Незаменимый паж для дракона грозы

Глава 13. Инвентаризация

— Врет он все! — открещивается Скам, даже руки поднимает. — Я лишь придерживал, чтобы он не свалился. Наездник из парня так себе. Не понимаю, что ему пришло в голову. И вообще, мне за дровами пора.

И скрывается в зарослях.

Я пожимаю плечами.

— И все же, я хотел бы провести гигиенические процедуры один, — обращаюсь к Рэйдану, как к самому главному.

— Что провести? — он непонимающе смотрит на меня, а я мысленно даю себе подзатыльник. Надо же было влезть в новый мир с современными словечками. Так я себя быстро раскрою.

— Помыться.

Рэйдан хмурится, сурово осматривает прислушивающихся к разговору спутников, но едва они ловят его взгляд, как сразу же делают вид, что полностью поглощены своими занятиями.

— Хорошо, иди один, но далеко не отходи, — нехотя разрешает он.

Неужели сработало?!

Не желая больше искушать судьбу, я хватаю ноги в руки и бегу к ближайшим кустам, в сторону, противоположную той, куда ушли за дровами.

Оглядываюсь, чтобы убедиться в отсутствии соглядатаев — к счастью, желающих наблюдать за мной не нашлось, или это Рэйдан осадил особенно ретивых и недоверчивых.

Забиваюсь глубже в кусты, чтобы даже самый отчаянный и любопытный меня не увидел и торопливо сбрасываю одежду.

Что могу, здесь же застирываю, развешиваю на ветках, после чего и сама вхожу в обжигающе-холодную воду.

Бр-р-р! Ну почему меня угораздило попасть именно сюда, а не на какой-нибудь тропический остров с теплым морем?

И голодными аборигенами-людоедами, — ехидно дополняет внутренний голос.

Вот же ж! Нигде от этой язвы не укрыться, даже сюда пробрался, несмотря на то, что тело, а соответственно и голова, чужие.

От себя не убежишь, детка, — глубокомысленно замечает он.

Я же только закатываю глаза — видимо, никуда не деться от своей ручной шизофрении.

Где-то на задворках сознания слышится довольное кхеканье, но вскоре его заглушает перестук моих зубов.

Еще заболеть не хватало!

У меня вообще с болезнями отношения складываются сложно. Болею я редко, но, как говорится, метко. С температурой под сорок, судорогами, потерей голоса и прочими прелестями. Врачи говорили, что у меня высокая сопротивляемость, отсюда и острое течение болезней, но мне от этого как-то не легче.

Пока, ритмично отстукивая зубами бодренькую мелодию, плескаюсь в ледяной зеленоватой воде, получаю возможность осмотреть еще и себя.

Доставшееся мне тело не поражает пышными формами. Небольшая, но хотя бы красивой формы и высокая грудь, худые руки и ноги, узковатые на мой вкус бедра — ничего удивительного, что легко сошла за мальчишку — и еще более узкая талия. В моем мире с таким строением девушка имела бы успех в модельном бизнесе, вот только рост... мелковата она, то есть, теперь уже я, для модели.

Мелкая, худенькая — во что она ввязалась и на что надеялась? Может у нее-меня какие-то тайные и могущественные способности?

Эх! Было бы неплохо. Но тогда вряд ли владелица тела убегала бы, переодевшись мальчишкой.

Что же, надежды на скрытую суперсилу придется оставить и работать с тем, что есть?

А что у меня есть?