Нежеланная невеста. Наследница Черного дракона

23

Мы с девчонками стояли в очереди, болтали с легкой душой об оценках, о бале, о нарядах, однако что-то пошло не так, и они вдруг перешли на принца. Одна из девчонок, Аделла, видела его сегодня мельком в Большом зале, и этого ей хватило, чтобы едва не пищать от счастья.

– Принц был с охранной и целой свитой из парней-старшекурсников с факультета боевой магии. Так просто и не подойти к нему… Он такой замечательный! – выдала она и мечтательно вздохнула. – Вживую точь-в-точь такой же, как на фото в газете. Я три раза перечитала его интервью… Он красивый. Добрый. Глаза словно море.

Меня едва не перекосило. Ага, милый, добрый, конечно! От его доброты можно и в ящик сыграть. А глаза какие, словами не описать. Такие из темноты посмотрят, и отдашь богам и душу, и сердце.

– Да-да! – радостно подхватила Белинда. – Даррел идеальный, так все говорят! Его любимой необыкновенно повезет. Я уверена, он выберет невероятную девушку! Помните, как он в интервью сказал? Что хочет достойную невесту… Достойную своего народа. Потрясающие слова.

Я недобро ухмыльнулась.

– Ты чего, Белль? – спросила меня Лиа.

– Да так, – пожала я плечами. – Думаю, сам-то принц со своим достоинством дружит?

Девочки переглянулись и дружно захихикали. Подумали совершенно о другом!

– Наверняка дружит, – сквозь смех сказала Белинда. – И еще как!

– Он ведь настоящий мужчина, – добавила Аделла.

– Я представляю, какой он горячий – драконы лучшие любовники, такое вытворяют ночами, – понизила голос Лиа и выразительно поиграла бровями.

Вот ненормальные! Я даже представлять не хотела, что там Даррел вытворяет ночами.

– Да не с тем достоинством! – воскликнула я с досадой в голосе. – С другим! И вообще, что у вас за мысли?

– Нормальные мысли, романтические, – улыбнулась Аделла. – Мы всего лишь мечтаем о принце… Ты ведь тоже о нем мечтаешь, признайся, Белль! Иначе бы мы не увидели его образ на экзамене. Кстати, потрясающе точный! Как у тебя это только получилось?!

– Вышло здорово! Наверняка на его фото часами любовалась, да? – подхватила Белинда игриво.

– Что-то вроде того, – ответила я неопределённо.

– Кстати, а вы когда-нибудь слышали, чтобы у его высочества была девушка? – вдруг спросила Аделла. – Он же все-таки парень… Здоровый, с естественными потребностями…

– Наверняка у него кто-то был, – согласно кивнула Белинда. – Но мы никогда этого не узнаем. Дворец тщательно хранит свои тайны…

– Все, что мы узнаем – имя его невесты, когда принцу настанет пора жениться, – кивнула Аделла. – Я уже заранее ненавижу будущую императрицу.

– И я!

– Я тоже!

– А мне ее жаль, – зачем-то сказала я и потерла предплечье, на котором осталась невидимая глазам печать.

– Это еще почему? – удивились девчонки, и я поняла, что сказала лишнее, поэтому поскорее поправилась: – Быть императрицей – тяжелое бремя. Не каждая выдержит.

С этим они согласились. Сколько бы я не пыталась перевести тему, одногруппницы без умолку говорили о принце. Замолчали только тогда, когда в зале появился бледный худой юноша со смуглой кожей и платиновыми волосами. Он нес учебники, смотря под ноги и будто не замечая остальных. С ним что-то было явно не так, но что, я не понимала. Он то ли не хотел смотреть на других, то ли боялся делать это. А вот многие, напротив, откровенно пялились на него.

- Кто это? – удивленно спросила я.

- Ты не знаешь? Алиас Магнум, третьекурсник с факультета артефакторики, - зашептала Аделла. – В прошлом году получил Черную метку.

Мне стало не по себе. Черные метки раздавал Клуб избранных самым ужасным ученикам академии за их проступки, однако говорили, что меток больше не будет – их запретила Ева, как только в этом году стала главой женской части клуба. Она выступала против насилия.

- А за что он ее получил? – спросила с любопытством Белинда.

- Говорят, что за воровство, но на самом деле… - Лиа обернулась, чтобы удостовериться, что нас никто не подслушивает, и понизила голос: - А на самом деле у него были отношения с девушкой из Клуба, на которую положил глаз какой-то высокородных. Девушка не хотела с ним быть, и высокородный решил поставить Алиаса на место. Так он и стал изгоем. Лучше не общаться с ним. Так и беду на себя навлечь можно.

- Этому Алиасу еще повезло, - сказала Аделла. – Его травили не сильно. Он даже из академии не ушел. Вот моя старшая сестра рассказывала, что во время ее учебы десять лет назад были адепты, которым из-за Черной метки пришлось покинуть академию. Их жизнь сделали совершенно невыносимой.

- Жаль, что Черных меток больше нет, - вдруг вздохнула Белинда. – Было бы забавно за этим понаблюдать.

- Зачем? – не выдержала я. – Что забавного в том, как кого-то травят?

- Ты не так поняла! – смутилась она. – Просто иногда бывает очень скучно…

- А если бы метка досталась тебе? – нахмурилась я. – Или твоим подругам? Ничего забавного в этом нет.

- Ты права, - поддержали меня Лиа и Аделла, а Белинда принялась оправдываться. Затем разговор вновь переместился на тему его высочества. Я слушала девушек и задумчиво смотрела на фреску с двумя драконами, что высилась прямо надо мной. Говорят, любовь драконов вечна. Неужели Даррел действительно любит Еву – так, как в книгах и старинных преданиях? По-настоящему. До взрыва в сердце. До бесконечности. Не очень-то и похоже, что принц способен любить. Наверняка Ева – игрушка Даррела. Иначе бы он не предложил ей быть любовницей. Это действительно унижение. Как можно так унизить любимую?