Неземное притяжение

Глава 1

Нет. Не влезаю!

Как ни стараюсь! Ну то есть технически застегнуть молнию всё-таки можно. Но боюсь, она разойдётся. Да и тело из платья местами вываливается и свисает весьма неприглядно.

Закрываю лицо руками, стараясь не разреветься. До свадьбы двадцать один день, а я в собственном свадебном платье выгляжу, как зефирка. Или сарделька.

Кручусь у зеркала, рассматривая себя со всех сторон. Да, в этом наряде я определённо напоминаю упакованную в фольгу сарделечку. Красивую, аппетитную, расшитую бабушкиным жемчугом, но всё же сарделечку.

И чего делать? Можно, конечно, втянуть живот и попросить подружку невесты затянуть молнию пассатижами. Но как потом не дышать несколько часов?

— Ульяна, ты прекрасна, — врёт мама по видеосвязи, пока я кручусь перед зеркалом, пытаясь уговорить своё отражение похудеть силой мысли.

Отражение посылает меня куда подальше и тянется за круассаном.

— Мам, у меня тут бока свисают, как спасательные шлюпки с круизного лайнера, — говорю я, зажимая пальцами складку на талии.

— Очень женственно. Дима любит твои формы.

Дима-то любит. Называет меня «своей пышкой» и целует в плечо. Но одно дело быть пышкой в пижаме, и совсем другое — идти к алтарю в платье, которое шили на маму, когда она была тростинкой после той дурацкой диеты на ламинарии. Я ту ламинарию в глаза не видела, а она всё равно портит мне жизнь тридцать лет спустя.

— Мам, пока!

Сворачиваю голограмму, не дожидаясь ответа. На свадьбе посмотрит. И ой как удивится! Потому что из её тростиночного платья на неё будет глядеть не Уля-сарделька, а настоящая модель на три размера меньше. По крайней мере, так обещает слоган с того рекламного буклета: «Стать на три размера меньше за три недели в “Гармонии-7”!».

Пару секунд разглядываю рекламку, что дали на входе в ТЦ «Галактика-Молл». Затем хватаю планшет, открываю сайт «Гармонии» и читаю их предложение: «Нет времени худеть за год? Похудей за 21 день. ВИП-программа в центре “Гармония-7”. Луна-парк, сектор Альтаир».

Решено! Записываюсь в «Гармонию-7»! А деньги? Ну у них есть рассрочка. А на свадьбу всё равно что-то подарят. Так что пора собирать вещи — отправление завтра. А Диме с мамой ничего не скажу: сюрприз будет!

На следующее утро навигатор гравилёта глючит всю дорогу. Луна-парк — место для богатых, но транспортная система там так себе. Пассажирские челноки ходят по расписанию, однако этот конкретный, судя по грохоту обшивки, собрали на коленке в прошлом веке. Меня трясёт так, что я проклинаю и круассаны, и бабушкин жемчуг.

— Мы прибываем на посадочную площадку «Гарнизон-7», — хрипит автопилот. — Температура за бортом регулируется. Приятного дня и спасибо, что выбрали гражданские линии «Трясогузка».

«Гарнизон»? Я напрягаюсь. Мой санаторий называется «Гармония». Но у этих корпораций вечно креативные названия, решаю я. Может, фишка такая — милитари-шик. Тренеры в камуфляже. Вместо смузи — протеиновые коктейли. Вместо массажа — марш-бросок. Зато эффективно.

Выгружаюсь из челнока и понимаю, что с фишкой я угадала. Тренеры тут и правда расхаживают в камуфляже.

Передо мной возвышается серое здание без окон. Никаких тебе пальм, никакой расслабляющей музыки из динамиков. Только колючая проволока по периметру, шлагбаум и табличка на трёх языках: «Въезд только по пропускам. Гражданским лицам — в карантинный отсек». Это меня, получается, в карантин? Оригинально.

Шлагбаум поднимается автоматически. Меня пропускают, даже документов не спрашивают — сканер на входе сам считывает биометрию и тут же заносит меня в список «ожидаемого персонала». Ну ладно, значит понял, что я оплатила программу ВИП.

В холле пахнет как-то странно. Как будто машинное масло разлили. Пол натёрт до блеска, а кругом больничная стерильность. За стойкой сидит парень в серой униформе и лениво ковыряется в голограмме.

— Здравствуйте! Я на программу «21 день», — чеканю я, пытаясь придать голосу уверенности. — Ульяна Сокол. Оплачено заранее.

Парень поднимает глаза. Пробегается взглядом по моей фигуре и почему-то присвистывает.

— Ничего себе. А в рекламе ты постройнее выглядишь. Ну да, понимаю, с современными технологиями тело подправить не составляет особого труда. ИИ пририсовал другие формы.

Он уверенно кивает. А я моргаю.

— В рекламе?

— Ну да, — он тычет пальцем в стену за моей спиной. — Мне особенно понравилась фотосессия с новой коллекцией белья. А для мужчин у вас есть модели? Мне бы с усиленной бронезащитой. Не такой?

— Я не… не знаю насчёт мужского белья, — бормочу растерянно, так и не улавливая, к чему он клонит.

— Да уж, любите вы, модели, покушать на гражданке. Чего вернуться решила? По десанту заскучала?

Я наконец догадываюсь обернуться.

На стене — огромный плакат. Девушка в облегающем тактическом костюме стоит в крутой позе и держит в руках бластер. Взгляд — как у голодной львицы, которая только что сожрала врага и не прочь добавки. Знакомое чувство, у меня оно каждое утро.

И тут взгляд падает на лицо и замирает. Потому что оно… моё. Моё лицо! У девушки с плаката.

Ну то есть, не совсем, конечно. Если присмотреться, можно заметить, что глаза у неё чуть более раскосые, скулы острее, а подбородков ровно в два раза меньше. И то правда — у меня-то их два, а у неё один, гордый и острый.

Я бы и сама поверила, что это я. Если бы не одно: она стройнее. Размера на три.

— Это не я, — говорю я, всё ещё глядя на плакат. — Это какая-то модель.

Парень за стойкой ржёт.

— Ну да, конечно. А я — император Андромеды. Расслабься, Астра, мы твой маленький пухленький секрет не выдадим.

— Астра? — переспрашиваю я одними губами.

— Астра Сигал. Твой псевдоним, — парень уже не улыбается. Смотрит на меня, как на идиотку. — Регистрацию ты проходила четыре года назад. Контракт на резервную службу подписала. Вот и сейчас тебя сканер по биометрии считал. Говорят, после ваших гламурных тусовок память отшибает. Но не до такой же степени, чтобы своё военное прошлое не помнить.