(не)желанный экспонат

Глава 4. Между молотом Орлова и наковальней неизвестности

Вернувшись в свой лофт, я первым делом заперла дверь на все замки и задернула шторы, хотя на дворе был еще день. Руки слегка подрагивали, а сердце продолжало отбивать тревожный ритм. Медальон Марии Антуанетты лежал на моем рабочем столе, тускло поблескивая в полумраке мастерской. Он был прекрасен. И смертельно опасен. Как змея в корзинке с фруктами.

Я налила себе щедрую порцию виски – сейчас «Негрони» показался бы мне детской газировкой – и попыталась привести мысли в порядок. Итак, неизвестные, явно связанные с похищением «Черного Лебедя», вышли на меня. Они знали, кто я, где живу, чем занимаюсь. Они знали про Орлова. И они хотели моей «экспертизы». Это слово теперь звучало в моей голове как приговор. Оценить краденое, подготовить к продаже… Это уже не просто балансирование на грани закона. Это прямое соучастие. Тюремный срок, если повезет. Если не повезет – что-то гораздо хуже. Эти люди не производили впечатления тех, кто оставляет свидетелей.

Но что мне оставалось? Отказаться? И ждать «неприятных последствий»? Угроза была недвусмысленной. И я почему-то не сомневалась, что они способны ее исполнить.
Сотрудничать? Стать их марионеткой? Предать все свои принципы, если они у меня еще остались? Перспектива тоже не радовала.

И Орлов. Этот чертов Орлов со своими стальными глазами ищейки. Если он узнает об этом медальоне, о предложении… Он тут же упечет меня за решетку, и никакие доводы о вынужденной ситуации не помогут. Он видел во мне преступницу еще до того, как все это началось. Теперь у него будет железобетонное доказательство.

Я снова посмотрела на медальон. Тончайшая гравировка, искусно подобранные камни… Работа мастера. Я взяла лупу, специальные инструменты. Нужно было убедиться, что это не очередная гениальная подделка, хотя интуиция подсказывала – вещь подлинная. Мои пальцы привычно забегали, глаза внимательно изучали каждую деталь. Да, это он. Тот самый. Легенда. Частичка истории, которая каким-то невероятным образом оказалась в моих руках. И это было одновременно волнующе и ужасающе.

Два дня. У меня было два дня, чтобы принять решение. Два дня, чтобы придумать, как выбраться из этой западни. Или хотя бы попытаться.
Первым делом нужно было что-то сделать с медальоном. Оставлять его здесь, в лофте, было слишком рискованно. Орлов мог нагрянуть с обыском в любой момент. И тогда – конец игры.
У меня был небольшой, очень надежный тайник, о котором не знал никто, даже Пальчиков. Вмонтированный в стену за одним из стеллажей с книгами, замаскированный под обычный кирпич. Я аккуратно завернула медальон в мягкую ткань, положила в герметичный пакет и спрятала его туда. Пусть пока полежит. Может, это даст мне немного времени.

Следующие сорок восемь часов превратились в пытку. Я почти не спала, пила литрами кофе (тот самый, «отвратительный», по мнению Орлова, но сейчас он был мне жизненно необходим) и курила одну сигарету за другой, хотя обещала себе бросить. Мозг лихорадочно искал выход, перебирая варианты, один безумнее другого.
Сбежать? Куда? С моей репутацией и без денег (все мои основные активы были на счетах, которые Орлов мог заморозить в любой момент) я далеко не уеду. Да и эти типы, что вышли на меня, наверняка найдут меня где угодно.
Обратиться в полицию? Рассказать все Орлову? Смешно. Он скорее решит, что я пытаюсь его запутать, свалить вину на мифических «неизвестных». Да и кто мне поверит без доказательств? Медальон – это улика против меня, а не против них.

Я пыталась собрать больше информации о «Черном Лебеде», о Штерне, о возможных группировках, которые могли быть причастны к краже. Обзвонила всех своих старых знакомых в арт-мире, используя самые туманные намеки и завуалированные вопросы. Но все, что я слышала, были те же слухи и домыслы, что и раньше. Ничего конкретного. Стена молчания. Или страха.

На второй день, когда до предполагаемого звонка от «работодателей» оставалось всего несколько часов, я решилась на отчаянный шаг. Я позвонила Орлову. Сама. Его визитка все еще лежала на комоде, как молчаливый упрек.
«Орлов слушает», – его голос был таким же ровным и холодным, как и при нашей первой встрече.
«Это Кира Волкова, – я постаралась, чтобы мой голос не дрожал. – Нам нужно встретиться. Срочно».
На том конце провода повисла пауза. Я почти слышала, как он хмурится.
«Что-то случилось, госпожа Волкова? Вы решили вспомнить что-то важное? Или просто соскучились по моему обществу и отвратительному кофе?» В его голосе слышалась неприкрытая ирония.
«Не острите, Орлов, – отрезала я. – Это серьезно. Я не могу говорить по телефону. Встретимся. Где и когда вам удобно».
Еще одна пауза. «Хорошо. Через час. Кафе «Старый фонарь» на набережной. Знаете такое?»
«Знаю. Буду там».
Я повесила трубку, чувствуя, как сердце бешено колотится. Что я творю? Я иду на встречу с человеком, который считает меня преступницей, чтобы… что? Рассказать ему о предложении, от которого невозможно отказаться? Подставить себя окончательно?
Но у меня был план. Рискованный, безумный, но это был единственный шанс, который я видела. Шанс сыграть на опережение. Или хотя бы попытаться стравить моих преследователей друг с другом.

Кафе «Старый фонарь» было тихим, почти пустынным местом с видом на реку. Орлов уже сидел за столиком у окна, когда я вошла. Все тот же безупречный костюм, все та же аура опасности и уверенности. Он поднял на меня свои стальные глаза, и я снова почувствовала этот неприятный холодок по спине.
«Присаживайтесь, Волкова, – он кивнул на стул напротив. – Кофе? Или что-нибудь покрепче? Судя по вашему виду, вам не помешает».
«Воды, – коротко бросила я. – Без газа».
Официант быстро принес заказ. Я сделала большой глоток, пытаясь успокоить нервы.
«Итак? – Орлов смотрел на меня в упор. – Я весь во внимании. Что за срочность? Надеюсь, вы не собираетесь признаться в похищении «Черного Лебедя»? Это было бы слишком просто».
«Я хочу заключить с вами сделку, Орлов», – сказала я, глядя ему прямо в глаза.
Он усмехнулся. «Сделку? Интересно. И что же вы можете мне предложить, госпожа Волкова? Свою коллекцию подделок? Или секрет вечной молодости, который вы, очевидно, знаете, раз так хорошо выглядите, несмотря на все неприятности?»
Его комплимент, если это был комплимент, прозвучал как очередная издевка. Но я не собиралась поддаваться на провокации.
«Я могу дать вам информацию, Орлов. Информацию, которая поможет вам найти «Черного Лебедя» и тех, кто его украл».
Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. «И что же вы хотите взамен? Иммунитет? Снятие всех подозрений? Закрытие старых дел?»
«Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое, – твердо сказала я. – Чтобы вы прекратили эту охоту на ведьм. Я не причастна к этой краже. И я готова помочь вам это доказать. Но при одном условии».
«Каком же?» – в его глазах мелькнул интерес.
«Вы будете действовать по моим правилам. Хотя бы частично. Вы не будете вмешиваться, пока я не скажу. И вы будете мне доверять. Хотя бы немного».
Орлов рассмеялся. Громко, от души. Так, что несколько посетителей за соседними столиками обернулись.
«Доверять вам, Волкова? После всего, что я о вас знаю? Это самая смешная шутка, которую я слышал за последнее время. Вы же патологическая лгунья и аферистка высшей пробы. Как я могу вам доверять?»
«Потому что у вас нет выбора, Орлов, – я наклонилась к нему через стол, понизив голос. – Потому что те люди, которые украли «Лебедя», вышли на меня. Они хотят, чтобы я на них работала. И они не из тех, кто принимает отказы. Если вы сейчас начнете действовать по-своему, вы их спугнете. И тогда вы не найдете ни «Лебедя», ни их самих. А я… я, скорее всего, окажусь на дне этой реки». Я кивнула на темную воду за окном.