(не)желанный подарок дракона

Глава 18.

Сердцем я знала, что нужно сделать. Этот камень. С него все началось, и на нем должно все закончиться.

Но как убедить Леону отпустить меня?

Она стояла надо мной, ее лицо освещало мерцающее пламя факела, отбрасывая танцующие тени на стены подземелья. В глазах плясала безумная радость.

– Наша принцесса наконец-то проснулась! – прощебетала она с фальшивой нежностью. – Ты пропустила самое интересное. Они бьются за тебя. Слышишь?

Она театрально приложила руку к уху, но потом продолжила:

— Дейн обещал мне сильно не трепать Сириана. Когда все закончиться он сможет вернуться ко мне целым.

Сквозь толщу каменных стен доносился глухой рев, два дракона сражались в небе.

Сириан и Аларик.

Я смотрела на нее, пытаясь понять. Неужели она действительно думает, что после всего того, что она натворила Сириан сможет вернуться к ней? И неужели она не знает всей правды? Не видит, как ее используют?

– Леона, послушай меня, – выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Аларик тебя обманул. Он не хочет помогать тебе вернуть Сириана. Он хочет убить его.

Она фыркнула, но на мгновение ее уверенность дрогнула.

– Не верю. Аларик был другом Сириана.

– Другом? – я попыталась сесть, игнорируя боль в мышцах от яда. – Ты знаешь, кто он? Он потомок женщины, что прокляла род Уитменов. Он ждал этого момента, чтобы отомстить. Он использовал тебя, чтобы добраться до Сириана.

Она на миг замерла. Но потом зло рассмеялась.

– Лгунья! Ты врешь, чтобы спасти свою шкуру! – Выдохнула она, сжимая клинок крепче. – Аларик сам рассказал мне, как Сириан собирался жениться на тебе, оставить меня в позоре. Он обещал мне помочь восстановить справедливость.

– Справедливость? – я попыталась вырваться, но веревки впились в запястья. – Вы притащили меня сюда отравленную... Это справедливость? Аларик хочет уничтожить Сириана. Из-за проклятия он хочет, чтобы Сириан убил свою истинную пару и сошел с ума. Ты для него просто пешка.

Ее глаза сузились. Она сделала шаг вперед, клинок приблизился к моей коже.

– Ты лжешь. Сириан никогда не станет твоим. Он мой. Мы с ним обручены по договору.

– Тогда дай мне возможность это доказать, – я отчаянно сглотнула, чувствуя, как слюна застревает в пересохшем горле. – Посмотри на мое плечо. Там метка. Метка рода Уитменов. Я его истинная пара, Леона. Он не может выбирать, он не может отдать меня кому-то. Если со мной что-то случится, он этого не переживет. Он умрет или сойдет с ума. Это проклятие. И Аларик это знает.

Ее лицо исказилось. Она схватила меня за подбородок, заставляя запрокинуть голову.

– Покажи, – прошипела она. – Покажи мне эту метку, и если ты врешь, я перережу тебе глотку здесь и сейчас.

Дрожащими пальцами я попыталась расстегнуть платье, но руки были связаны. Леона резко дернула ткань, разрывая ее. Холодный воздух обжег обнаженное плечо.

Она замерла, глядя на полумесяц с очертаниями дракона, который пульсировал синим светом.

– Нет, – прошептала она, отшатываясь так резко, что клинок выпал из её рук, звонко ударившись о камни. – Это невозможно... Сириан никогда не находил свою истинную пару. Он говорил мне...

– Он скрывал это, – перебила я, чувствуя, как слезы жгут глаза. – Он пытался защитить меня от этого проклятия. От самого себя. А Аларик... Он хочет, чтобы все пошло по сценарию. Чтобы Сириан убил меня в приступе безумия.

Леона опустилась на колени, ее лицо было белее мрамора.

Все ее планы, все ее мечты о том, как она станет женой Сириана Уитмена, рушились в прах.

Она схватила меня за плечи, пальцами впиваясь в кожу сквозь разорванную ткань.

– Что ты имела в виду? – прошипела она, ее лицо было в сантиметре от моего. – Что значит их род проклят?

Я должна была рассказать ей.

– Предок Аларика, Моргана, прокляла род Сириана за то, что его прапрадед встретил свою истинную и бросил ее. Проклятие гласит, что его род будет убивать своих пар в приступе ярости. И снять его можно только кровью невинной жертвы, а точнее – лани.

Я шептала слова чувствуя, как слезы текут по щекам.

– Но это не животное, Леона. Это я. Я должна умереть, чтобы спасти его. Аларик этого не знает. Он хочет, чтобы Сириан убил меня и тогда его род прервется, а месть за свою родственницу свершиться.

Леона отпустила меня, будто я обожгла ее. Она пошатнулась, придерживаясь за стену.

– Ты должна выбрать, Леона, – прошептала я, собирая остатки сил. – Ты можешь остановить это. Ты можешь спасти его. Или ты позволишь Аларику убить его и стать таким же монстром, каким он хочет быть.

Она вздрогнула.

– Я не монстр, – прошептала она, но в ее голосе не было уверенности. – Я любила его. Я все еще...

– Тогда докажи, – сказала я. Метка на плече начала пульсировать сильнее. – Отпусти меня. Позволь мне попытаться. Если я ошибаюсь, то все равно умру. Но если я права... ты спасешь мужчину, которого любишь.