Нежность гор - верность клятвы

Глава 2

— Поехали! — решительно бросает дядя Зафар, усаживаясь на пассажирское сиденье. Тётя Айза, словно стальная пружина, игнорирует предупреждающий взгляд мужа и решительно направляется следом.

— Я поеду, чтобы ты не начал на них орать! — твёрдо заявляет она, гордо вскинув подбородок. В её голосе слышится сталь, смешанная с материнской тревогой.

Я позволяю себе едва заметную улыбку, но под острым взглядом дяди Зафара не выдерживаю и расплываюсь в искренней, открытой улыбке.

— Лучше, чем я сам себя, знаешь меня, паршивец! — с усмешкой даёт он мне лёгкий подзатыльник. — Поехали уже, чего медлишь?!

Подъезжая к дому, замечаю знакомые силуэты машин друзей. О, нет… Видимо, Кемран с Милой, не найдя меня, решили обратиться за помощью к друзьям. Только бы они не разбудили отца и не рассказали ему всё! Они ещё не знают характер моего отца…

Вхожу в дом, и сердце замирает от недоброго предчувствия. В гостиной — настоящий военный совет: мои друзья, беглецы и вся моя родня собрались в полном составе. Во главе стола восседает отец — и его радостное, предвкушающее выражение лица заставляет меня внутренне содрогнуться.

Мой отец… Этот мужчина пятидесяти трёх лет может дать фору любому юнцу. Пока его ровесники бубнят о традициях и обычаях, он живёт как мальчишка-сорванец, готовый к любым приключениям. Его глаза горят азартом, а на губах играет улыбка, от которой мне становится не по себе.

— Шом, ты где был?! — возмущённо надвигается на меня отец, уперев руки в бока. Его голос гремит, словно раскат грома. — Почему скрыл, что у меня под носом творится такое чудо? Я что, не мог поучаствовать в побеге? Да я им…

— Что ты им? — выходит вперёд дядя Зафар, его лицо искажено гневом. — Хотел помочь моей дочери сбежать?

— Папа… — шепчет побледневшая Мила, бросая на меня укоризненный взгляд. Кемран, не в лучшем состоянии, стоит перед будущим тестем, словно приговорённый к казни.

Все, вскочив со своих мест, образуют живой щит перед влюблёнными. Мой отец, словно рыцарь, встаёт впереди всех, раскрыв руки в твёрдом намерении защитить молодых. Ну и театр они устроили!

— Зафар, не мешай детям строить свою жизнь! — пафосно провозглашает отец. — Дай им жить с тем, кого любят их сердца!

Я качаю головой, прислоняясь к стене и складывая руки на груди. Замечаю вопросительный взгляд невестки — она понимает меня без слов, и её губы трогает лёгкая улыбка.

— Али, уйди с моего пути, иначе пожалеешь! — грозно рычит дядя Зафар, медленно надвигаясь на отца.

— Ты погубишь жизнь этих детей только через мой труп! — вскидывает подбородок папа, готовый к противостоянию.

— Отлично. Самый лёгкий способ. Шамиль, сынок, принеси мне ружьё твоего отца!

— Секунду, дядя Зафар, — поддерживаю его игру, хотя внутри всё кипит от напряжения.

— Что?! — вопит отец, его голос дрожит от возмущения. — Ты мой сын или его? Это что за предательство отца?

— Это не предательство, а здравый смысл! Отойди! — дядя Зафар легко отстраняет отца, хотя тот и не особо сопротивляется. — Всем разойтись!

Друзья молча склоняют головы и отходят в стороны. Мила с Кемраном стоят, опустив головы. На щеках девушки блестят слёзы. Мне жаль, что из-за моих действий она сейчас плачет, но я сделал это ради её будущего счастья. Лучше слёзы сейчас, чем горечь несбывшихся надежд потом.

В комнате повисает тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихим всхлипыванием Милы. Напряжение настолько плотное, что его, кажется, можно потрогать руками.

— Так вот ты какой, Кямран, — с едва заметной издёвкой произносит дядя Зафар, сверля взглядом будущего зятя.

— Кемран! — строго поправляет отец, недовольно хмуря брови. — Его зовут Кемран!

— Тебе какое дело, как я обращаюсь к своему зятю? Исчезни! — неожиданно бросает дядя Зафар, но в его голосе уже слышится теплота.

— Что? Зять? — изумлённо восклицает отец, не веря своим ушам.

Мила и Кемран застывают на месте, их глаза наполняются неподдельной радостью и надеждой. Они не могут поверить в услышанное.

— Зять! — наконец-то расплывается в искренней улыбке дядя Зафар. — Раз моя дочь уверена в своём выборе, пусть будет так. Для меня главное — счастье моего ребёнка.

Мила, не сдерживая счастливых слёз, бросается в объятия отца:

— Папа! — рыдает она, крепко прижимаясь к нему. — Прости меня за всё!

— Простите, дядя Зафар, — дрожащим голосом произносит Кемран, склоняя голову в знак уважения.

— На первый раз прощаю, — смягчается отец девушки. — Но если ещё раз что-то подобное вытворите — пеняйте на себя!

— Вах, вах, какая сцена! — с широкой улыбкой хлопает в ладоши мой отец. — Я знал, что мой сын всё сделает правильно!

— Ты бы знал, как я тебе завидую, Али. Иметь таких сыновей… — признаётся дядя Зафар, искренне улыбаясь.

— Не смей зариться на моих детей! Не отдам! — шутливо грозит пальцем отец. — А теперь пора готовиться к свадьбе. Жаль, конечно, что не устроили побег. Я уже всё распланировал!

— Папа! — с лёгким упрёком смотрит на него старший брат. — Прекрати уже!

— Вот ничего мои дети не понимают! — всплескивает руками отец. — В мать пошли своей скучностью. Нет бы, как я, прожить жизнь с приключениями! А они… Да ну вас! Пошли лучше свадьбу обсуждать и готовиться. Я буду главным гостем!

— Ты главный кость в моём горле, дорогой друг, — с улыбкой парирует дядя Зафар.

Бывшие беглецы, не скрывая радости, подходят ко мне и искренне благодарят за помощь. Они понимали, как тяжело было бы строить жизнь без благословения родителей. И теперь, получив долгожданное одобрение, оба сияют от счастья, их глаза светятся искренней благодарностью и любовью.