(не)желанный малыш для доктора Титова

Глава 1

Арина Максимова.

— Избавься от ребенка, — цедит мгновенно став чужим тот, кто еще пять минут назад был для меня всем миром.

— Я тебя предупреждал.

Я чувствую, как внутри меня мгновенно всё обрывается. Сердце сжимается до размера грецкого ореха, становится трудно дышать. В комнате повисает гнетущая, мёртвая тишина. Я смотрю на Костю и не узнаю его. В этом человеке, стоящем передо мной с холодными, почти презрительными глазами, уже нет того мужчины, в котором я без памяти утонула... Нет нежности, нет тепла, нет заботы. Просто чужой человек, холодный и равнодушный.

— Ты же врач! — голос предательски срывается на слезу, я стараюсь сдержать её, но тщетно.

— Ты же понимаешь, насколько это опасно?! А вдруг…

Он резко перебивает меня, словно рубит ножом:

— Я не предлагаю тебе делать это в подполье и мы не в в прошлом веке, бога ради, прекрати драматизировать! — рявкает он, темнея лицом.

— Я договорюсь с хорошим специалистом. Всё будет безопасно и профессионально.

Я вздрагиваю от его тона и слов, от холода, которым веет от него. Титов смотрит прямо мне в глаза, но взгляд его чужой, ледяной, такой, будто я чужая женщина, которая посмела нарушить границы дозволенного. Руки непроизвольно начинают дрожать, я инстинктивно обнимаю себя, пытаясь согреться, защититься от его слов.

— Кость, это ненормально! — я делаю шаг вперёд, отчаянно глядя на него снизу вверх.

— Ты когда в постель с женщиной ложишься, должен понимать, что может произойти…

— Ты говорила, что на таблетках, — прерывает меня он ещё резче, ещё жёстче, делая шаг назад. Будто я стала противна ему. Будто я предала его.

— Мы использовали контрацептивы. Я просил тебя выпить таблетку после той ночи.

Я едва не захлёбываюсь воздухом от боли и отчаяния. Горло перехватывает, и слёзы уже свободно текут по щекам. Ледяной тон Кости ранит меня сильнее ножа в спину…

— Ты не можешь о таком меня просить… — шепчу я едва слышно, чувствуя себя полностью разбитой. — Я не могу так поступить. Ни с собой, ни с ребёнком, ни с тобой…

Костя отводит взгляд, будто мои слова ударили его, но тут же снова возвращает на меня тяжёлый, почти ненавидящий взгляд.

— Арина, я ясно тебе сказал сразу, едва мы с тобой начали говорить о будущем, что я не хочу детей. Не хотел и никогда не захочу. Я сразу предупредил тебя, что для меня это неприемлемо. Ты согласилась со мной! Ты приняла мою позицию и осознанно осталась рядом! Что ты пытаешься сейчас доказать? — его голос становится тише, но от этого только страшнее.

Что я думала? Наверное, что моей любви хватит на всех нас… Оказалось, что не хватит…

Я вижу в его глазах боль и ярость, страх и непонимание, и в этот момент мне кажется, что он просто боится. Что-то его пугает до ужаса, но он не говорит мне об этом, и от этого становится только больнее.

Мы вместе уже почти год и он до сих пор мне не доверяет…

— Я не пыталась тебя обмануть, — мой голос звучит дрожаще и беспомощно. — Я действительно пила таблетки, но в ту ночь мы… мы же оба потеряли голову! Я не могу сделать это, Костя. Для меня это… неприемлемо!

Нет… У меня и так мало шансов… Я не лишу себя такой возможности! К тому же… Второй такой удачи может и не быть!

Он серьезно смотрит на меня, и в его взгляде мелькает что-то непонятное, болезненное, почти страдальческое, но он тут же скрывает это за маской злости.

— Что это вообще значит?! Арина, ты не можешь принимать такие решения в одиночку… — его тон снова жёсткий и презрительный.

— Я прошу тебя… — я готова упасть на колени, делать все, что он скажет… Только не то, о чем он просит... Черт, да я даже вслух сказать это не могу!

— Костя, это же чудо! Я не могу убить его! Внутри меня наше с тобой продолжение, понимаешь?! Если ты не хочешь участвовать в этом, я не буду настаивать, но я не могу сделать то, о чем ты просишь!

Он замолкает, медленно, тяжело дыша, и глядит на меня с каким-то странным выражением, будто впервые по-настоящему видит, но тут же снова закрывается, становясь чужим и холодным.

— А это не просьба, Арина. Завтра утром я заеду. Будь готова, — сухо бросает он, разворачиваясь к выходу.

— Что? — у меня подкашиваются ноги, я хватаюсь за стол, чтобы не упасть. — Костя…

— Я все сказал. Свыкнись с этой мыслью.

Он останавливается у двери, поворачивает голову и смотрит на меня так, будто ему физически больно.

— Арина, я надеюсь ты понимаешь, что между нами ничего больше быть не может? Не после того, как ты начхала на мое, по сути, единственное в жизни правило… — он говорит тихо, но его слова звучат как приговор. — Я заеду в девять.

Дверь за ним захлопывается с таким грохотом, будто внутри меня разбивается сердце. Я медленно опускаюсь на пол, прижимая ладонь ко рту, чтобы не закричать от боли. Внутри всё разрывается на куски, слёзы не перестают течь, а я просто не могу поверить, что это происходит со мной.

Константин Титов… Мужчина, который стал моим миром, моей защитой, поддержкой, вдруг в одно мгновение превратился в ледяную глыбу… Жестокую и беспощадную. Почему? Что случилось с ним, что заставило его так бояться детей? Почему он так отчаянно и жёстко отказывается принять того, кто сейчас зарождается внутри меня?

Я накрываю ладонью живот, пытаясь защитить маленького человека, который уже стал моим миром.

Нет, я не могу отказаться от него. Даже если придётся всю жизнь быть одной, даже если он никогда не вернётся, я всё равно не откажусь от ребёнка.

В голове мгновенно рождается план…