(не)желанный подарок дракона

Глава 3.

Сириан

Эти бесовы бумаги.

Рвал их взглядом, перелистывая с такой яростью, что они трещали под пальцами.

«Отчёт о налоговых сборах».

«Прошение о расширении порта».

Слова плясали перед глазами, превращаясь в издевательскую карусель. Мозг отказывался воспринимать смысл написанного, зациклившись на одной, проклятой картине: пустая комната, а на полу – алое месиво, сброшенное, словно змеиная кожа.

Она сбежала.

Эта мысль, как хлёсткая пощёчина, врезалась в сознание снова и снова. И с каждой секундой та ледяная часть меня, что всегда держала контроль, начинала давать трещину.

Дракон внутри ревел, требуя лишь одного – вернуть то, что ему так ловко преподнесли на блюдечке.

Вернуть её.

Швырнул папку от себя с глаз долой, не в силах больше вчитываться, и она с глухим стуком врезалась в каминную решётку, падая на пол. Листы разлетелись по ковру, но мне было плевать на них.

Поднялся. Ноги сами понесли меня к окну. Вцепился ладонями в холодный мрамор подоконника.

Ночь за стеклом была спокойной и безразличной. Но в мыслях был полный бардак.

Где она? Где, чёрт возьми, она?

И как?

Как она проскользнула мимо трёх смен охраны, не будучи замеченной?

Мысленно прокручивал маршруты патрулей, расстановку людей.

Брешь.

Должна была быть брешь.

Или кто-то из них её пропустил?

От этой мысли стиснул челюсть до такой степени, что послышался скрежет зубов.

Этот наряд… или его отсутствие. Она сбежала, скинув платье.

Как ей вообще в голову такое пришло? Уму непостижимо!

Конечно, если подумать, логика была в её действиях. Сбежать закутанной в это безобразие было бы проблематично.

Но перед глазами тут же заплясали мушки от представленной картины. Кровь бросилась в лицо, сжимая виски тисками.

Кто-то видел её. Кто-то мог остановить, протянуть руку и прикоснуться.

Пальцы вцепились в каменный выступ так, что послышался хруст. Глаза заволокла серая дымка первобытной ревности. Эта мысль – что другой мужчина мог видеть её в тот миг уязвимости – была невыносима.

Она была моей. Моей находкой. Моей проблемой. Моей.

Резко оттолкнулся от окна и начал метаться по кабинету, как дикий зверь в клетке.

Она посмела ослушаться и бросить мне вызов. Посмела накинуть на меня этот нелепый ошейник из тревоги за её безопасность и одновременно разжечь внутри пекло всепоглощающей одержимости.

И теперь дракон ревел одним единственным желанием: найти её. Вернуть и больше никогда не выпускать.

Умом я понимал, что эта животная реакция дракона – на то, что он уже считал своим, – но и разум отказывался сопротивляться.

Отправил своих людей на её поиски. Нужно было убедиться, что с ней ничего не произошло.

Попытался отвлечься от разъедающих душу мыслей.

Принял ванну, лег в кровать, но так и не смог уснуть.

Утро не принесло облегчения.

Я также сидел за столом в кабинете, тщетно пытаясь вчитаться в доклад о пограничных пошлинах.

В висках пульсировала боль.

В этот момент дверь кабинета бесшумно приоткрылась.

– А вот и солнышко наше! – раздался жизнерадостный голос. Финн вошёл, закрыв за собой дверь плечом. – С чего это ты здесь в такую рань, словно на похороны собрался?

Не дожидаясь приглашения, он направился к буфету, с громким стуком поставил два бокала и налил в них виноградного сока. Подошёл и протянул один мне.

Я молча взял бокал, но отставил его в сторону.

Друг же устроился в кресле напротив, развалившись с неприличным для утра комфортом.

– Ну? – Финн сделал большой глоток. – Что стряслось? Вид такой, будто тебе на гербе дракона на кота поменяли.

Я отодвинул доклад и посмотрел на него.

– Дела. Ты чего хотел?

– О, так вот как? – Финн покачал бокалом, наблюдая за игрой света в жидкости. – «Дела». Значит, это «дела» заставляют тебя пялиться на дверь, будто ты ждёшь взрыва. Или, может, ты ожидаешь кого-то?

Я резко сжал челюсти, выдавая свою нервозность. Этот дракон знал меня как облупленного.

Он ухмыльнулся, довольный реакцией.

– Ладно, ладно, не кипятись. Просто зашёл проведать друга. Услышал, что ночью у тебя в поместье переполох был. Охрана бегала, что-то искала. – Он прищурился. – Не потерял кого?

Сердце предательски ударило о рёбра. Я сделал вид, что поправляю манжет на рукаве.

– Ничего из того, что ты уже успел себе напридумать, не произошло. – Всё-таки сделал глоток, пытаясь перебить першение в горле. – К слову, ты вчера вечером ничего необычного не заметил?