Нежданный папа для двойняшек

Глава 1

Глава 1

Восемь лет назад…

- У тебя сегодня во сколько заканчивается репетиция?

- Как обычно, планирую до восьми. Буду поздно, - она поправляет лямки рюкзака и лучезарно улыбается. В такие моменты она напоминает мне маму. Светлую, юную и самую родную. Сложно осознавать, что кроме Лики, моей зеленоглазой, младшей сестренки у меня больше никого нет.

Один как в поле воин, поэтому я всегда за нее волнуюсь. А она волнуется за меня, потому что думает точно также.

- Тогда я приготовлю ужин и буду тебя ждать.

- Не нужно, - ее миловидное лицо, которое усыпано едва заметными веснушками в один миг грустнеет. – Я хочу поехать к Артуру. Приеду утром, - легко произносит и заправляет свои огненно-рыжие волосы за уши.

- Не нравится мне твой Артур, хотя бы потому, что он намного старше тебя, - говорю со всей строгостью в голове. - Мама с папой этого точно не одобрили.

- Только не нужно вмешивать сюда родителей! – резко отвечает и на этой острой ноте мы прощаемся.

Она уходит уверенной походкой, а я продолжаю стоять в центре нашего двора, вдыхая прохладный, утренний воздух и смотреть ей вслед. Как же ты быстро выросла сестренка, как же стремительно летит время.

Мне хочется ее остановить. Да, Лика уже выросла и вполне имеет право на свою, взрослую жизнь, но мне так хочется оградить ее от всех проблем. Но я не права в том, что напомнила ей о них. Ведь мы стараемся не поднимать эту тему, хотя бы по той самой причине, что она видела… Видела, как они разбились под куполом цирка.

Ей было тогда шесть, мне десять, но я помню, когда нас привезли в детский дом, она перестала говорить. Совсем. Молчала, ночами плакала, хранила фотографию родителей под подушкой. Работа с психологами, дальше спецшкола из которой она сбегала при первой возможности. Прибегала в цирк пряталась в старом деревянном сундуке с металлическими оковами, который в итоге стал моим реквизитом, а теперь возможно, станет и ее.

И не смотря на трагедию, которая произошла – моя сестра Лика готова отдать жизнь цирку. Но она только пока учится. После школы сразу поступила в училище циркового и эстрадного искусства, а до этого, как и я занималась художественной гимнастикой. На Лику, как на спортсменку возлагали большие надежды, а она сразу сказала, что уйдет работать в цирк, как мама с папой, как и я. «Это наше семейное дело», - говорила она, когда ее приглашали на международные соревнования.

Нас с Ликой называли «опилочными детьми», потому что мы практически выросли за кулисами цирка, пошли по династии родителей. И наверное, ответ на вопрос: почему я всегда мечтала работать в цирке - отпадал сам собой.

- Алиса! Где тебя черти носят? – слышу я грозный голос Игнатьева. - Ты почему опаздываешь?

Игнатьев Леонид Прокофьевич – шпрехшталмейстер. Не знаю, сколько лет он работает в цирке, скорей всего об этом никто не знает. Но выглядит он для своих лет отлично. Возможно, потому что носит парик, подкрашивает свои закрученные усы, а еще хорошо умеет гримироваться.

- Извините, я не хотела.

- У нас представление! А ты не хотела! Давай марш переодеваться.

Я бегу, по дороге глажу Вильмонта, при виде меня он виляет своим пушистым хвостом.

- Прости мой четвероногий друг, но перед представлением мне запретили давать тебе угощения.

Вильмонт - на половину волк, на половину собака. У него разного цвета глаза. Один карий, другой – голубой. Но на самом деле, он очень дружелюбный. Удивительно, но он любит картошку в мундирах со сливочным маслом и яйца вкрутую.

Я быстро переодеваюсь. Мой костюм – обтягивающий, блестящий, ярко-синий, почти ультрамариновый. Удобное трико со вставками, самое главное, не скользящий.

И алый манеж кипит своей жизнью. Овации оглушают, когда я снова появляюсь за кулисами. Вот заканчивается номер Джона – дрессировщика тигров. Однажды тигр расцарапал ему грудь так, что он долго лежал в реанимации, его чудом спасли, но все равно вернулся на сцену.

Объявляют мой номер.

Перед выходом, покачиваюсь на мысочках. Последняя разминка перед полетом.

- Внимание! Внимание! Только сейчас! Смертельный номер под куполом!

Зрители, аплодисменты, томный свет и эйфория в каждой минуте перед выступлением. Я всегда так волнуюсь.

И земля снова уходит из-под ног, вращается вселенная, когда я обхватываю руками воздушные полотна и стремительно поднимаюсь все выше и выше, вверх, к самому куполу.

Загораются прожекторы, играет музыка, композицию «Жить», выбирала не я, но мне кажется сейчас, в этот миг, это та самая музыка, которая нужна мне, которая подталкивает, с которой я парю, как птица в бескрайнем небе, улетающая на юг.

Я все делаю не спеша. Мне некуда спешить, номер отрепетирован до мельчайшей детали. Высота десять-одиннадцать метров. Медленно… Медленно… Балансирую под куполом цирка, расправляя руки, прогибая спину, после обматываю ткань вокруг своей оси и замираю.

Яркая вспышка света, мерцание, обрыв. Кульбит, вис вниз головой и снова обрыв. Я быстро лечу вниз, ткань раскручивается… Вот он мой свободный полет. Когда глотаю воздух ртом и чувствую, как колотится мое сердце. А затем еще кувырок и контролируемое падение.