Незаменимая

Глава 30

Я не сразу пришла в себя, понадобилось немного времени, чтобы переварить увиденное. Как? Откуда? Почему эта нахалка заняла мою комнату, да еще и вещами не побрезговала?! Всё это не укладывалось в голове, а когда, наконец, нашло свои места, мне вдруг стало ясно, как при свете тысячи свечей: Амалия считала, что никогда больше меня не увидит! Для нее я была уже мертва, и именно поэтому сейчас ей тоже было трудно скрыть удивление. И – негодование. Ее глаза сыпали искрами, однако выдержки ей было не занимать – лицо оставалось расслабленным и приветливым, хоть и удивленным.

- Мисс Иветта, - поспешно заговорил Бёрн у меня за спиной. – Для вас приготовлена более просторная и…

- Не обижайтесь, Бёрн, - сдерживаясь, чтобы не пустить в ход ругательства, на какие только была способна, перебила я дворецкого. - Но я хочу занять свое прежнее место в этом доме.

Амалия ехидно сверкнула глазами. Мол, ничего не выйдет, дорогуша, ты уже безбожно опоздала! Но эта усмешка лишь придала мне сил и как никогда обострила самообладание. Я широко улыбнулась, показывая ей безупречно ровные зубы. И пусть внутри распирало от гнева, наружу не пустила даже пресловутого кашля.

- Прошу прощения, если обидела вас, Иветта, - наивно хлопая глазами, залепетала Амалия. Спектакль разыгрывался, конечно же, не для меня – она не была дурой и понимала, что я не поверю ни единому слову. Зато рядом стояла тетя Верджин, которая при случае могла подтвердить, что бедняжку обвинили напрасно. - Я не знала, что комната была вашей. Ольгерд был так расстроен вашим… бегством. Мне не осталось ничего другого, как утешать его.

- Это благородный поступок с вашей стороны, - поддакнула тетя Верджин, доставая из рукава носовой платок. Она промокнула им глаза, а потом убрала на место. – Милая, стоит ли сердиться? Девушка так старалась нам помочь.

Я едва сдержалась, чтобы не обернуться – неужели, она не увидела фальши? Поверила этой беспринципной нахалке?! Снова зачесались кулаки, но пускать их в дело при свидетелях я не собиралась. Может, позже, где-нибудь в потаенном уголке и подкрашу синим надменное личико. Как делали мы в пансионе – и такое случалось! Заносчивых особ и ябед учили всем классом. Так что какой-никакой, а опыт не только получать, но и давать взбучку имелся.

Отложив синяки на потом, я снова улыбнулась – насколько смогла дружелюбнее.

- Я не сержусь, тетя. Просто хочу получить свою комнату. Ведь теперь я тут, и сама могу утешить своего мужа.

Мне хотелось поставить Амалию на место, и напоминание, что я в этом доме – хозяйка, пришлось как нельзя кстати. Такого поворота Амалия не ожидала – нервно дернула плечом, кривя губы, но тут же спохватилась.

- Конечно. Могу я хотя бы собрать свои вещи?

- Свои? – Я вздернула брови, оглядывая ее наряд. – Конечно! Только, если можно, я бы хотела убедиться, что больше ничего моего вы не прихватили. По ошибке. Не хотелось бы верить, что родственники моего мужа, а значит, и мои - способны на низость. Пусть даже по ошибке.

Тетя дернула меня за рукав – я переходила грань приличной беседы. Что ж, самообладания не хватило мне надолго. Начни Амалия препираться, я бы перешла на более откровенные колкости. Но она лишь фыркнула и спорить не стала.

- Бёрн! – окрикнула Амалия и без того топтавшегося рядом дворецкого. Он вздрогнул и как-то весь вытянулся. – Принесете мои вещи в ту комнату, что приготовили для мисс Иветты…

Похоже, эта мадам уже поднаторела отдавать здесь приказы! Да и бедняга Бёрн, видимо, боялся не Эдуарда Партенна, а эту девицу. Вот только терпеть такое я не собиралась.

- Бёрн, - перебила мягким тоном, с упоением наблюдая, как лицо Амалии заливается красной краской. – У нас свободна хотя бы одна гостевая комната?

Он заметался глазами от меня к ней, закряхтел. Да что такое с ним сделала Амалия, что рассудительный и строгий дворецкий боялся ее ослушаться?!

- Конечно, мисс… - ответил он, наконец, через силу. Его лоб покрылся потом, а плечи упали, будто горб вырос на спине.

- Вот и отлично! – я чуть ли не в ладоши хлопнула от ловкой шутки. - Проводите мисс Амалию туда.

Не знаю, что бы вышло, если бы рядом не было тети Верджин. Может, Амалия и разразилась бы гневными криками – ее лицо приближалось по цвету к помидорному, а скулы ходили ходуном. Похоже, ее выдержка тоже дала слабину, зато я успокоилась, подхватила тетю под локоть и приблизилась к дверному проему. Останавливаться я не собиралась. Не сдвинься Амалия с места, смела бы ее, как паровоз картонку! Но она гордо выступила вперед, пропуская меня и охавшую тетю Верджин.

Амалия еще стояла у двери – насупившаяся, с колким взглядом прищуренных глаз. Но составлять ей компанию я не собиралась – преспокойно захлопнула дверь перед носом. Только теперь силы оставили меня, затряслись руки и сердце бешенным волком гналось за кем-то в груди. Тяжело задышав, я прислонилась к стене спиной.

- Иветта!

Я вздрогнула. Совсем позабыла, что осталась не одна. Судя по тону тети, сейчас она разразиться отповедью – голос звенел, будто тетя Верджин натянула тетиву у лука и готова была ее спустить. Похоже, сейчас и она ранит меня… Я зажмурилась, выдохнула.