(не)желанный подарок дракона

Глава 13.1.

Финн начал издалека, медленно и осторожно ступая по тонкому льду.

– Думаю, уже не секрет, что вы нравитесь Сириану, – произнес он тихо, не отрывая взгляда от огня в камине.

Я молчала, не в силах даже кивнуть. У меня не было такой же уверенности в его словах. Да, между нами была эта странная, непонятная тяга, но после его слов в саду я не могла верить в его чувства на все сто процентов.

Он глубоко вздохнул, провел рукой по волосам.

– Прошу, не устраивайте истерику, когда я начну. Сначала выслушайте то, что скажу.

Я вся подобралась, напряглась, будто пружина, готовая в любой момент сорваться. Бежать, прятаться, драться – если понадобится. Но кивнула, давая ему знак продолжать.

– Это я вас похитил, – выпалил он, и эти слова обрушились на меня, словно глыба льда, пригвоздив к креслу.

– Что-о-о-ооо? – выдавила я, не узнавая собственного голоса. – Что ты сказал?!

– Выслушайте! – повысил он голос, останавливая меня. – Это я усыпил вас в вашем магазине и отправил в ту коробку. Это я подарил вас Сириану. Тогда я думал, что совершаю благое дело для своего упертого друга, который не признавался даже себе в своих чувствах.

В запале Финн поднялся и начал расхаживать по комнате, его шаги эхом отдавались в тишине. Он обернулся, и на его лице отражались лишь печаль и раскаяние.

– Но тогда я не знал всего. И клянусь, если бы я только знал… – он замолчал, не договорив, и опустил взгляд на пол. – Если бы знал, никогда бы не сделал этого.

Все это время я сидела, неверяще глядя на него. Щестеренки в моей голове плохо работали, мозг отказывался принимать информацию. Мысли путались, как клубок нитей.

–Тоесть,. все это время вы знали, что он ищет виновного и молчали? – наконец задала я первый вопрос, который крутился на языке. – Почему раньше не признались?

Финн сокрушенно опустил голову.

– Я не знал некоторых деталей, – прошептал он. – Поэтому до последнего думал, что поступаю правильно, как бы ситуация ни выглядела со стороны.

– Какие детали? – мой голос дрогнул, и в горле защекотало от волнения. Я зацепилась за эту крупинку правды, которая могла объяснить всё происходящее.

Он покачал головой, глядя на меня с такой болью в глазах, что мне стало страшно.

– На этот вопрос я не вправе отвечать, Вивьен. Только Сириан. Это его тайна. И, клянусь, если бы я знал о ней раньше, я бы никогда не посмел сделать то, что сделал.

Я сжала кулаки, ногти впились в ладони.

– А Сириан вообще знает, что вы сделали? – спросила я, чувствуя, как по спине пробегают мурашки.

Финн отрицательно помотал головой.

– Нет. Я никогда не говорил ему об этом. Думал, он никогда не узнает.

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился третий член нашего представления.

– Ну почему же не знаю? – раздался разъяренный голос. – Сейчас вот узнал.

Лицо Сириана было искажено гневом, глаза горели синим пламенем, а в руках он сжимал какие-то бумаги. Он смотрел на Финна с такой яростью, что мне стало страшно за его же лучшего друга.

– Ты устроил это похищение? – прошипел Сириан, делая шаг вперед. – Ты отправил ее ко мне как подарок в коробке? Ты знал, что с ней может случиться? Ты знал, что кто-то другой мог найти ее первой?

Финн отступил на шаг, поднимая руки в знак примирения.

– Сириан, я...

– Не называй меня по имени! – оборвал его Сириан, и в его голосе звучала такая боль, что мое сердце сжалось. – Ты переступил черту, Финн. Ты использовал ее. Ты использовал меня и нашу дружбу.

Он бросил бумаги на пол и подошел ближе, возвышаясь над Финном как грозовая туча.

– Ты когда-нибудь думал, что мог навредить ей? – голос Сириана дрожал от ярости. – Ты знал, как она испугалась, просыпаясь в чужой комнате?

Финн опустил голову, не в силах смотреть в глаза своему другу.

– Нет, Сириан. Я…

– Не оправдывайся! – рявкнул Сириан. – Иди. Прямо сейчас. И не смей показываться мне на глаза.

Финн медленно поднял на него взгляд, полный раскаяния.

– Я понимаю, что не имею права просить прощения. Но поверь, я сделал это не из злого умысла. Я хотел помочь тебе увидеть то, что ты так упорно отрицал.

– Ты помог мне? – Сириан горько рассмеялся. — Ты чуть не убил ее. Ты чуть не убил меня.

Финн кивнул и, не сказав больше ни слова, направился к двери. Проходя мимо меня, он остановился и тихо прошептал:

– Прости, Вивьен. Прошу, прости меня.

Я только кивнула. В голове все еще звучали его признания, и я не могла понять, что чувствовать – гнев, облегчение или страх.

Когда Финн ушел, в комнате воцарилась гнетущая тишина. Сириан стоял у окна, спиной ко мне, его плечи были напряжены. Он молчал так долго, что я подумала, что никогда больше не заговорит.

Но потом он медленно обернулся, и в его серо-голубых глазах не было гнева. Была лишь глубокая, бездонная боль.