Нежеланная для ловеласа, или Попаданка в русалку

Глава 5. Когда не знаешь, чего бояться больше

Заявив, что все тлен, а он своего все равно добьется, Мишель Рейберн решил призвать духов предков. Вот вообще не знаю с какой целью, потому что некромант у них старший брат Кристиан. Ну еще младшенькая Раисейнар тоже в теме, а этот уроки по призыву всякой гадости явно прогуливал.

Он рассек себе руку, чего-то там прогундосил и храм наполнился сначала белым туманом, в котором я едва не задохнулась, а потом из него стали формироваться призраки.

Мало того, что холодные и наглые, так и норовили меня облапать, но они еще и как будто мокрые были! А у меня на влагу реакция только одна – хвост. В итоге, когда эти суч…щности меня окружили и стали ко мне липнуть, пытаясь пройти насквозь, появился Хвостик.

Ему тоже такая навязчивость по вкусу не пришлась. А вот бить по привидениям, изображая из себя мухобойку, моей своенравной конечности понравилось. Он вошел в раж и принялся охотиться на эктоплазменных мух. После пятого или шестого прихлопнутого призрака до них дошло, что что-то идет не так. Духи предков или кого там вызвал наш недоучка, дружно взвыли и накинулись на феникса, который, закрыв глаза, продолжал тянуть что-то заунывно-протяжное.

Мишель, видать, не ожидал в храме нападения собственных предков, поэтому, когда толпа бестелесных влажных и холодных сущностей накинулась на него, мужчина вспыхнул.

Хвостик разумно ретировался. Я осталась сидеть на полу, прикрыв лицо руками. Глядя сквозь пальца, как феникс машет руками, пытается отогнать своих бестелесных предков, принялась тихонько ржать в ладони.

– Марьям, ты что, плачешь? Тебе больно? – псих присел рядом, при этом слегка тлея.

Призраки благоразумно отлетели. Не думаю что их напугал феникс, скорее они опасались появления живой мухобойки.

Я не плачу, я ржу, у меня нервы. Но зачем кому-то об этом знать?

– Вы хотели убить меня! – патетично всхлипнула я. – Прекрасно знаете, что русалки бояться огня.

– Марьям, ты же не думаешь, что я на самом деле желаю тебе зла?!

Слушайте, а быть беззащитной испуганной мышкой, точне рыбкой, прикольно.

– Что было бы тогда с Лиором! – продолжала я, сотрясаться в порывах хохота. – Вы хотели оставить моего сына сиротой!

Хвостик мой какой молодец! Как он их! Правильно, нечего на нас нападать. В клан свой они нас захотели впихнуть. Ага! Жителей глубин к огненным пицам. Нормальные, вообще, нет?

– Марьям, я лишь хотел защитить тебя и мальчи… – птиц не договорил и резко замолчал. Я тоже. Что задумал это гад? – Прости, что напугал тебя. Пойдем, я отнесу тебя к тебе в покои. Корзинку взять?

Такая перемена испугала меня уже всерьез.

– Обещай что ты не тронешь моего сына! – потребовала я.

– Ну что ты, Марьям, как ты могла так обо мне подумать?

Это он еще не знает, как я о нем на самом деле думаю!

Ответить не успела, какой-то призрак опять попытался атаковать нас, но Мишель просто поймал его рукой, смял и… засунул в один из моих камней.

– Вот и подумай о своем поведении, – сказал он. – Еще кто-то хочет? – обратился к предкам.

Те шустро растворились в воздухе.

– Что-то сегодня день не задался, – пробормотал феникс, поднимаясь с пола со мной на руках. – Пойдем отсюда.

Он ловко подхватил ногой корзинку, подкинул, поймал ее рукой, открыл портал и шагнул в пламя. И это все молча и не спуская меня с рук.

Блин, первый раз себя дюймовочкой почувствовала…

***

– Марьям, – в моих покоях мужчина бережно опустил меня на кресло, сам присел рядом на подлокотник и взъерошил свои волосы рукой. – Пойми, тебе небезопасно куда-то уходить одной. Поэтому я прошу тебя не покидать стен замка.

– Мишель, поймите и вы. Мы с сыном жители глубин и не можем жить как птицы в клетке в вашем замке. Для нас он стал тюрьмой. Удобным, комфортным, но заточением. Вы говорите, что мне опасно быть снаружи, но не объясняете почему. Объясните, чего я должна опасаться?

Я ждала ответа и требовательно смотрела на феникса. Он отвернулся первым.

– Я не знаю, Марьям. Матушка маг воды. Она говорит, что стихия волнуется, и думает, что вам что-то угрожает.

– Я буду осторожна, обещаю, – сказала я. – В любом случае, с опасностью рано или поздно придется встретиться лицом к лицу. К тому же, вы все равно не сможете опекать меня всю жизнь. Лиору нужно к морю и ваши родители разрешили нам отправиться на побережье. Поэтому, пожалуйста, прекратите контролировать каждый мой шаг. В конце концов, я свободный человек и мои поступки – мое решение.

Нахмурился, потом посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, но я не отвела глаз. В конце концов, наше противостояние должно когда-то закончиться. И или я сдамся и буду сидеть в четырех стенах и на завтрак ходить под конвоем, или он придумает еще что-нибудь. В то, что сдастся Мишель, совершенно не верилось. Значит, надо договариваться на берегу.

– Хорошо, я подумаю, как поступить лучше. Но пока проявляйте осторожность и благоразумие. И простите, что напугал вас в часовне.

Поднялся и покинул комнату.

Уф, пронесло! Мысленно погладила свой хвост. Я ведь в какой-то момент и правда подумала, то Мишель вспыхнет там в храме и зальет все пламенем. Я знаю, фениксы могут. Марьям видела, как на берегу Азалия защищала их от русалов. Было страшно. Я не хотела об этом думать, но иногда мы бессильны перед собственной памятью.

***

Марьям думала, что сумела скрыться и уйти от погони. Теплое течение огибало остров к северу от Восточного континенту, нимфа надеялась, что еще немного и она сможет выйти на берег и спрятаться среди людей. Но на острове оказались русалы. Сначала она, хоть и удивилась, что они заплыли так далеко от своих теплых вод, но обрадовалась, рассчитывая, что жители глубин ей помогут. Только когда подплыла ближе, Марьям поняла, что с ними что-то не так. От них несло той же темной и холодной силой, что были наполнены истязатели, что захватили ее город. Она хотела спрятаться, но было поздно, ее заметили.