Нежеланная для ловеласа, или Попаданка в русалку

Глава 6. Неожиданная поддержка

Сначала дракончика пытался водворить на место глава семейства. Но тот спрятался в камень и сделал вид, что так и должно быть. Раисейнар, младшенькая из фениксов, которая имела опыт взаимодействия с потусторонними энергиями, тоже задалась целью вернуть призрак в склеп.

Но какие бы ритуалы она не устраивала, и к ней призрак выйти не пожелал. Я думала, фениксы отступятся, но упрямство, видимо, родилось веред этой расы. В итоге им пришла мысль похоронить камень вместе с призраком где-то у себя в глубинах склепа. Понятия не имею, как, но я поняла, что дракончик расстроен и боится. Но еще больше был расстроен Лиор, который с призраком успел подружиться.

Потому что этот мелкий нахал не выходил только к фениксам, а к Лиору очень даже с большим удовольствием. Но сын просил никому об этом не говорить, и я обещала, что не буду. Так у нас появилась одна маленькая общая тайна. И конечно, я не могла позволить кому-то обидеть друга моего сына.

Поэтому пришлось отправляться в горы, чтобы найти такой же камень, в который Мишель запихал бедняжку. Отправилась я ночью, прихватив с собой дракончика, но далеко уйти не успела.

Стоило мне оказаться за воротами замка, как из тени наперерез мне выступили три фигуры.

– Марьям, ты очень безрассудна, уходить одной ночью из замка, – сказала ведьма. – Ты могла пострадать.

– Я подготовилась, – сказала упрямо остановившись и сжимая в руке артефакты, которые выпросила у Раисейнар.

– Фениксы узнают, что ты бродишь ночами и запрут тебя в замке. Не думаю, что тебе нужно именно это, – сообщила Лилиана, фея. Она была самой непосредственной из троицы. Ну а третьей была дриада, та вообще почти всегда молчала.

– Откуда бы им узнать это? – с вызовом прищурилась я. – Если только вы расскажете.

– Марьям, неужели ты думаешь, что Раисейнар дала тебе артефакты и не снабдила их следилками? – спросила Агни. – Рейберн знают каждый твой шаг.

– Чертовы параноики, – пробормотала я в бессильной ярости. Мне очень был нужен такой же камень, чтобы призрак мог перебраться туда, но если фениксы узнают, что я была в горах, то могут догадаться, что меня понесло туда не просто так.

– Они удивятся, когда поймут, что нимфа ушла в горы. Вопрос – зачем? Это не ваша стихия, – продолжала ведьма, подтверждая мои мысли.

– Ага, и сочтут, что ты спятила. И все – здравствуй, комната с решеткам на окнах и подчиняющий ошейник, – “порадовала” оптимистичная феечка.

– Чего? Какой еще ошейник? – растерялась я.

– Ой, это я так, о своем. Нас, фей, есть любители присвоить, поэтому мы крылья не выпускаем почти никогда. Но и нимфу люди с удовольствием на декокты разберут. Говорят, у вас волосы волшебные, – как ни в чем не бывало весело продолжила щебетать фея, подхватывая меня под руку. – Дашь локон? Санни будет рад. А артефакты лучше обратно вернуть, в горах им не место. Никто же не думал, что обитательница глубин туда пойдет ночью. А кстати, зачем?

Она явно колдовала, я чувствовала это где-то внутри себя, но ничего не могла поделать. В этом теле ощущения вибрирующих энергий вообще занимали слишком много места, и с каждым днем я различала все больше их оттенков, но очень плохо представляла, что с этим всем делать. Вот и сейчас понимала, что фея что-то делает, будто окутывает меня, нагло вторгаясь в личное пространство, но не могла ничего ей противопоставить. Только оттолкнуть, что я и сделала. Девушка звонко и радостно рассмеялась.

– У Марьям появились зубы! – заявила она. – Это интересно. Скажем Азалии?

– Нет, – вступила в разговор дриада. – У всех свой путь. Зачем тебе горы, Марьям?

Я подумала и рассказала. Молчаливой дриаде я почему-то доверяла. Спокойная, собранная и несмотря на кажущуюся хрупкость, в ней была цельность и сила, которых так не хватало мне. Слишком слабое и изнеженное тело нимфы плохо поддавалось тренировкам, и я ощущала себя уязвимой, понимая, что не смогу постоять за себя ни физически, ни магически. Поэтому и запасалась всевозможными артефактами, а оказалось, что они все с “сюрпризом”.

– Довольно забавно, что лорд Немзей принял образ дракончика, – заметила дриада. – Насколько я могу судить по рассказам Азалии, это был весьма жесткий и вредный старик, в котором при жизни ипостась так и не проснулась.

– Или он не дал себе такого шанса, – легкомысленно отмахнулась феечка, снова подхватывая меня под руку. – А Марьям пробудила в старике его лучшие качества, и с ней он решил быть милым. И стал драконом. Неудивительно, что Рейберн хотят запихать его обратно, характер там не подарок. Марьям, ты уверена, что хочешь оставить призрака себе?

– Лиору он нравится, а любому ребенку нужен друг-ровесник, – ответила я. – Так что да, Рейберн дракона не получат.

Девушки хмыкнули, достали сумку и принялись планомерно стаскивать с меня и складывать туда все артефакты.

– Вернем все в замок, – пояснила ведьма. – Пусть думают, что ты дошла до ворот, постояла тут и вернулась.

– Представляю, как Мишель будет ломать голову, гадая, с кем ты тут могла встречаться, – радостно подпрыгивала на месте фея. – Намекни ему, что это был мужчина.

Я фыркнула, что подумает главный параноик, меня не волновало.

– Лили, перестань. Просто фениксы иногда слишком заботятся о тех, кого взяли под крыло, пусть даже только в мыслях, – заступилась за моего тюремщика дриада. И пояснила для меня: – У Азалии такая же привычка – она накидывает на нас щит раньше, чем сама понимает, что делает. Мы то ладно, поняли сразу, что к чему, а вот демон, орк и эльф по этому поводу поначалу изрядно психовали. Тем более, что фениксы ауру прячут, когда к людям выходят, и выглядят как люди. Тебе, кстати, тоже придется ее поменять. И за Лиором следить, чтобы никто не понял, кто он. Защиту мы все наложили на него, но как только появиться ипостась, надо будет поправить.

– Ага, а если ты скажешь, кто его отец, то мы подготовимся заранее. А то у некоторых папашек, знаешь, привычка есть, как только сын магию обретает, они тут как тут, чтобы себе его забрать. Как будто они что-то понимают в воспитании! – Фея закинула сумку на плечо и помахала нам рукой: – Ну все, давайте быстрее, я жду вас в замке!