнула она, глядя ему прямо в глаза.
Он усмехнулся:
— Катаюсь, как видишь.
Любовь хотела что-то ответить, но тут кто-то пронёсся мимо них, задев её плечом. Она охнула, потеряла равновесие, но Тема успел её поймать.
— Спокойно, не падай, — сказал он, удерживая её за талию.
Люба судорожно вздохнула. Она чувствовала тепло его рук, запах его парфюма.
— Я... я справлюсь, — пробормотала она, хотя в этом не была уверена.
Тёма улыбнулся уголками губ.
— Ну что ж, посмотрим. — Он чуть наклонился к ней. — Но если упадёшь, знай — я тебя поймаю.
После катка компания, разгорячённая и весёлая, направилась к палатке с глинтвейном. Оттуда доносился пряный аромат корицы, цитрусов и гвоздики. Любовь тёрла замёрзшие пальцы, пока Артём стоял рядом, засунув руки в карманы куртки.
— Ну что, кто, сколько берёт? — бодро спросил Матвей, заглядывая в меню.
— Мне безалкогольный, — сказала Оля, сдувая со лба выбившуюся прядь.
— А мне классический, — подтвердила Аня.
Люба задумалась, но Артём опередил её:
— Два классических, — сказал он, взглянув на неё.
Она удивлённо вскинула брови, но ничего не ответила.
Когда горячие стаканчики с напитками оказались в руках, они устроились за деревянным столом. Любовь села между Анной и Артёмом.
Когда они уселись с горячими стаканчиками глинтвейна, Аня вдруг посмотрела на Любу с прищуром.
— Так, подруга, а это кто у нас такой? — лукаво спросила она, кивнув на Артёма.
Любовь ощутила, как её щеки начинают гореть. Она покосилась на Тёму, но тот невозмутимо пил свой напиток, будто его это совсем не касалось.
— Это Артём, — наконец произнесла она, стараясь говорить спокойно. — Мы работаем вместе.
— Интересно, а почему раньше о нём не рассказывала? — с лёгкой улыбкой спросил Сема.
— Да как-то… повода не было, — Люба пожала плечами, но внутри почувствовала странное волнение.
— А мы вот всё думали, почему ты в последнее время сама не своя, — заметила Ольга, хитро глядя на подругу.
— Да ну вас! — отмахнулась Люба, стараясь не встречаться взглядом с Тёмой.
— В любом случае, приятно познакомиться, Артём, — сказал Матвей, протягивая тому руку.
Тёма пожал её, едва заметно улыбнувшись.
— Взаимно.
— Ну что ж, за новые знакомства! — весело провозгласила Аня, поднимая свой стаканчик.
Все дружно поддержали её, а Люба, отпивая глинтвейн, невольно задумалась: а почему она и правда раньше никому о нём не рассказывала?
— Артём, а ты давно катаешься? — спросил Семён, с интересом глядя на него.
— Да, с детства. Отец меня научил, — ответил он, отхлебнув глинтвейн.
— Круто! А мы с Любой чуть не навернулись на льду, — засмеялась Аня.
— Но ведь не навернулись, — хмыкнул Артём, глядя на Любу.
Она только покачала головой и сделала глоток. Тёплая жидкость приятно согрела изнутри.
— Давно работаете вместе? — поинтересовался Матвей, кивнув на Артёма.
Люба сглотнула и постаралась сказать как можно спокойнее:
— Как я устроилась.
— В одном отделе? — уточнила Оля.
— Почти, — ответил Артём с лёгкой усмешкой.
Любовь почувствовала, как от его взгляда у неё внутри всё переворачивается. Она поспешно отвела глаза и сделала ещё один глоток, надеясь, что тепло напитка скроет румянец на её щеках.
Когда все допили, Ольга, весело хлопнув в ладоши, сразу же повела всех к ярким фотозонам, украшены огоньками и снежными фигурами. Все словно забыли о времени, окружённые атмосферой праздника. Но в момент, когда Люба только собиралась встать рядом с друзьями для фотографии, Тема, как будто почувствовав её взгляд, отвлёкся от своей чашки и встал с места.
— Извините, вынужден вас покинуть, — сказал он, чуть наклоняя голову в сторону Любы. Его голос был ровным, но в нём звучала какая-то скрытая настороженность.
Любовь застыла, не понимая, что происходит. Все остальные тоже остановились, и Анна с явным недоумением взглянула на Артёма.
— А фото на память? — спросила она, её голос был полон весёлой настойчивости. — Мы же не так часто собираемся, ну хотя бы одно фото!
Тема, не улыбаясь, просто покачал головой.
— Извините, дела, — сказал он, уже почти отходя. — Всем пока, Люба, встретимся завтра на работе.
— Было приятно познакомиться, — сказал Семён, чуть кивнув в сторону уходящего Артёма. Мужчины обменялись рукопожатиями с ним, но лицо Артёма оставалось закрытым, даже не излучая той лёгкости, которую обычно приносит такая встреча.
Он ушел, Любовь посмотрела ему в след, на его быстрые шаги, ощущая, как её сердце сжалось. Он уходил, не оглянувшись, не оставив даже шанса на прощание. Это было странно… не то чтобы обидно, но как-то слишком резко.
— Пока, — выдохнула она, когда Артём был уже в нескольких шагах от неё. Она хотела добавить что-то ещё, но слова застряли в горле. Почему ему так важно уйти сейчас?
Оля, заметив, как Люба, молча, смотрит ему вслед, подмигнула ей, но её слова прозвучали с долей понимания.
Когда Тема исчез в толпе, Любовь ещё некоторое время стояла, не в силах отвести взгляд. Её мысли крутились в голове, но ясно было одно: всё это походило на какой-то незавершённый разговор, который она никак не могла начать.
Оля заметила её замешательство и попыталась развеять напряжение.
— Ну что, Лю, давай забудем об этом и сделаем крутое фото, — сказала она с улыбкой, указывая на фотозону, где сверкающий снег ложился на искусственные ели, а огоньки добавляли сказочной атмосферы.
— Да, давайте, — ответила Люба, но её голос был немного отстранённым, не таким радостным, как обычно.
Когда все встали для фотографии, Любовь, как и всегда, старалась улыбаться, но внутри что-то продолжало беспокойно пульсировать.
Они смеялись, обнимались и делали множество фотографий. Оля с радостью позировала, поднимая кружку с глинтвейном, Матвей и Семён весело дурачились на заднем плане, изображая снеговиков, а Аня тянула Любу ближе, чтобы сделать совместное селфи.
— Люба, улыбайся! — весело воскликнула Оля, щёлкая фотоаппаратом. — Это же воспоминания!
Любовь старалась улыбаться, старалась смеяться вместе с друзьями, но внутри неё будто что-то сжималось. Она ловила себя на том, что время от времени украдкой смотрела в сторону, туда, куда ушёл Артём. Где он сейчас? Что за срочные дела у него возникли? Почему ушёл так быстро?
— Ты сегодня какая-то задумчивая, — заметил Семён, подойдя ближе.
— Да нет, всё нормально, — поспешила ответить Люба, натянуто улыбнувшись.
— Ну-ну, — протянул он, явно не веря её словам.
Оля, заметив это, снова взяла инициативу в свои руки.
— Так, давайте ещё одно фото все вместе! Вот так!
Они снова выстроились перед ёлкой, и в этот раз Любовь действительно попыталась отвлечься. Она сделала глубокий вдох, вдохнув аромат хвои и морозного воздуха, и, глядя на друзей, поняла, как тепло ей с ними.
«Зачем я думаю о нём? — мелькнула мысль. — Он ушёл. У него свои дела. А у меня есть моя жизнь».
Она постаралась убедить себя, что вечер всё равно прекрасен, но где-то глубоко внутри всё ещё оставался лёгкий осадок.