(не)желанный для бывшего

Глава 7

Яна….

Уложив Матвея в детское кресло, бросила последний взгляд в сторону кафе. Сердце сжималось от боли. Хотелось, что бы сестра выбежала, остановила, сказала, что погорячилась или просто сорвалась. Однако ничего подобного не произошло, поэтому сев за руль, я с тяжёлым сердцем завела автомобиль.

Только теперь можно было позволить себе расплакаться, но я продолжала держаться. В конце концов, я кормящая мама. Мне нельзя нервничать, а уж про слёзы и говорить нечего. Словно подтверждая мои мысли, сынок агукнул сзади.

— Да Матюш, мама не должна раскисать, ты абсолютно прав, — бросила взгляд в зеркало заднего вида, — Всё у нас с тобой будет хорошо.

Головой понимала, что нужно ещё раз созвониться с Алексеем, забрать вещи, но никаких сил на это не было, поэтому я просто заехала в ближайший торговый центр. Слишком шиковать не стала, взяла лишь самое необходимое для малыша ну и кое—что себе. На выезде из города с облегчением выдыхаю. Всё позади.

Честно говоря в глубине души был червячок сомнения. Вдруг, Соболев не успокоится и попытается меня найти? Но нет, ничего подобного не случилось. В принципе, так же он поступил и в прошлый раз. Когда я сказала, что мы расстаёмся, он толком не пытался вникнуть в причины. Удовлетворился тем, что у меня появился другой. А ведь это было такой смешной отговоркой, что мне казалось – не поверит. Объяснение было элементарным – ему так было удобно. С самого начала, в наших отношениях искренность была только с моей стороны, а Сергей просто хотел развлечься. Свежего тела захотелось. Противно.

Ну да ладно. Это прошлое, а впереди нас ждёт полтора часа дороги. С сыном мы можем поехать только в одно место – дом моих родителей. Конечно, для жизни на постоянной основе он не подходит, но на пару дней, вполне. Там я смогу всё обдумать и решить, как жить дальше. Плохо, что с собой нет ноутбука, ведь работу никто не отменял. Но может есть смысл устроить себе мини—отпуск?

Мы уже выезжаем на трассу, когда я слышу сирену. Сначала не придаю этому значения. Только когда начинают сигналить и прижимать меня к обочине, сбавляю скорость. Хм, не понимаю. Вроде бы ничего не нарушала. Что случилось?

— Добрый день, — произносит сотрудник в форме, когда я опускаю стекло, — Будьте добры ваши документы.

Достаю из бардачка небольшую сумку со всем необходимым и протягиваю мужчине.

— А в чём дело? Я что—то нарушила? – обеспокоенно спрашиваю, но мой вопрос остаётся проигнорированным.

— Это ваш автомобиль?

— Разумеется. Вы можете объяснить….

— Выйдите, — не просит, а требует металлическим тоном. Матвей сзади начинает капризничать, привлекая этим внимание сотрудника.

— Возьмите ребёнка и проедемте с нами, — чуть более мягче, произносит, вызывая лишь новые вопросы.

— Подождите, вы можете сказать, что не так? – выхожу, и хлопаю дверью. Открываю заднюю дверцу, доставая Матвея.

— Данный автомобиль числится в угоне. Мы должна задержать вас до выяснения обстоятельств. Юр, — подзывает своего коллегу, — Забери девушку в отделение, а я отгоню…

— Стоп! – перебиваю, не дав договорить, — В каком ещё угоне? Это какая—то ошибка! Такого просто не может быть. Я владелец уже несколько лет и…

— Девушка, вы сейчас должны поехать в отделение, — продолжает стоять на своём, будто робот повторяя одно и тоже, — Пока мы всё не выясним.

— Да что выяснять? Я предоставила вам документы!

— Которые могут быть поддельными, — вмешивается второй сотрудник, глядя на меня как на преступницу, — Если вы не согласитесь добровольно, нам придётся применить силу, — по спине пробегают мурашки. Это не шутка. Они действительно готовы на такое. Схватить беззащитную женщину с ребёнком…Боже мой!

— Хорошо, — сдаюсь, — Но после того, как всё выяснится, я обращусь к вашему руководству с жалобой! – предупреждаю, надеясь, что это хоть как—то их напугает. Однако лица мужчин остаются безучастными к моим словам.

— Идёмте, — ждёт, пока я достану сына, подхватывает под локоть и ведёт в сторону патрульной машины. Чёрт знает что!

***

— Я вам ещё раз объясняю, что здесь какая—то ошибка! Кто вообще подал заявление об угоне? Откуда оно взялось? – уже в сотый раз задаю один и тот же вопрос. В ответ лишь молчание.

Нас с сыном привезли в отделение, меня начали допрашивать, хотя больше всего это было похоже на театр абсурда. Снова и снова я повторяла одно и то же. Но толку от этого не было. Меня начинали допрашивать по новому кругу. В какой—то момент всё это прервал Матвей, который раскапризничался. После долгих уговоров, мне разрешили его покормить и сделали это с таким видном, будто одолжение мне оказали.

— Сколько я ещё здесь пробуду? – устало спрашиваю, покачивая сына. Руки отваливались, силы были на исходе. Если малыш не понимал, где мы, то мне было ясно и обстановка не нравилась.

— Столько, сколько нужно, — сухо отвечает сотрудник полиции. Да что ж такое—то?

— Вы понимаете, что нарушаете мои права? А права ребёнка? – даже не знаю, чего добиваюсь. Призвать к совести? Припугнуть? Да чего угодно, лишь бы меня отпустили уже. Но всё бессмысленно. Мужчина продолжает что—то писать в своих бумагах.

— Эй, вы меня слышите?

— Послушайте, девушка, — рявкает, заставляя меня замолчать, — Только по моей милости вы сейчас сидите здесь, а не в камере. Хотите изменить положение дел?

— Я просто хочу уйти, — бормочу, еле слышно. Слова про камеру пугают до чёртиков. А как же Матвей? Неужели и его….Нет! Только не это.

— Уйдёте, когда вам позволят, — сказал, как отрезал и вернулся к своим делам. После такого, я больше не подавала голоса. Просто качала сына, пыталась с ним разговаривать, чтобы он не боялся. Хотя саму всю трясло от страха. Когда у мужчины зазвонил телефон, я решила – ну всё, отмучилась. Но он всего лишь вышел из кабинета, бросив мне что—то в духе: «Не рыпайся». Господи, да куда же я попала—то?

Сразу бросилась к окну, несмотря на предостережение. Третий этаж. Никакой лестницы в зоне видимости. Блин! Прыгать совсем дурацкая затея. Неужели просто ждать? Сколько? Я уже больше не могу…