Нежданный сын для авторитета

Глава 10

Диана.

Три дня спустя.

— Сашенька, а ну-ка скажи: тё-тя Ве-ра, — из коридора слышится голос сестры, — нет, перестань облизывать мои кроссовки.

Я бросаю расческу на столик и шагаю к ним. Застаю сидящую на корточках Веру и сына, плюхнувшегося возле придверного коврика.

— Вера, я же попросила приглядеть за Сашуликом! — возмутившись, беру сына на руки.

Малыш смеется, ёрзает.

— А я что делаю? Саша познает окружающий мир, — сестра тоже встает, машинально отряхивая колени.

— Суя в рот грязную обувь?

— Он не успел, это я преувеличила. Да и к тому же в таком возрасте у детей не бывает глистов.

— Да что ты говоришь! Вот родишь своих, на них и экспериментируй! — выпаливаю и тут же прикусываю язык, вспоминая о некоторых проблемах в здоровье сестры. — Прости меня, пожалуйста, Вер, я не нарочно. Вякнула на эмоциях.

Вера понимает, что не со зла, и даже натягивает подобие улыбки.

— Ничего, — поднимает руки, чтобы я передала ей Сашу, — спускайся за пиццей и не волнуйся. Мы с племянничком будем ждать тебя в стерильной спальне. И да, Диана, не забывай, что я тебе говорила: ты можешь контролировать свою грусть. Хочешь победить плохое настроение? Начинай улыбаться, шутить. Даже сама с собой, а лучше — с людьми!

Вера скрывается за дверью.

Накидываю на плечи кардиган и выхожу из дома.

Погода не радует, прохладно, ветрище воет, раздувая мои незаплетенные волосы в причудливую икебану или гнездо.

С обратной стороны многоэтажки захожу в пиццерию, в которой минут двадцать назад сделала заказ по телефону. Внутри витает аппетитный аромат, во рту скапливается слюна. Подхожу к окошечку.

— Что могу вам предложить? — спрашивает сотрудник и за козырек поправляет свою красную кепку.

— Нормального мужа, — пытаюсь следовать совету Веры.

— Эм…

Любуюсь каменной физиономией парня.

— Смешно? Не смешно? — интересуюсь, а тот лишь хмурится. — Понятно… — с досадой вынимаю из кармана карточку. — Не берите в голову. Большую «Маргариту» заказывала, будьте добры.

Я когда-то делилась принципом: чем дальше от бывшего, тем жизнь становится лучше. И нисколечко в нем не усомнилась до сих пор. Однако уже согласилась на проведение теста ДНК.

Получив положительный результат, Ветров наверняка вторгнется и надолго поселится в нашей с Сашуликом жизни. А я не знаю точно, к добру ли это. От того и мучаюсь, тревогу испытываю, грущу, потому что не представляю, чего ждать в будущем. Андрей вроде меняется, но надолго ли его хватит?

Хочу и в то же время не хочу с ним мириться, опираясь на прошлый неудачный опыт.

Я согласилась на сдачу анализа, ведь мечтала избавиться от этой тайны, чтобы Андрей перестал смотреть на Сашулика пренебрежительно, как на чужого. Думала утереть нос бывшему, а заодно избавиться от камня на сердце. И вот теперь сомневаюсь в правильности решения. Я во всем сомневаюсь, но любые действа, касающиеся сына, гложут особенно.

Расплачиваюсь за пиццу, беру теплую коробку и разворачиваюсь к выходу, но от неожиданности вздрагиваю.

Натыкаюсь взглядом на алую розу, ее держит мужская рука. Дальше широкая грудь, облаченная в черную рубашку.

Поднимаю голову.

Андрей смотрит на меня сверху вниз. Он подошел слишком тихо и близко, так что я немножко растерялась. И вообще я с растрепанной прической и в домашних трениках.

— Как всегда, обворожительна, Диана, — протягивает розу.

— Спасибо, — принимаю ее, но от знака внимания не таю. Опять же сомневаюсь: — Обворожительна? Андрей, у меня на штанах орнамент с мышами. Если судить по твоему отношению к моей одежде, ты бы в первые минуты сдернул их с меня и сжег. Это не платье от кутюр.

— Страстно полюбил мышей…. с недавних пор. — Режущий взгляд от поблекших треников все же отводит и смотрит мне в лицо. — Я приготовил сюрприз. Он приятный, слово даю.

— Да? Ты не сказал заранее. У меня в гостях Вера, но она скоро уходит. Если и поеду оценивать сюрприз, то с Сашуликом.

— Вдвойне буду рад.

Хм…

— Хорошо, — киваю и поднимаю руку, в которой держу коробку, — попьем все вместе чай и двинемся в дорогу.

Андрей открывает для меня дверь и пропускает вперед. На улице забирает пиццу и несет до подъезда.

— Я с Верой очень хотел поговорить.

И тут я настораживаюсь, так и не достав из кармана ключи.

— Зачем?

— Несколько дней назад я застал твою полоумную сестрицу в ломбарде Борна. Она пыталась заключить с ним сделку.

За секунду меня с ног до головы захлестывает волной дикого, просто мертвецкого холода, а потом резко бросает в жар, как из котла преисподней.

Я тоже отчасти знаю Борна, ведь была замужем за Ветровым. На дух не переношу корыстолюбивого владельца ломбарда, с ним всегда нужно быть начеку, иначе обманет, и потом не расплатишься. Кажется, моя младшая сестра сбрендила.

И я злюсь и вместе с тем испытываю за нее сильнейший страх.

— Успела заключить? — шепчу и дрожу.

— Нет, не успела. Вовремя ее спугнул.

Выдыхаю ртом и, наконец, открываю подъезд.

— Уф… Поговори с ней, Андрей, да так, чтобы у Веры из головы вылетела эта убийственная затея.

— Пообщаюсь на повышенных тонах, не обессудь. Несколько минут подождете с ребенком вне квартиры?

— Пусть будет так.

Я отмыкаю дверь.

Вера с нетерпением ждала меня с вкусной пиццей, но никак не в компании Ветрова. Оторопев в проеме между спальней и коридором, хлопает ресницами.

— Сестренка, — нехотя предупреждаю, — Андрею Вячеславовичу нужно с тобой поговорить…

Не снимая обувь, быстро прохожу в спальню, забираю Сашулю и вылетаю в подъезд. Когда закрываю дверь, раздается строгий тон Ветрова:

— Вера, ты прямое доказательство того, что человек способен жить без мозгов! Как вообще ты могла додуматься предложить Борну сделку?!

Я дальше не слушаю. Сердце болит за сестру, на глазах проступают слезы. При других обстоятельствах не позволила бы, защитила Веру. К сожалению, эта ситуация исключительна.