Нежеланная

10

.......Утро началось с лёгкой суеты.
Дом был непривычно оживлён: шаги по коридорам, приглушённые голоса, звон посуды. Сегодня вечером семья приглашена в дом Чарлза. И все прекрасно понимали, какая именно новость будет объявлена.
Виолет проснулась раньше обычного. Несколько секунд лежала, глядя в потолок, а потом улыбнулась — мягко, почти трепетно.
Платье она выбрала ещё несколько дней назад вместе с подругами. Они тогда смеялись, перебирали варианты, спорили, и в итоге нашли то самое — белое, лёгкое, почти как у невесты. Не кричащее, но чистое, нежное. Такое, в котором хочется начать новую жизнь.
Сегодня она надела его с особой осторожностью, словно это было не просто платье, а символ.
Волосы аккуратно уложены. Макияж — едва заметный, подчёркивающий глаза. Она долго смотрела на своё отражение.
— Всё будет хорошо, — тихо сказала она.
Внизу уже собирались. Джен выглядела уверенно и сдержанно, Холзи поправляла украшения, Натан проверял время. Атмосфера была официальной, но не напряжённой — скорее торжественной.
Виолет спустилась по лестнице, чувствуя, как ткань мягко касается пола.
Никто не сказал ничего особенного. Но и никто не усмехнулся.
И этого было достаточно.
Пока машина ехала к дому Чарлза, она смотрела в окно, и воспоминание само всплыло в памяти.
Тёплая набережная. Они тогда гуляли без планов — просто болтали, смеялись, делились глупостями. Рядом с ним всё казалось лёгким.
Они сели на старую скамейку под деревом. Кора была исписана именами, признаниями, датами.
Чарлз тогда вдруг достал маленький нож и, слегка улыбаясь, вырезал на коре:
Виолет + Чарлз = навсегда
— В знак дружбы, — сказал он.
Она тогда лишь кивнула, но внутри всё перевернулось.
Это не дружба, — знала она. — Просто он ещё не понял.
Сердце билось быстро. Она смотрела на него, на его профиль, на губы… И вдруг решилась.
Она сама первой поцеловала его.
Он не ответил.Но и не оттолкнул.
И для неё это было достаточно.
Она тогда смущённо засмеялась и убежала домой, уверенная, что это начало чего-то большого.
Машина остановилась.Дом Чарлза был уже перед ними.Виолет глубоко вдохнула.Сегодня всё станет явным.Сегодня её выберут.

Хоть Чарлз последнюю неделю не писал, не звонил и не отвечал на её сообщения, Виолет старалась не придавать этому значения.
Он готовится. Всё серьёзно. Просто занят, — убеждала она себя.
После всех неудач ведь должна начаться белая полоса. Разве не так работает жизнь?
Дом Чарлза встретил их светом и величием. Огромные колонны, широкая лестница, ухоженный сад, окна, отливающие золотом в вечерних огнях — всё соответствовало статусу семьи. Здесь чувствовались деньги, влияние, уверенность.
Виолет сделала вдох. Сегодня она не тень. Сегодня она — часть этой истории.
И вдруг рядом оказалась Джен.
Она появилась тихо, почти незаметно, но её присутствие ощущалось сразу. Безупречный наряд, уверенная осанка, лёгкая усмешка на губах.
— Готова принять поражение ещё раз? — произнесла она негромко, почти ласково.
Слова ударили неожиданно. Слишком резко. Слишком точно.
— Что ты несёшь? — раздражённо шикнула Виолет, повернувшись к ней. — Он любит меня. И я люблю его. Он выберет меня.
Её голос звучал уверенно, но в груди что-то болезненно сжалось.
Джен посмотрела на неё долгим взглядом. В этом взгляде не было ни насмешки, ни злости — только странная, скрытая осведомлённость. Будто она знала больше. Намного больше.
Уголок её губ медленно приподнялся.
— Жаль, — тихо сказала она.
И отвернулась, направляясь к входу.Одно короткое слово.Но в нём было слишком много.
Виолет осталась на мгновение неподвижной. Сердце забилось быстрее — не от радости, не от предвкушения… от чего-то другого.
Она расправила плечи.
Это просто её игра. Просто попытка выбить меня из равновесия.
И всё же улыбка Джен была не победной.
Она была… уверенной.

Двери распахнулись, и семья вошла внутрь.
Зал был наполнен людьми — представители высшего общества, партнёры, инвесторы, знакомые лица из светских хроник. Мужчины в строгих костюмах, женщины в дорогих платьях, приглушённый гул разговоров, звон бокалов. Всё выглядело безупречно, почти театрально.
Виолет медленно осматривалась. Этот мир был роскошным, холодным и чужим — но сегодня она надеялась стать его частью.
В центре внимания стояла мать Чарлза — Элеонора Блу Чарльз. Высокая, сдержанная, с идеально прямой осанкой. После смерти мужа именно она удержала семейный бизнес на плаву, укрепила позиции компании и вырастила сына так, чтобы он соответствовал фамилии.
Её лицо было спокойным, но в глазах читалась сталь.
— Добро пожаловать, — произносила она ровным, уверенным голосом, приветствуя гостей. Ни лишней улыбки. Ни лишнего движения.
Чуть поодаль стоял Итан — так же сдержанный, наблюдающий. Рядом с ним — его дедушка, сухой и строгий мужчина с холодным взглядом, будто оценивающий каждую деталь происходящего.
Виолет ощущала, как сердце начинает биться чаще.
Вдруг кто-то тихо произнёс её имя.
— Виолет.
Она обернулась. Ноан.
Он стоял чуть в стороне от основной группы и кивком головы попросил её отойти.
Они отошли на несколько шагов, подальше от шума и света.
Несколько секунд он просто смотрел на неё. Долго. Внимательно. Так, как никогда раньше.
Будто хотел что-то сказать.
Будто боролся с собой.
— Ты… — начал он, но замолчал.
Виолет нахмурилась.
— Что?
Он отвёл взгляд, провёл рукой по затылку, потом снова посмотрел на неё — и в его глазах было что-то непривычное. Не холод. Не безразличие.
Тревога.
— Всё, что будет… — произнёс он тихо, — не принимай близко к сердцу.
Слова повисли в воздухе.
— О чём ты? — спросила она, но голос её уже стал тоньше.
Он покачал головой.
— Просто… не принимай.
И, не добавив ничего, развернулся и вернулся к семье.
Виолет осталась стоять одна среди блеска люстр и шёпота разговоров.
Её ладони стали холодными.
Почему сегодня все говорят намёками?
Почему все смотрят на неё так, будто знают что-то, чего не знает она?
Музыка стихла.
В зале стало тише.
И где-то впереди Элеонора Блу подняла бокал.