Независимо от бури и солнечного света, я буду ждать тебя.

8 Сумасшедший молодежный хостел

Сидя на обочине оживленной дороги, я чувствовал, что только сигарета может спасти меня от одиночества и растерянности в этом городе. Я знал, что не стоит использовать такое негативное слово, как «растерянность», чтобы описать свое настроение в этот момент, но когда ты смотришь на тысячи огней и не видишь ни одного, который принадлежал бы тебе, твое сердце непременно порождает много неконтролируемых отрицательных эмоций. Но это не значит, что я разочарован в этом городе, я просто хотел бы иметь с кем поговорить сейчас.

Еще через десять минут передо мной остановился мопед без номеров. На нем сидел мужчина с грязными косичками, в шортах и шлепанцах. Он закурил сигарету и свысока спросил меня: «Ты заказал кровать в нашем хостеле через интернет?»

Я поспешно встал и спросил: «Ты из хостела Фэнрэньюань?»

«Да, я хозяин хостела, зови меня Тиен Нан.»

«Тиен Нан?»

Он улыбнулся и объяснил: «В этом месте Дали мало кто пользуется настоящим именем. Те, кто приезжают сюда, все хотят забыть что-то. Имя — это самое дешевое из того, что можно забыть. Поэтому все так и делают».

Слова Железного Мужика укололи меня, так что я только через некоторое молчание ответил: «Привет, зови меня Майкл».

Тиен Нан похлопал меня по плечу и сказал: «Не нужно приносить сюда вежливость большого города. Мы все очень непринужденные, не любим слова типа привет или спасибо».

…

Тиен Нан повез меня через несколько темных переулков и наконец довез до своего хостела. Что меня удивило, так это то, что в хостеле было темно и тихо, совсем не похоже на работающее заведение.

Тиен Нан открывал железные ворота и говорил мне: «Сейчас проводят санитарную обработку озера Эрьхай, все близлежащие хостелы и отели закрыты на ремонт. Нам отключили воду и электричество, поэтому ты — последний гость в моем хостеле».

«Без воды и электричества можно обеспечить нормальную жизнь?»

Ничего страшного, я уже оттянул соседнюю трубу и провод от соседнего фермера, так что основные потребности в жизни обеспечены… Но после 8 часов лучше не включать свет, боюсь, что кто-то придет проверить".

Я улыбнулся и ответил: “Не удивительно, что ваша гостиница такая дешевая!”

“Да уж, 15 юаней в день, этот ценник, не хочу вам врать, в истории гостиниц Дали такого не было никогда… Такое позорное дело, только я могу сделать”.

Железный мужчина повел меня в гостиницу, открыл одну из комнат и спросил меня: “Вы курите?”

Я не очень понял, зачем он так спрашивает, и очень осторожно ответил: “Иногда курю”.

“Если курите, то живите со мной в одной комнате”.

“Нет проблем… Кстати, я вижу, что в этой комнате много кроватей, кроме нас двоих тут еще кто-то живет?”

“Еще один парень, который поет в баре, мы все зовем его режиссер Ма, он уже живет в этой комнате полгода, но тебе придется потерпеть его немного, потому что его ноги ужасно воняют!”

Железный мужчина сказал и включил маленький настольный светильник, который едва освещал комнату, потом помог мне уложить багаж в шкаф и сказал мне: “Беспроводной интернет в этой комнате тоже подключен от соседей, когда сигнал плохой, ты можешь забраться на верхнюю полку, там будет две полоски”.

Это все не было для меня слишком важным, но я все же пошутил: “Жить у тебя надо иметь хорошую психику, а то не выдержать!”

“Дешево же”.

“Да уж, можно купить больше пачек сигарет”.

…

Когда он меня устроил, Железный мужчина ушел. Он сказал, что он пил с друзьями на Ренминь лу и ушел посреди пьянки меня встречать, так что ему надо вернуться и допить с парнями.

Когда он ушел, вся гостиница казалась бездыханной. Я думаю, этот парень тоже не осмеливается противостоять политике, поэтому после того, как большая часть гостиниц закрылась на ремонт, он принял только меня и режиссера Ма как долгосрочных клиентов. Я не знаю, сколько еще режиссер Ма будет жить здесь. В любом случае я заплатил ему за два месяца.

Мне не мешает неудобство, что здесь вода и электричество зависят от других, даже немного нравится, потому что это дает мне много тихого пространства для размышлений, как в детстве, когда все было неразвито, но редко было несчастье и одиночество.

Однако обувь, которую оставил Ма-руководитель, была слишком вонючей, так что я не мог отдохнуть в комнате, не говоря уже о еде. …… После того, как я запечатал обувь Ма-руководителя в пакет для быстрого питания, я наконец почувствовал аппетит и съел миску лапши, а затем лег на кровать и смотрел на мерцающее звездное небо в окне на крыше. Но в моем сердце была большая пустота. Только когда я зажег сигарету, я нашел чувство жизни. Я привычно взял телефон и, кроме официального сообщения "Добро пожаловать в Дали", никто больше не интересовался мной. Я очень хотел с кем-то поговорить и нашел последнее сообщение, которое я отправил Ван Лэй. Она спросила меня: ты уже решил, когда поедешь в Дали; я ответил: думаю об этом... В этот момент я нахожусь в какой-то маленькой гостинице в Дали, а она уже никогда не будет. Как же я не буду переполнен чувствами?

Я очень сильно скучаю по ней, хочу снова выпить с ней несколько рюмок в каком-нибудь маленьком баре, слушать, как она на своем сычуанском диалекте жалуется на тех гостей, которые не уважают ее. Но она как цветок, который отцвел, даже если снова прорастет, то только на том берегу, который я никогда не увижу.

Я очень сильно скучаю по ней, хочу снова выпить с ней несколько рюмок в каком-нибудь маленьком баре, слушать, как она на своем сычуанском диалекте жалуется на тех гостей, которые не уважают ее. Но она как цветок, который отцвел, даже если снова прорастет, то только на том берегу, который я никогда не увижу.

В тусклом свете и шуме прибоя я потратил все время на гипотезы. Если бы Ван Лэй не умерла, я бы по ее желанию открыл в Дали прибыльный отель, а потом через несколько лет перевез бы и ее сюда, и мы бы вместе управляли отелем как нашим домом. Не было бы это прекрасным?