Нежность яблоневого цвета

Глава 7

Пружинящей походкой Лера рассекала залитую солнцем улицу. Город всё так же утопал в цвету, только уже не черёмуховом, а яблоневом. Когда Лера осознала это, в её сердце кольнуло тоской.

Каждый год, когда каникулы только начинались, а лепестки яблонь медленно осыпались на землю, они с Пашей устраивались на скамейке и делились планами и мечтами. Покров ночи освобождал их от тех остатков робости и неловкости, что мешали открыть душу перед другом. И разговор мог длится до самого утра, если его не прерывало ворчание пожилой соседки с кошмарно чутким слухом либо появление Лериной мамы, которой даже лавочка возле собственного подъезда не казалась достаточно безопасным местом.

«Кажется, этим летом всё изменится, — с горечью подумала она. — Надо же, такой ерунды нагородил, лишь бы отговорить меня от встречи с Борей. Зачем только он это делает? Я не перенесу ещё одного человека, без конца контролирующего мою жизнь!»

Приунывшая было, Лера встряхнулась и расправила плечи. Какая-то часть неё сомневалась, что Паша нарочно стал бы придумывать настолько возмутительную клевету в адрес Бори, но девушка отогнала эти мысли подальше. Она настроилась хорошо провести вечер, и никто не сможет ей помешать.

Борю она заметила ещё издали. На нём была светло-голубая рубашка, а в руках он держал букет маргариток.

«По цветовой гамме мы, конечно, не сказать, что сочетаемся, но нам и не на бал идти, — беззаботно подметила она. Гораздо больше её покоробило от вида цветов, и Лера сама не могла понять почему. Может, потому что ей больше нравились васильки? — Это ничего, что он с цветами не угадал, хотя и мог бы просто спросить. Зато он поведёт меня в ʺАрлекинʺ! Давно хотела там побывать».

«Арлекином» назывался ресторан с роскошным интерьером и тем самым Арлекином, развлекающим гостей. Среди молодёжи он пользовался безумной популярностью.

Но до ресторана ребята договорились немного погулять, и теперь Боря ждал Леру у входа в парк, глядя на часы с таким нетерпением и усердием, что заметил девушку лишь тогда, когда она подошла к нему вплотную.

— Привет. Я же не опоздала? — спросила Лера, прекрасно зная ответ. Она задержалась специально, чтобы поддразнить Борю, посмотреть на его реакцию.

И эта небольшая хитрость полностью себя оправдала: при виде Леры у Бори вытянулось лицо. Оглядывая её с ног до головы, он не проронил ни слова, просто молча протянул букет. Обрадованная произведённым эффектом, Лера стиснула несчастные маргаритки в своих объятиях.

«Всё-таки не зря я столько времени потратила, переворошив весь шкаф и выслушивая Пашкины брюзжания», — решила она, шагая рядом с молчаливым Борей и пританцовывая.

— Как называется эта штука, что на тебе надета? — Боря провёл пальцем вдоль своей груди и живота.

Вопросительно выгнув бровь, Лера поддела ремешок на плече большим пальцем и оттянула. Он кивнул, и тогда она пояснила:

— А, это называется портупея. Я знала, что тебе понравится. — Она покрутилась перед ним, красуясь. — Раньше их по большей части использовали военные для ношения оружия... Хотя ты и так это знаешь, наверное. Теперь же портупеи можно и для красоты носить.

Заметив, что Боря не разделяет её восторга относительно этого аксессуара, Лера списала всё на волнение. Рядом с ней некоторым парням становилось немного не по себе, поэтому она посчитала своим долгом разрядить обстановку.

— Не волнуйся, я не прячу в нём шокер или что-то типа того. Видишь? — Она вскинула руки вверх и повернулась на триста шестьдесят градусов, потом посмотрела на него с игривой улыбкой. — Но лезть с поцелуями всё же не советую, их лучше оставить до следующих свиданий.

Отреагировал Боря совсем не так, как она ожидала: уголок его рта нервно дёрнулся, пытаясь изобразить улыбку, а он сам ускорил шаг, и девушке пришлось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за ним. Делала она это не из-за того, что боялась отстать, а потому что разглядела в его гримасе первый признак инсульта.

«Неужели он аж настолько впечатлился портупеей? Но он же ещё так молод! Интересно, если я попрошу его поднять руки вверх, он не сочтёт меня ещё более странной? Может ведь и вовсе сбежать и тогда прощай, ʺАрлекинʺ...» — размышляла Лера.

Очевидно, её чары не возымели нужного действия, и между ребятами воцарилось неловкое молчание. Боря шагал всё также быстро, что при его росте не составляло проблемы, а вот его спутница быстро начала уставать.

Солнце уже было намного ближе к горизонту, чем к зениту, только прохладнее от этого не становилось. Казалось, что тепло источают дорожка, по которой они шагали, скамейки и построения, мимо которых они проходили, и даже деревья. Жаркий воздух был неподвижен, словно вода в пруду — ни единого дуновения, способного разогнать духоту.

Прохожие мелькали перед глазами бесконечной вереницей: парочки, бегуны, скейтеры, дети на самокатах, взрослые на самокатах, мамочки с колясками —людей вокруг так много, только Лера вдруг почувствовала себя бесконечно одинокой.

Наконец она не выдержала и схватила своего кавалера за руку.

— Стой, Боря, давай помедленнее, прошу. Мы же гуляем, а не бежим по пересечённой местности, — снова попыталась пошутить Лера, хотя поведение парня казалось ей всё более странным.

— Давай, — послушно кивнул он, замедляя шаг, а возле фургончика с фастфудом и вовсе остановился. — О, холодный лимонад! Ты какой любишь?