Нежеланная для ловеласа, или Попаданка в русалку

Глава 14. Русал

Мне хотелось домой, в мастерскую, а еще отблагодарить леди Кармелиту за участие и кров. То, что я могу не оставаться в одном доме с Мишелем Рейберн, воодушевило.

Поэтому я вместе с Лиором спокойно зашла в воду, Хвостик обрадовался, но терпеливо дождался, когда я зайду так, чтобы не плюхнуться, как обычно, на попу. Потом я обратилась и мы снова резвились на мелководье. Я учила плавать сына, держа его за руки, ну и сама понемногу училась не изображать топорик. Я радовалась за сына, хвалила хвост за дисциплинированность и… выбрасывала на берег камни.

Лиор был в курсе, что мама собирает все красивое и необычное и тоже таскал на плед то, что приглянулось ему. А мысленно уже составляла панно, которым украшу ваш новый дом. Точнее, его крыльцо. Хочу сделать настенную обережную мозаику! У меня в голове уже был образ рисунка и схема расположения камешков с учетом того, что рассказала мне ведьма и того, что я чувствовала сама. Скорей бы приступить! Но сначала дать вволю порезвиться хвостику, все же он часть стихии.

Призраки в воду не заходили, они изображали семейную пожилую пару, отдыхающую на берегу и, мне кажется, были вполне довольны и счастливы.

Но в какой-то момент они исчезли.

Когда я заметила это, начала встревоженно озираться в поисках наших бабушки с дедушкой и обнаружила, что с утеса за нами наблюдают.

– Лиор, собираемся домой, – скомандовала сыну и попросила конечность трансформироваться.

Та опять заупрямилась.

“Хвостик, ну пожалуйста, там кто-то чужой! Я боюсь за себя и за сына, превращайся в ножки, – молила я упрямую конечность, которая делала вид, что совсем-совсем глупенькая и по-русски не понимает. А может и правда не понимает? Говорила я на местном языке и даже не задумывалась, на каком, а вот думала на родном.

Пока обдумывала новую информацию и пыталась сформулировать просьбу на абракадабрском на берег вышел мужчина.

– Сын, – велела я, – подойди ко мне, пожалуйста.

Ребенок у меня на редкость послушный, спорить и переспрашивать не стал, сразу полез обратно в воду. Задвинула его себе за спину и принялась следить за незнакомцем.

Он, поняв, что замечен и находиться в центре внимания заулыбался и помахал рукой.

Напряглась. Интересно, защита фениксов, когда я с хвостом, работает? Феечка говорила, что люди нас на декокты разбирать любят, как давно этот тип за нами следил, чтобы понять, что я не человек?

– Приветствую дитя моря в наших в водах Грангара, – сказал, подойдя к кромке прибоя.

Ясно, следил достаточно долго. А что я ответить должна? Какая-то специальная формула приветствия есть?

– Ну здравствуй, коли не шутишь, добрый человек, – сказала я, плюнув на приличия и принимая максимально устойчивое положение.

Оказывается, на хвост опираться можно! Отлично. Подойдет ближе, в глаз дам, а потом уже разбираться страну, кто таков и что ему надо.

Подходить не стал, сел на берегу и ноги вперед в море вытянул.

И что сие за инсталяция?

– Поплавал бы с тобой, да смотришь недобро, будто я у тебя жемчуга отобрать хочу. Много наловила?

Чего?! Какие жемчуга? А, точно! Русалки же за ним ныряют.

– А вы с какой целью, интересуетесь, любезнейший? – спросила, прикидывая, что можно и не в глаз, можно вон тем увесистым камушком и по темечку…

– Со сбытом помочь могу. Я тоже жемчуг добываю и разное другое. Только не здесь. Тут же рядом нет ничего стоящего, вот и удивился, когда вас с мальчиком тут увидел.

Ну да, наивно было полагать, что ребенка он не заметит.

Снова настойчиво обратилась к хвосту, чтобы он поимел совесть.

Хвост в очередной раз меня проигнорировал.

Пришлось изображать приветливость и поддерживать беседу дальше.

– Я здесь не ради жемчуга, – натянуто улыбнулась.

Ну как так? Почему у Марьям даже в моем мире получается быть очаровашкой, а я, будучи вполне симпатичной, чувствую себя поленом, из которого папа Карло вырезал нечто несуразное, но потом разочаровался и бросил эту затею?

Незнакомец на берегу задумался и складка пролегла у него поперек лба.

– Ради чего тогда? – спросил. Потом подумал еще и добавил: – Ради мальчика? Но он же человек.

А я, блин, кто? Скотина? Так, Марго, не заводись. Это какое-то недопонимание.

– Что вы имеете в виду? У вас есть какие-то предубеждения? Страдаете ксенофобией? – спросила я, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенности, хотя внутри все дрожало от страха и… любопытства.

Что-то с незнакомцем было не так. Движения слишком плавные, как у танцора, а когда он, словно задумавшись, провел ладонью по своим светлым, растрепанным ветром волосам, и они тут же улеглись, будто повинуясь его невидимой воле. Маг? Для меня это еще хуже.

– Нет, скорее я не так что-то понял. Простите, я не имел в виду ничего плохого, – незнакомец поднял руки в успокаивающем жесте. Его пальцы были длинные и изящные, а ногти, как мне показалось, отливали перламутровым блеском. – Просто вы ведете себя нетипично для дочери моря, вот я и нахожусь в недоумении.

Потому что, в отличие от этого типа, я плохо себе представляю, как должна вести себя прилежная морская дева.

– Я выбрала это место, поскольку рассчитывала побыть в одиночестве и теперь немного озадачена вашим пристальным вниманием, – намекнула я на нежеланность его присутствия, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, но в то же время в нем проскальзывала нотка недовольства.

– Намекаете, что я здесь нежеланный гость? – его губы тронула легкая, дразнящая улыбка, которая, казалось, осветила его лицо еще ярче. – Но, увы, уйти без ответа я не смогу. Вы меня заинтриговали, а как все русалы, я страшно любопытен.

Черт, как я сразу не догадалась? Меня может извинить только то, что до этого я не видела ни одного русала. А так, ну очевидно же: движения совсем не как у обычного человека, глаза, слишком синие, как самая глубокая часть океана, улыбка, такая открытая и обезоруживающая, что хотелось улыбнуться в ответ. Ну и голос. Он был мелодичным, и при этом обладал какой-то я бы даже сказала, чарующей ноткой, которая заставляла быть с незнакомцем вежливой и учтивой.