Незаметная мисс Валент (дилогия. Том 1)

Глава 3

Завтрак, накрытый в большой столовой со старомодной мебелью ушедшего века, как обычно, проходил звонко и громко: миссис Валент с упоением делилась со своими домочадцами подробностями о вчерашнем бале несмотря на то, что лишь двое из семейства не видели происходящего своими глазами – мисс Луиза Валент, девочка двенадцати лет, и младший член семьи – Эдмунд, которому несколько дней назад исполнилось восемь лет. Луиза – белокожая, золотоволосая и голубоглазая, с восхищением слушала рассказ матери и мечтала о том, чтобы поскорее настал день ее дебюта. Эдмунда, напротив, мало интересовали балы и танцы – его мечтой было служить королю и Англии, и единственными темами, занимательными для наследника Валентов, были войны, военная история и имперская армия. Луиза уже видела себя, одетой в роскошное бальное платье и танцующей с молодым красивым джентльменом, непременно с титулом, а Эдмунд, в своих мыслях, сидел на своем резвом военном коне и вел в бой своих верных солдат. И только старшая мисс Валент, Хелен, не мечтала ни о балах, ни о военной славе. Единственным, о чем она думала, и о чем молила в своих молитвах Создателя – было жить спокойной и монотонной жизнью, которую отняло у нее совершеннолетие.

С тех пор, как Хелен исполнилось восемнадцать, Валенты готовились к дорогостоящему лондонскому сезону следующего года, а также готовили старшую дочь к мысли, что ей необходимо будет выйти замуж и покинуть родное гнездо. «Такова судьба всех девушек твоего возраста. Ты уже не дитя, а девица на выданье, готовая к рождению своих собственных детей,» – прямо поведала миссис Валент Хелен в день восемнадцатилетия последней, что весьма обескуражило девушку и ввергло ее в смятение. Хелен всегда знала, что однажды ей придется стать чьей-то супругой, но не была готова к тому, что это «однажды» придет так скоро и неотвратимо.

– О, Хелен, вчера ты была такой красивой в твоем новом синем платье! – вдруг тепло сказала Луиза и протянула сестре ладонь. – Ты затмила собой всех остальных девиц, я уверена в этом!

Хелен мягко улыбнулась и взяла ладонь любимой сестры в свою.

«Как бы я мечтала, чтобы моя кожа была такой же фарфорово-белоснежной, как твоя, моя Луиза» – печально подумала Хелен, бросив быстрый взгляд на ладонь сестры – такую белую и деликатную. Какой контраст! Как такое возможно, чтобы родные сестры были так непохожи друг на друга? Как день и ночь. Как истинная английская леди и грубая крестьянка.

– На балу было много прекрасных мисс. Все в самых лучших платьях, все покрытые драгоценностями, а кто-то даже перьями, – спокойно ответила она сестре.

– Разве перья еще не вышли из моды? – поморщила носик Луиза. – Но был ли там мистер Энтони Крэнфорд? Наша мать уверяет меня, что он самый достойный и красивый джентльмен во всем Лондоне!

– Конечно, он был, моя дорогая! Но он так быстро уехал! Говорят, он сослался на головную боль, – вступила в разговор своих дочерей миссис Валент. – Хелен, а ты ни разу не танцевала.

– У меня не было желания, матушка, – бросила Хелен, отпустила ладонь сестры и вновь принялась за свой завтрак, следя за тем, чтобы длинные рукава ее утреннего платья не касались стола. Она знала, что получит выговор за свою скромность, но не могла переступить через себя и пойти танцевать… Да и с кем бы она танцевала? За весь бал ни один присутствующий там джентльмен, не считая ее отца, не искал ее позволения пригласить ее на танец.

– Мистер Крэнфорд был бы просто блистательной партией, – словно не замечая угнетенного настроения старшей дочери, продолжила выговор миссис Валент. – Сын графа! Имеет довольно приличный годовой доход, строен, красив…

– И недоступен, – прервал речь супруги мистер Валент. – Моя дорогая, вы, кажется, позабыли правду о том, что сын графа с приличным годовым доходом никогда не женится на девице не своего круга.

– Мы ничем не хуже Крэнфордов. Знаете ли вы, что его дед со стороны матери не имел титула, а лишь огромное богатство? – усмехнулась на это миссис Валент. В отличие от дочери, на балах она не теряла времени и успешно собирала известия о лондонских аристократах. – А ее племянница? Вышла замуж за простолюдина! И как только она позволила свершиться этому браку?

– Уж лучше монастырь или клеймо старой девы, чем неравный брак! – с чувством воскликнула Луиза. – Ведь, правда, Хелен? Выйти замуж за простолюдина, хоть и богатого – что за мерзость!

– Мерзость, что ни есть, – с готовностью подтвердила Хелен, не поднимая взгляда от своей тарелки.

– Никто из моих детей никогда не падет до такого брака! Мы с вашим отцом не позволим такого позора. Ну, а если вы, не приведи Господь, влюбитесь и вступите в неравный брак, предупреждаю: ваши родители не пожелают вас знать, – тихо, но очень решительно заявила миссис Валент. Дочь сквайра, не знавшая бедности или страданий, она не видела для себя более несчастливого и позорного происшествия, как брак с представителем среднего класса, пусть и богатым. Поэтому миссис Уингтон она презирала и считала «падшей».

Мистер Валент не принимал участия в этой дискуссии: он глубоко задумался о том, сколько средств ему пришлось потратить на пребывание его семейства в Лондоне. Потратить безрезультатно: Хелен не удалось привлечь к себе ни одного поклонника. Дорогой, новый гардероб для супруги, Хелен и его самого, украшения и аксессуары, наемная карета, этот дом, эта расторопная прислуга – все это деньги, выброшенные впустую. Собираясь в Лондон и везя туда свою старшую дочь, он не имел надежд на то, что ее руки попросят сразу же после ее дебюта, но и такой холодности к ней общества не ожидал тоже. Кто-то из аристократов даже позволял себе недостойные, низкие фразы, которые, к несчастью, от Хелен скрыть не удалось. Что чувствует его дочь? Возможно, оттого она и прячется ото всех, чтобы защититься от этого непонимания и холодности? Этого мистер Валент не знал, но надеялся, что Хелен встретит того, чье сердце будет растоплено ее нетипичной для чопорной Англии красотой.