Нежеланная

Глава V

Утро нового дня встретило меня серостью неба, открывавшегося из окна. Голова мелко пульсировала и всё казалось таким нереалистичным, но затем мне на глаза попалась огненная прядка волос и события минувшей ночи пролетели перед глазами бешеной вереницей.

Я находился в комнате Янины. Бессовестно спал на её подушках, а сама она скатилась чуть ниже, и лежала ближе к краю постели, вытянув одну руку вперёд.

Я осторожно сполз с кровати и спустился босыми ступнями на пол. Сегодня нам с ней предстоит тяжёлый день, так что пускай она пока отдохнёт, а я, пожалуй, приготовлю для нас завтрак.

Янина спустилась на кухню через час, после меня. Ни живая, ни мёртвая она всё же держалась лучше, чем в предыдущие дни. Может отдохнула за короткие часы сна, а может ей помогло выговориться. В любом случае я был рад её видеть, о чём и сообщил.

- Нужно будет поехать туда,- произнесла она, усаживаясь за стол и протягивая руку к парующей кружке кофе.

- Да,- ответил я безрадостно,- Служба назначена на десять. Мы будем ко времени там.

Янина приоткрыла губы, будто бы собираясь мне что-то сказать, но потом передумала. Она молча пила кофе, рассеянным взглядом уперевшись в столешницу, а я краем глаза наблюдал за ней.

Сегодня для неё будет очень тяжёлый день, да и для меня в общем-то.

Собрались мы с ней довольно быстро, спокойно доехали до назначенного места, и стояли бесплотными оболочками, наблюдая, как маленький гроб засыпают землёй. Янина в какой-то момент задрожала, и точно не от налетевшего промозглого ветра. Я обнял её, прижимая к себе. Самому-то было тошно здесь находиться. Ну неправильно это - детей хоронить, да ещё едва появившихся на свет.

Мой племянник. Нет, будь Игорь жив, он бы ни за что не позволил бы нам с ним общаться, а вот выживи этот мальчик, думаю Янина разрешила бы мне забирать его с собой на выходные в походы в лес. Я бы научил его кататься на лыжах и велосипеде, отличать листья ясеня от липы и каштана, определять стороны света по звёздам, да и много ещё чего полезного для ребёнка, чего сам не получал от скупого на любовь и заботу отца.

Этот мальчик смог бы увидеть во мне пример наставника и любящего родственника, а я в нём надежду, что что-то хорошее могло появиться от моего несчастного братца.

Но, увы, этому не суждено было сбыться.

Когда мы с Яной остались одни у свежей могилы, я аккуратно достал небольшую плюшевую игрушку из кармана пальто. Купил по дороге сюда в минимаркете. Так ведь принять: приносить игрушки на могилу ребёнка. Хотя он вряд ли скоро начал бы играть плюшевым щенком. Не по возрасту игрушка. Но, как бы жалко это сейчас не звучало, пусть игрушечный пёсик его защищает.

Янина вновь затряслась, и даже у меня на глазах вспыхнули слёзы. Она подошла к надгробному камню, наклонилась и ласково провела ладонью по свежее вырезанной надписи. Только сейчас я обратил внимание, что там стоит совершенно не моя фамилия, и удивился.

- Это моя фамилия,- ответила на озвученный мною вопрос Янина,- Я не хотела, чтобы его что-то связывало с его жестоким отцом. Вообще ничего. Поэтому Синицын.

- А имя,- спросил я склонив голову. То, что Янина решила записать сына на собственную фамилию меня нисколько не задело. Даже напротив, будь моя воля я бы при первой возможности избавился бы от своей. Да пока такого нет. Возможно однажды мне попадётся приличная женщина с интересной фамилией, и женившись я возьму её фамилию, но это, чувствую, произойдёт ещё нескоро.

Янина тем временем горестно улыбалась, рассматривая имя на камне.

- Единственный одноклассник, относившийся ко мне хорошо,- произнесла она,- Владислав. Он был хорошим мальчиком, красивым молодым человеком. Наши пути так рано разошлись, да и вряд ли я могла бы на что-то рассчитывать, просто он никогда меня не обижал, и всегда был приветлив. Вот в честь него и назвала моего мальчика. Думаю, ему бы пошло имя Владик.

- Определённо да,- ответил я.

Вместо отчества Игоревич, Янина дала своему сыну своё имя вторым. Матроним - красивое нововведение нашего времени, чтобы насолить отцам, бросающим собственных детей на произвол судьбы. Вместо имени неизвестного мужчины ребёнок носит имя женщины, положившей свою жизнь на то, чтобы он вырос счастливым человеком. На этот счёт даже разговоров никаких не возникает. Мой братец не особо заботился о жене, да и вовсе хотел пустить её и собственного ребёнка по миру. Так что это, хоть и печальный, но очень красивый щелчок по носу Игоря.

Янина поднялась с земли, и обхватив себя за плечи поравнялась со мной, встав рядом. Она выглядела такой хрупкой, медленно покачиваясь из стороны в сторону в такт ветру. Холодный-холодный день, и не только из-за пасмурной погоды.

- Знаешь,- заговорила Янина,- Я думаю, что моим первым ребёнком была девочка. Просто чувство такое, что мой первенец - девочка. Я же даже имени ей не придумала. Так много времени прошло.

Янина достала платок и утёрла нос, а затем продолжила.

- Синицына,- произнесла женщина, икнув, и поглядела в пасмурное небо,- Моя маленькая птичка. Теперь они вместе там, мои детки. Птички, которых я не успела подержать в руках, взяли и улетели раньше меня туда.

- Яна,- подал я голос, услышав, что она начала задыхаться в рыдании.